Среда обитания

Новый виток старой истории

Призывники- чеченцы не первый год не пополняют ряды российской армии. Почему это происходит? Генштаб и Минобороны России пока не дают вразумительного разъяснения своей позиции по этому вопросу. Хотя сама позиция не нова. Она закреплена, в частности, в прокламации, с которой после подавления национально-освободительного движения горцев под предводительством имама Шамиля Главнокомандующий Кавказскою армией, Наместник Кавказа, генерал-фельдмаршал А.И. Барятинский обратился к чеченскому народу.

В документе перечисляются «милости», которые «Его Императорским Величеством даруются» чеченцам. Одна из этих милостей составляет второй пункт прокламации: «От вас никогда не будут требовать рекрут и никогда не обратят вас в казаков».
А в пункте шестом сказано: «Точно так же в течение пяти лет мы освобождаем вас от обязанности выставлять милицию».

Перекличка эпох

В данном контексте уместно отметить, что в 150-летней давности обращении  наместника Кавказа содержатся и другие «дары», которые перекликаются с современностью. Так, выступая в Кисловодске на форуме народов Юга России, Владимир Путин особо отметил, что «Россия переживает ренессанс традиционных религий». Неоспоримость факта исламского возрождения на Северном Кавказе – после десятилетий коммунистического мракобесия – признается сегодня даже скептиками.

В то же время,  полную свободу совести чеченцам от имени российского самодержца гарантировал еще князь Барятинский в своей прокламации:

«1.Каждый из вас может свободно отправлять свою веру, и никто не будет вам препятствовать исполнять обряды ее»;
«4. Правители, поставленные над вами, будут управлять вами по адату и шариату, а суд и расправа будут отправляться в народных судах…»

Здесь же можно вспомнить о предложениях, с которыми еще лет 6-7 выступало руководство Чечни, настаивая на освобождении населения региона от налогов на период преодоления наиболее тяжелых последствий двух войн. Эти предложения Москва не поддержала, тогда как в ХIХ веке, согласно пункту 5 прокламации, «снисходя к бедному положению народа, потерпевшего от разорения войной, Правительство освобождает вас от взноса податей на пять лет…»

Но это – другая тема. Поэтому – шаг назад, к вопросу о «рекрутах» из числа чеченцев.

«Свободные люди»

Человека, на котором нет крови, чеченцы издревле называют «маьрша стаг» – «свободным человеком». Общество состоит из «маьрша нах» – «свободных людей». Никаких князей, сословий, привилегий, кроме одной, – быть свободным, пользоваться равными со всеми правами.

В распространении на Кавказ влияния России, где господствовало крепостное право, чеченцы видели для себя две угрозы: христианизацию региона и рекрутство, которое они определяют, как «салт бахар» – «превращение в солдат». Это, в понимании чеченцев, было равносильно превращению в бесправных крепостных.

В этом – одна из причин упорства и отчаяния, с которыми на протяжении десятилетий они сопротивлялись колониальной политике России на Кавказе. И в этом же – главная причина обещания самодержавия «от вас никогда не будут требовать рекрут…».

Аманаты – генералы

Война на Кавказе велась варварскими методами. Дотла сжигались целые селения, поголовно вырезалось население…

Самодержавие превратило в правило, закон и взятие заложников – аманатов. В аманатах побывали дети многих известных горцев того периода, в том числе и имама Шамиля.

Нередки были и случаи, когда российские генералы брали на воспитание детей, уцелевших в ходе уничтожения чеченских поселений. Так чеченский мальчик из сожженного царскими войсками села Дады-Юрт, воспитанный в семье брата «покорителя Кавказа» – генерала Ермолова, стал  выдающимся российским портретистом Петром Захаровым.

Другой «чеченок», взятый в плен в пятилетнем возрасте и воспитывавшийся генералом Н. Раевским, остался в истории, как генерал Александр Чеченский. Он – участник Бородинского сражения, герой Отечественной войны 1812 года, командир элитных полков российской армии.

Генерал-майор Валериан Чеченский отдал службе в российской армии свыше 50 лет. Он «участвовал в походах и делах против турок и горцев».

В Собственном конвое государя

Немало было и тех, кто попадал на службу, как сегодня принято говорить, добровольцем.

Так, Арцу Чермоев находился в действующей армии с 17 лет, дослужился до генерал-майора. Отлично проявил себя в русско-турецкой войне. Он – кавалер 11 орденов.

Его сын Абдул-Мажид (Тапа) Чермоев служил офицером Собственного конвоя государя. В Первую Мировую войну наилучшим образом проявил себя офицером Чеченского конного полка «Дикой дивизии». Полк в 1917 году был переброшен под Петроград, но всадники-чеченцы отказались воевать с рабочими и крестьянами, и Тапа Чермоев – уже командиром полка – отвел его обратно на Кавказ.

Генерал Ирисхан Алиев – участник двух войн, русско-турецкой и русско-японской. О нем с восхищением отзывался, в частности, генерал Антон Деникин – один из руководителей «Белого движения» в России.

Воюя на фронтах Первой Мировой войны, неувядаемой славой, покрыли свои имена потомки наибы Дубы – сподвижника имама Шамиля. Один из них – Пажа Дубаев стал полным кавалером «Георгиевского ордена» (4 степени). Он был одним из тех, кто не брал высшую награду империи из-за ее вида – формы креста, и Александр Второй издал указ – награждать кавказцев-мусульман по их желанию георгиевским орденом в виде круглой медали.

В «Дикой дивизии» успешно служили сыновья известного чеченского шейха Дени Арсанова, представители многих других уважаемых в народе семей.
Служба позволяла чеченцам проявлять свои качества воинов и неплохо зарабатывать на этом. Своими предками – офицерами царской армии вайнахи гордятся до сих пор.

Чеченские полки царской армии

В январе 1877 года началось формирование Чеченского конно-иррегулярного полка в составе шести сотен. Назревала очередная русско-турецкая война, и царское правительство решило, с одной стороны, «очистить Кавказ от беспокойного элемента», влив его в ряды армии, а с другой – укрепить армию за счет горских полков, отличавшихся высокими боевыми качествами.

Комиссия, которой было поручено рассмотрение вопроса, выдала заключение: «Удар кинжалом верен и редко не смертелен, стрельба ночью навскидку, на звук, на огонек показывает явное превосходство горцев в этом деле над обученными казаками, особенно над солдатами».

Единственным недостатком «туземной» кавалерии было признано отсутствие дисциплины и не соблюдение воинской иерархии.
Командиром Чеченского полка стал генерал-майор Орцу Чермоев. В полк, в первую очередь, зачислялись лица от 18 до 40 лет с крепким здоровьем и полным боевым снаряжением.

Полное снаряжение всадника стоило от 150 до 1000 руб. Большинство «добровольцев»  таких денег не имели, но выручила казна, выделив каждому по 40 рублей жалованья и по 8 рублей 88 копеек на питание и фураж.

Через месяц формирование полка было закончено. В его состав вошли 793 человека.

Полк в ходе уже первых столкновений  с противником ошеломил его напором, бесстрашием и удалью. Как свидетельствуют первоисточники, «турки оцепенели, сдавали оружие, бросались на колени. Все это происходило с турецкой спешенной кавалерией, которой не дали даже времени сесть на лошадей».

На фронтах Первой Мировой войны горцы Кавказа были представлены, прежде всего, национальными  подразделениями Туземной, или Дикой дивизии. В ее составе Чеченский конный полк обеспечивал Брусиловский прорыв, разгром «Железной дивизии» противника.

255-й Чечено-Ингушский…

В прошлом году в Чечне увидела свет «Книга памяти». В ней – имена, фамилии тысяч жителей ЧИАССР – участников Великой Отечественной войны. По данным составителей книги, число чеченских и ингушских красноармейцев, сражавшихся против гитлеровцев на фронтах ВОВ, превышает 40 тысяч человек.

Еще до нападения фашистской Германии на СССР в рядах Красной Армии находились тысячи вайнахов. Многие из них оказались на передовой уже в первые дни войны. Только в защите Брестской крепости принимали участие, по разным данным, от 350 до 600 чеченцев и ингушей.

В самой республике во всю шла мобилизация. В. Филькин, в те годы секретарь Чечено-Ингушского обкома ВКБ(б), в своей книге «Партийная организация Чечено-Ингушетии в годы Великой Отечественной войны Советского Союза» пишет: «В марте 1942 года по настоянию Берия призыв в Красную Армию военнообязанных чеченцев и ингушей был прекращен. Это было серьезной ошибкой…»

«Весной 1942 года отмобилизованная в добровольном порядке, полностью обеспеченная конным составом, хорошо экипированная, укомплектованная опытным боевым командным и политическим составом, уже получившая армейский номер 114-я Чечено-Ингушская кавалерийская дивизия по настоянию Берия была распущена».

Благодаря настойчивости руководства республики из состава дивизии удалось сохранить 255-й Отдельный Чечено-Ингушский полк и Чечено-Ингушский Отдельный дивизион.

«До конца 1942 года 255-й полк отлично дрался на южных подступах к Сталинграду. Он понес большие потери в сражениях у Котельниково, Чилеково, Садовой, у озера Цаца…»

В августе 1942 года, когда немецко-фашистские войска вторглись в пределы Северного Кавказа, руководство ЧИАССР получило разрешение провести добровольную мобилизацию чеченцев и ингушей в Красную Армию. После этого в три потока добровольцами отправились на фронт еще тысячи чеченцев и ингушей.

В мае 1943 года обком ВКП(б) подводил итоги добровольной мобилизации: «Проведенный с разрешения ЦК ВКП(б) в период февраля – марта 1943 года третий призыв добровольцев чеченцев и ингушей в Красную Армию сопровождается проявлением подлинного советского патриотизма».

«Враги народа»

Гитлеровцам оказалось не под силу захватить нефтяной Грозный, Чечено-Ингушетию. Она ни дня не была под оккупацией.

В конце 1943 года в села и города республики стали пребывать части Красной Армии, войск НКВД. Солдат и офицеров разместили в домах местных жителей, по 5-6 человек в каждой семье. Населению сказали, что эти войска отведены для отдыха.

На рассвете 23 февраля 1944 года этой стотысячной группировкой войск была начата операция «Чечевица» по выселению чеченцев и ингушей в Казахстан и Среднюю Азию по обвинению в пособничестве фашистам. Сотни тысяч людей, которые никогда не видели ни живого, ни мертвого немца, были погружены в телячьи вагоны и отправлены в изгнание.

Чеченцы и ингуши, находившиеся на передовой на различных фронтах ВОВ, вызывались в штабы, где им сообщали о выселении их семей. Их разоружали, и уже «врагами народа» отправляли к местам поселения их депортированных родственников.

Тем не менее, было немало тех, кому их командиры помогли остаться на фронте.

Командир авиаподразделения майор Даша Акаев, вылетая 26 февраля на очередное боевое задание во главе штурмовой группы, уже знал, что его мать вместе со всем чеченским народом отправлена в ссылку. Он и его товарищи выполнили задание – разбомбили вражеский аэродром, но и его самолет был подбит. Даша направил горящую боевую машину на вражеские огневые точки. Но представление на присвоение Акаеву звания Героя Советского Союза так и осталось неподписанным: он – представитель «народа-врага».

Командир полка Мовлид Висаитов, пройдя с боями от Терека, первым вышел на Эльбу, где встретился с наступавшими навстречу советским войскам союзниками – американцами. Ему вручили высшую награду США, а звание Героя Советского Союза присвоили десятки лет спустя.

Для Алавди Устарханова война закончилась во Франции. Он, бежавший из фашистского плена советский солдат, присоединился к французскому Сопротивлению, стал легендарной личностью в нем – «Командором Андре», удостоился Ордена Почетного Легиона. А когда вернулся на родину, стал таким же, как и все выжившие чеченские фронтовики, «спецпереселенцем».

Мой односельчанин Александр Париев полковым разведчиком прошагал дорогами войны с первого до последнего ее дня. Живший с ним на одной улице Ибрагим Зулкарниев был одним из немногих советских солдат, кто выжил на обильно политом кровью «Невском пятачке». Три его брата, отправившиеся на фронт добровольцами, не вернулись с войны…

И таких примеров – масса.

«Красные фуражки»

Еще в 60-70-е годы прошлого века чеченцы называли милицию и милиционеров не иначе, как «ц1ен фурашкаш ерш» – «краснофуражечники». Косо смотрели на детей и подростков, появлявшихся на улице в красных галстуках или с комсомольскими значками на груди.

Народ продолжал ненавидеть все, что напоминало им о КПСС и НКВД – авторах и исполнителях операции «чечевица». Старшее поколение чеченцев до сих пор не простило этим двум «структурам» нанесенных им душевных ран, голода, холода, унижений и бесправия тринадцати лет ссылки.

В то же время это поколение, лишенное в свое время права учиться в вузах, служить в армии, занимать определенные должности, старалось привить молодежи вкус к учебе, к законопослушанию, в том числе в той части, которая касается службы в армии.

Со второй половины 50-х годов прошлого века, когда был возобновлен призыв чеченцев в армию, на действительной военной службе побывала практически вся здоровая молодежь. В этот период стало действовать и своеобразное негласное правило, по которому чеченские девушки отказывались выходить замуж за не отслужившего в армии молодого человека.

Призывники из Чечено-Ингушетии становились хорошими солдатами и сержантами. С одной оговоркой: говоря словами Владимира Жириновского, «два чеченца могли держать полк». Сам Владимир Вольфович, судя по его словам, подшивал им воротнички и чистил сапоги.

В 1992 году Москва дала «добро» на осуществление Джохаром Дудаевым призыва юношей из Чечни и Дагестана. Новобранцев разместили в нескольких военных городках в  Грозном и в Шали, оставленных российскими военными. С мая по август родителям пришлось снабжать этих ребят постельными принадлежностями, продуктами питания. Потом стало известно, что «офицеры» всецело заняты только тем, что уговаривают эту молодежь отправиться добровольцами в Нагорный Карабах или перейти в формирующиеся втайне «специальные подразделения». «Армия» рассосалась по родным домам в течение двух-трех дней.

Организованного призыва в течение последующих десяти лет не было ни разу. Дудаевские и масхадовские формирования комплектовались по принципу добровольности, безо всякой проверки, в том числе на предмет психического здоровья «новобранцев».

Батальоны «Запад», «Восток», «Север», «Юг», сформированные в начале 2000-х годов, стали своего рода аналогами чеченских войсковых формирований царского времени. Да и мотивация сходная: проявить себя в военной службе, получать в соответствии с контрактом неплохие для безработной республики деньги, а, значит,  иметь возможность материально поддерживать свои семьи.

Автор: Саид Эминов

Комментарии 0