Политика

Долгий путь мусульман Таиланда к миру

С тех пор, как власти Таиланда подписали мирное соглашение с мусульманской оппозицией на юге страны (провинция Паттани), прошло уже достаточно немало времени. Тогда в феврале 2013 г. Национальный совет безопасности страны, представляющий официальную власть в Таиланде после переворота 2006 г., заключило перемирие с движением «Национальный революционный фронт», договорившись о начале мирного процесса.

С одной стороны это по-настоящему стало революционным прорывом, ибо впервые таиландские власти и мусульмане Паттани сумели договориться на столь высоком уровне. Все предыдущие попытки неизменно терпели неудачу. Это очень напоминает мирное урегулирование на Филиппинах в 2012 г., где центральная власть также многие десятилетия боролась с мусульманами, компактно проживающими на юге страны. И истекший год показал, что соглашение о мире в чем-то, но сработало – начался реальный диалог, и как результат, уровень насилия действительно спал.

Однако с другой стороны, говорить об успешности инициативы, запущенной в Бангкоке, и проводить прямые аналогии с успехами соседей все же пока преждевременно. Тем более, что в самом Таиланде продолжаются волнения, связанные с деятельностью других оппозиционных сил. И это вполне может повлиять на процесс мирного урегулирования самым негативным образом.

Корни конфликта

После одной из очередных вспышек насилия в таиландской провинции Паттани в середине 2000-х, одномоментно унесшего жизни около 150 человек, мусульманский мир вдруг узнал, что в буддистском по большей части Таиланде, проживают их единоверцы, составляющие почти 5% населения страны. Особое внимание этот случай привлек к себе еще и тем, что трагедия произошла в священный месяц Рамадан.

Интернет-сайт «Объединенной организации освобождения Паттани» сокрушался тогда: «В отличие от других мусульманских регионов, таких как Босния, Кашмир, Ирак или Палестина, постоянно освещающихся в сводках новостей, Паттани представляется забытым людьми местом, находящимся на задворках мировой сцены. Это название можно найти лишь на древних картах и в некоторых документах. Такова же ситуация и с народом Паттани, о котором мало кто слышал…».

К мусульманам Паттани относятся не только жители этой таиландской провинции. По сути, это общее название и для мусульман малайского происхождения из других, соседних провинций. Исламское вероучение распространялось на территории Малаккского п-ва с самых ранних времен, причем без насильственного вмешательства – посредством мирной проповеди. В первой половине XII в. на Малакке появляется первое в Юго-Восточной Азии мусульманское государство – султанат Кедах. Впоследствии в регионе были образованы и другие султанаты, в частности, Малаккский султанат. А с первой половины XVI в. ведет свою историю султанат Паттани, формально просуществовавший вплоть до начала XX в.

Формальность была обусловлена тем обстоятельством, что в 1785 г. регион был завоеван Сиамом (прежнее название Таиланда) и фактически управлялся сиамскими правителями. В начале XX в. в рамках Бангкокского соглашения управление Сиама над Паттани (и еще четырьмя малайскими штатами) было официально признано британцами, которые к тому времени контролировали большую часть Малаккского п-ва. Однако при этом и сам Сиам отказался от претензий на четыре малайские территории, которые позже вошли в состав Малайзии.

К сожалению, мусульмане Малакки никакого участия в переговорах не принимали, поскольку не представляли тогда реальной силы. Так, жители Паттани, отличающиеся и религиозно, и этнически, оказались в составе Таиланда, где большинство населения (тайцы) следует буддийской традиции. Столь сложная история взаимоотношений с новой родиной и предопределила их крайне непростое положение и часто негативное отношение к ним со стороны прежних таиландских властей.

Насилие всегда порождает лишь насилие

С момента колонизации мусульманских провинций конфликт в Таиланде практически так и не прекращался. При этом требования мусульман об автономии наталкивались лишь на силовое давление.

Периодически массы людей были вынуждены становиться беженцами, спасаясь от военных акций, проводимых таиландской армией. Беженцы находили приют в соседней Малайзии, что, в свое время, вызывало между двумя государствами дипломатические скандалы.

Широкий общественный резонанс получил случай с исчезновением известного адвоката Сомчая Нилапайджита, отстаивавшего права репрессированных в Таиланде мусульман. Вероятнее всего, и на это указывают многие аспекты, этот влиятельный деятель был похищен и убит местными спецслужбами.

Даже по официальным данным только с 2004 г. жертвами конфликта стали более 5.000 человек, а до 2004 г. статистика и вовсе не велась. Естественно, что такие жестокие действия вызывают ответную реакцию. Именно поэтому на юге Таиланда действуют около 10.000 повстанцев, имеющих поддержку среди местного населения. Зачастую повстанцы вооружены лишь мачете, причем большую часть их отрядов составляют подростки. Правозащитники, в частности, такая известная организация как Human Rights Watch, постоянно бьют тревогу в связи с ситуацией на юге Таиланда. В их докладах приводятся многочисленные примеры военных преступлений, непропорционального применения силы, бессудных казней, похищений, насилия над мирными жителями, в т.ч. женщинами, детьми и стариками.

В ответ на это происходит и ожесточение повстанцев, часто приводящее к их радикализации. Тогда от рук радикалов начинают страдать уже не только таиландские военные, но и мирные жители из числа буддистов. Причем, порой взрывы и поджоги осуществляются даже в отношении государственных школ, ибо некоторые радикальные группировки считают их форпостами ассимиляции местного населения.

Пример буддистско-мусульманского добрососедства

С ситуацией в провинции Паттани резко контрастируют братские отношения между мусульманами и буддистами в расположенной рядом провинции Сатун. Около 70% населения этой провинции также составляют мусульмане и также, в основном, малайского происхождения.

Доход на душу населения в этом регионе почти на 50% выше, чем в Паттани, где едва ли не каждый день происходят убийства, причем как мусульман, так и буддистов. И вспышки этого насилия отдаются и в Сатуне.

Следует отметить, что, несмотря на ситуацию в провинции Паттани, мусульмане занимают в этой стране серьезные позиции. Так, в 2008 г., в Таиланде произошел переворот, названный СМИ «революцией желтых повязок». Одной из главных причин волнений стала неспособность тогдашнего премьер-министра Таксина Чинавата эффективно решать проблему чиновничьего беспредела и положить конец военному конфликту на юге страны. В связи с этим, отнюдь не случайно, что революция была поддержана многими таиландцами, давно желавшими положить конец коррупции и военным столкновениям в южных провинциях. Народное выступление поддержал и король Таиланда, обладающий в стране немалым авторитетом. Но самое примечательное, это то, что одним из руководителей революции был Сонтхи Буньяраткалин – генерал таиландской армии мусульманского происхождения.

Мусульмане Таиланда восприняли изменения в политической жизни страны в целом позитивно. Так, находящийся в изгнании один из мусульманских лидеров открыто приветствовал революцию. Он отметил, что надеется на то, что смена власти может способствовать прекращению кровопролития на юге. По его мнению, преимущественно буддистская страна под руководством мусульманина сможет более взвешенно подойти к разрешению кризиса, в отличие от предпочитавшего сугубо силовые решения бывшего премьера.

Генерал Сонтхи, являющийся потомком одного из духовных лидеров мусульман Таиланда, и до революции озвучивал предложения начать переговоры с представителями исламской общины. Однако правительство Чинавата категорически их отвергало.

К сожалению, после революции мирные инициативы сразу не привели к прекращению конфликта в Паттани. Вялотекущие военные действия продолжаются там и по сию пору. Тем не менее, все увидели, что большинство таиландцев – и буддисты, и мусульмане – желают мира. Пришло осознание того, что на самом деле это вполне возможно. Но путь к нему после долгого периода насилия, крайне непрост.

Кто, с кем и о чем договорился?

Детали соглашения, подписанного официальными властями с мусульманской оппозицией, широкой публике практически не известны. Однако представитель мусульман, глава базирующегося в Малайзии отделения «Национального революционного фронта» заявил, что его организация будет делать все возможное, чтобы найти компромисс, и ради этого они готовы сотрудничать с властями.

Тем не менее, генеральный секретарь Совета безопасности Таиланда Парадорн Паттанатабутр перед подписанием документа подчеркнул, что соглашение еще не гарантирует мира в южных провинциях. А один из военных чиновников дал понять, что, вероятно, после подписания соглашения насилие на юге страны закончится еще не сразу. Одной из главных причин этого является то обстоятельство, что «Национальный революционный фронт» контролирует далеко не все повстанческие группы мусульман. В связи с этим глава Совета безопасности Паттанатабутр отметил, что власти будут продолжать переговоры и с другими силами.

При этом Бангкок крайне рассчитывает на посредничество Малайзии, которая уже проявила себя как защитник мусульманского населения в Юго-Восточной Азии, в частности, в соседних Филиппинах. Также к урегулированию в Таиланде планируется привлечь и другие азиатские страны, чтобы совместными усилиями влиять на группы повстанцев и обеспечивать продвижение мирного процесса.

Быть ли миру?

Как отмечают эксперты по Юго-Восточной Азии, о соглашении с таиландскими властями, в основном, говорят представители старшего поколения повстанцев. И какое они имеют влияние на молодежь, участвующее в боевых действиях, не до конца ясно. Более того, с другими силами, борющимися с Бангкоком, пока никаких договоренностей практически не заключалось. Насколько реально их достигнуть, учитывая наличие не контролируемых отрядов подростков с крайними настроениями, в принципе отвергающих любой политический диалог, пока не понятно. Эти молодежные группировки, объявившие войну всему остальному миру, по принципу «за все хорошее, против всего плохого», схожи с филиппинской «Абу Сайяф», сомалийской «Аш-Шабаб», некоторыми ответвлениями современного «Талибана» или «Имаратом Кавказ».

И все же пример Филиппин, где ситуация также выглядела неразрешимой, вполне может оказаться успешным и для Таиланда, и для других азиатских государств, в которых имеются схожие проблемы с коренными мусульманскими общинами, например, для Китая, Мьянмы, Индии или Шри-Ланки. Конфликты во всех этих странах по своей структуре и генезису очень похожи. И если на Филиппинах власти сумели договориться с мусульманами, то почему этого нельзя сделать в других государствах? На юге Филиппин произошло то, что пока остается лишь в теории в других регионах земного шара. В этой азиатской стране среди мусульманских повстанцев сумели возобладать умеренные, способные на диалог, силы. Маргиналы же и радикалы были оттеснены в сторону, не получая больше возможностей для дестабилизационных действий. В итоге, в 2012 г. между филиппинскими властями и мусульманской общиной было достигнуто соглашение о создании автономии, что для мусульманского мира можно считать очень большим успехом.

В Таиланде ситуация пока несколько сложнее – к примеру, более-менее единого командования у местных повстанцев еще нет. При этом влияние «крайних» группировок достаточно большое. Тем не менее, соглашение, подписанное в феврале 2013 г. в Бангкоке, вполне может стать прологом к пусть и длительному, но необходимому мирному урегулированию, в конце которого в Таиланде воцарится мир и стабильность. Прошедший год показал, что потенциал для этого действительно есть. И многое будет зависеть от зрелости и политической воли, причем как со стороны повстанцев, так и со стороны властей.

Не менее существенную роль сыграет и политическая ситуация в центральных регионах Таиланда, где уже не первый месяц продолжаются протесты и демонстрации. В случае дестабилизации обстановки положение на юге легко может выйти из-под зыбкого контроля миротворцев, и тогда маховик насилия закрутится снова, перемалывая все больше и больше людей. И в первую очередь, страдать будут вновь мирные, ни в чем не повинные граждане. Хотелось бы надеяться, что этого все же удастся избежать, и таиландские мусульмане сумеют обрести ту же стабильность, что и их единоверцы на Филиппинах, ибо без стабильности достичь какого-либо развития просто невозможно, в т.ч. и в религиозном направлении.

Автор: Абдулла Ринат Мухаметов, Muslim Politic
Комментарии 0