Общество

Шейх Усман Абд ур-Рахим: О теории и практике джихада сегодня

Еще более убедительными слова шейха Усмана делает его личный жизненный путь. Проблемы теории и практики джихада (и вообще тему насилия с позиций Ислама, чему посвящена его докторская диссертация) он, как говорится, пропустил через себя.

Для начала небольшая справка о шейхе Усмане. Он уроженец Египта. Сейчас живет и работает в Кувейте, в центре исламской умеренности "Аль-Васатыя". Автор многих книг и исследований. Область его научных интересов и специализация – правовая теория и практика джихада, насилие с точки зрения Ислама, исламский призыв и вопросы применения Шариата в современном мире.

Прошел войну в Боснии и Герцеговине. В середине 90-х прошлого века в составе отряда добровольцев из мусульманских стран воевал на стороне балканских единоверцев. После этого поступил в "Аль-Азхар" и закончил его. Именно война, как говорит шейх, побудила его задуматься о дальнейшем личном пути и путях развития Ислама в современном мире, заставила освоить концептуальный анализ, получить систематизированное исчерпывающее религиозное образование.

По словам Усмана Абд ур-Рахим, там, в Боснии, он убедился, что, прежде всего, верующему сегодня необходимы знания и умение правильно понимать свою религию, в частности аспекты джихада. Иначе интерпретация последнего исключительно как вооруженной борьбы с непонятными целями ведет в тупик и наносит вред всей умме.

Далее я своими словами кратко изложу тезисы концептуальных наработок шейха Усмана по вопросам джихада в современном мире.

Джихад правильный и нет

Джихад – высшая ступень Ислама. Верующий должен совершать его всегда: душой и сердцем против шайтана и позывами к греху; имуществом на пути Аллаха; телом, если того требует ситуация.

Никто не может отрицать важное место джихада. Но нельзя исповедовать религию без учета всех аспектов, поддаваясь эмоциям и собственным желаниям. У всего в Исламе есть условия (намаз, пост, закят и т.д.), у джихада в частности, – без соблюдения их он запрещен, а результат такого джихада может быть обратный желаемому. Так, джихад оказывается запрещен, когда он приносит больше вреда, чем пользы.

Вооруженный джихад может быть дозволен в целях самообороны и для устранения категорических запретов на исповедание и проповедь Ислама. Но даже в этих случаях он – крайняя мера, которой должны предшествовать исчерпывающие мирные усилия.

Джихад с точки зрения Ислама, как и любое другое действие, может быть, фард (обязательным), мандуб (желательным), мубах (рекомендуемым), макрух (порицаемым), харам (запретным). Иногда особо эмоциональные молодые мусульмане делают акцент на обязательности джихада, забывая о других аспектах, которые могут и аннулировать предписание уровня фард.

Джихад – не цель Ислама, а средство решения каких-то проблем. Если бы было наоборот, то джихад не мог бы попадать в категорию недозволенного.

Его смысл не в том, чтобы сражаться ради того, чтобы сражаться, а для того, чтобы достигнуть определенной цели. Имам Шафии сказал: джихад предписан для решения определенных задач. Это не обязанность, как, скажем, намаз, который мы должны совершать в любом случае. Джихад – инструмент. Например, в исключительных случаях необходим вооруженный джихад, чтобы защитить себя, свою семью, страну от агрессора, чтобы обеспечить возможность исповедовать Ислам, совершать намаз, вести проповедь и проч. Но джихад не может быть выше намаза, да'авата, поста.

Самое лучшее в Исламе – это снискание довольства Аллаха в каждый конкретный момент посредством тех инструментов, которые в данный момент наиболее адекватны. Это слова Ибн Кайима (да будет с ним милость Аллаха). Так вот: нельзя путать цели и средства и стремиться к тому, что в данный момент неподходяще. Некоторые же стремятся только к вооруженному джихаду, как будто на нем одном замыкается весь Ислам.

Чтобы не ошибиться, следует советоваться со знающими людьми, со специалистами, шейхами. Если они все в один голос говорят, что первоочередная задача сегодня – это формирование интеллектуальной, профессиональной, высоко духовной уммы, а не война ради нее самой, то следует послушать настоящих ученых, а не горячих проповедников, ослепленных эмоциями и переживаниями за униженных братьев и сестер.

В некоторых странах, например так было в свое время в России, отдельные деятели, не долго думая, объявляли джихад, в то время как надо было консультироваться с учеными Ислама. Если таковых не было, то их следовало готовить, а не объявлять войну и бросать горячих и искренних людей под пули.

Вообще объявлению джихада должен предшествовать анализ сил, ресурсов, коалиционного потенциала, возможностей, последствий и перспектив. В то время, когда Каабу контролировали идолопоклонники, Пророк (мир ему) говорил, что очень хотел бы перестроить ее, но не делает этого, т.к. опасается вредных последствий, превышающих пользу. Ведь люди еще не готовы к таким изменениям.

По словам Ибн Таймии (да будет с ним милость Аллаха): джихад становится недействительным перед Аллахом, если вреда от него больше, чем пользы. Шариатское правило "при любых действиях вред не должен превышать пользу" выведено факихами не сразу. Это - опыт на крови, богословская правильность которого обусловлена самой жизнью. Т.е. верующие под предводительством специалистов должны уметь делать выбор из двух зол меньшего.

Все вышесказанное относится не только к вооруженному джихаду с целью устранения препятствий для проповеди Ислама, но и к оборонительному джихаду, и к любым формам невооруженного джихада. Шариат исходит из того, что верующему даже правильнее терпеть оккупацию, чем своими действиями порождать еще большую смуту и вред для Ислама и его приверженцев.

Ислам не призывает к войне как таковой, ради нее самой. Напротив, ценность джихада в тех благих результатах, на достижение которых он направлен, а не в разрушениях, насилии и смерти. Джихад – это средство приближения к Аллаху, покуда он направлен на укрепление религии, а не ведет к вреду для нее.

Нельзя кому-либо стремиться к пожертвованию своей жизнью на пути Аллаха в вооруженном джихаде, пытаясь снискать милость Господа миров для себя лично, если тем самым он наносит вред единоверцам. Общественная польза в Исламе признается выше личной, а избежание вреда выше достижения пользы. Поэтому, если польза в том, чтобы оставить какой-то регион в покое, то нельзя открывать там джихад.

Джихад – это крайнее средство. Если есть возможность решить проблему без него, иными инструментами, то джихад становится запретным. Нельзя спешить с такими серьезными шагами, результатом которых могут быть жертвы и разрушения.

Также ошибочно думать, что джихад в Исламе используется для установления исламской власти. Такое неправильное мнение появилось лишь в последнее время. Согласно же утвержденной позиции ученых на протяжении многих веков, джихад применим только для устранения запретов на продвижение Слова Аллаха и для обороны.

Одним из важнейших условий легитимности джихада является наличие лидера (амира) и единства. Если амира нет, то необходимо единогласное мнение богословов конкретного места, если согласия между ними нет, то джихад неправилен. Тоже самое относится к фактору единства. В Коране есть аят, в котором говорится, что Аллах любит тот джихад, на который воины выступают единым отрядом. Поэтому, если среди моджахедов есть разногласия, то начинать джихад не стоит, он не принесет блага (баракат).

Например, во время войны в Афганистане среди Сопротивления было 7 разных групп, зачастую находившихся друг с другом в сложных отношениях. В результате свержение коммунистов не принесло блага стране - моджахеды начали не созидание, а войну "всех со всеми".

Но это не значит, что, если нет единства и амира, неправильно вообще совершать джихад, если ситуация того требует. Не правильно будет вести джихад военный, а другие формы борьбы (общественные, политические, культурные, экономические, интеллектуальные и др.) необходимы. Кто погибнет на таком джихаде, иншаАллах, тоже считается шахидом. Также остается обязанность стремиться к единству мусульман.

Отдельный вопрос, когда какому-то конкретному человеку угрожает опасность, агрессия, насилие. Он обязан защищаться, и его действия считаются джихадом. В этом случае не требуется условий единства и наличие амира. Но и тут следует подходить разумно по-шариатски: например, если кого-то враг изгнал из дома, неправильно, если отсутствует необходимая сила, пытаться бросаться на него, обрекая себя на смерть. Для такого индивидуального наступательного джихада уже требуется соблюдение всех предписанных выше условий.

Возвращение к жизни с джихада

На вооруженном джихаде его участники отрываются от этого мира, как бы расстаются с ним, с бренной дунья. Они в чем-то уподобляются ангелам. Их заботит исключительно служение Аллаху, стремление к Нему посредством своей жизни и смерть на Его пути.

Поэтому им очень сложно возвращаться к обычной жизни. Их тяготит суета, бытовуха, бесцельность и мелочность повседневных забот, вся дунья им кажется не имеющей реального смысла. Они стремятся вернуться обратно к тому, где есть только белое и черное, добро и зло, служение и его враги, жизнь и смерть. Они забывают хадис, что тот, кто пребывает среди людей и терпит их дурные качества, выше того, кто бежит от людей и их зла.

На своем опыте шейх предлагает такие методы реабилитации бывших моджахедов:

1. Нельзя подавлять их, клеймить, объявлять врагами и опасными людьми, обвинять.

2. Надо стремиться к тому, чтобы их энергия шла на созидание – в общественную деятельностью, в политику, в бизнес, в искусство, в благотворительность, просвещение и образование.

3. Не следует смотреть на них свысока, лучше по-дружески общаться, искать выход вместе.

4. Надо признать их искреннее глубокое желание служить Исламу, но при этом подсказать правильный путь для самореализации.

Российский контекст

Вторая война в Чечне несет вред для развития Ислама. Шейх Усман был в этой республике, встречался с президентом Рамзаном Кадыровым, сказал ему все, что хотел. Он побывал в чеченских тюрьмах, общался с теми, кто попал туда за вооруженную борьбу с нынешними властями. Богослов заявил им, что условия для Ислама в Чечне сегодня лучше, чем в некоторых арабских странах.

Неправильно, по его словам, сравнивать ситуацию в Чечне, Дагестане, Ингушетии и др. республиках Северного Кавказа с Палестиной, где идет законный джихад. "Израиль" – расистское государство, которое не признает прав мусульман, подвергает угрозе третью святыню Ислама (Аль-Аксу) угрозе уничтожения, отказывает беженцам в праве на возвращение и проч.

Но нельзя в целом сказать, что т.н. "лесные" на Северном Кавказе – это хариджиты (раскольники, еретики). Однако у них есть элемент хариджизма. Вообще война мусульман с мусульманами, которая имеет место в регионе, - большой грех всех верующих и свидетельство глубокого кризиса местного общества и всего исламского мира. Каждый из участвующих в этой фитне (смуте), которую необходимо как можно скорее прекратить, будет воскрешен в Судный день, согласно своим намерениям.

На личном опыте

Сейчас первоочередная задача – распространение правильных знаний об Исламе среди мусульман, чем война где-либо. Необходимо научить, говорит Усман Абду ур-Рахим, верующих правильному пониманию и практике своей религии.

Шейх в целом не пересмотрел с годами своего отношения к джихаду. Просто изменились условия. После войны в Боснии он, в отличие от тех, кто дальше отправился в различные горячие точки исламского мира, пошел по пути знаний. Когда учился, понял, что джихад – это не такая простая вещь в Исламе. Надо очень глубоко и систематизировано подходить к данному вопросу. Речь идет об очень серьезных вещах, где цена ошибки – человеческие жизни и слезы.

Комментарии 0