Среда обитания

Знакомьтесь - Мустафа Кемаль Ататюрк. Исламский взгляд

Персона Мустафы Кемаля Ататюрка вызывает ожесточенные споры среди мусульман. Одни считают, что он спаситель турецкой нации, другие обвиняют его в развале халифата и борьбе против Ислама. Попробуем разобраться, кем был Мустафа Кемаль на самом деле.

Как известно, Мустафа Кемаль родился в городе Салоники (ныне территория Греции) в 1880 или 1881 году. Точный год его рождения неизвестен. Салоники наряду со Стамбулом и Измиром был одним из самых космополитичных городов Османской империи. Значительную часть его населения составляли иудеи и денме (иудеи, скрывавшие свою веру), этот факт в будущем будет способствовать появлению версии о еврействе самого Кемаля, однако, достоверные данные о том, что его родители относились к денме, отсутствуют.

Его мать Зубейде-ханум была религиозна, знала Коран наизусть и настаивала на религиозном обучении для сына, отец, как сообщают некоторые исследователи, не поддерживал устремлений матери и планировал дать Мустафе хорошее светское образование. В конце концов, Мустафа был отправлен учиться в медресе, правда, там он пробыл недолго, и вскоре начал посещать светскую школу. После смерти его отца средств на обучение стало не хватать и Мустафа был вынужден не только покинуть школу, но и вместе с матерью сменить место жительства и перебраться из современного города в сельскую местность.

Зубейде-ханум хотела продолжить исламское обучение сына, но он сам сделал выбор, предопределивший и его жизнь, и жизнь десятков миллионов людей. Мустафа решил стать военным. Здесь необходимо отметить, что по причине непрекращающихся войн, которые вела Османская империя, армейское сословие имело особенную важность. На армию расходуют огромные средства, лучшие военные инструкторы из Европы модернизируют османскую армию. Кроме прочего, поступить на службу это не только способ трудоустроиться, но также и возможность получить хорошее бесплатное образование. В военных образовательных учреждениях изучали не только военные дисциплины, но и иностранные языки, различные науки. Для молодых людей из среднего класса армия становится возможностью сделать головокружительную карьеру.

В 1902 году он с отличными оценками (8-ой по успеваемости среди 459 кадетов) заканчивает Военную Академию. В 1905 году после окончания Османского военного колледжа поступает на службу в армию.

Еще будучи кадетом, молодой Ататюрк проникается идеями османских национал-либералов (младотурок), среди которых особое место занимало увлечение вульгаризированной версией материализма. Вульгарный материализм представлял собой гремучую смесь популярных научных идей эпохи и дарвинизма. Считалось, что это способно излечить Османскую империю — «больного человека Европы», чьи проблемы, по мнению «прогрессивных сил», были в излишней приверженности Исламу и отсутствии демократических прав и свобод по европейскому образцу.

Османская версия вульгарного материализма была еще большим упрощением идей преимущественно германских материалистов и особенно активно отрицала роль религии в османском обществе. Один из представителей вульгарного материализма Карл Фохт утверждал, что «мозг производит мысль так же, как печень — желчь»

Другим популярным трендом эпохи была вестернизация османского общества, или как писали тогда в османских журналах: «одеваться и жить, так как это делают европейцы», также упоминалось, что «традиции и законы, принятые в пустыне 1300 лет, назад потеряли былую значимость». Считалось, что если одеть европейский костюм и шляпу, начать целовать ручки дамам и закручивать усы, тотчас все изменится и начнется долгожданное национальное возрождение и возвращение в «цивилизованную семью народов».

Невозможно понять политику Ататюрка без осознания того факта что он принадлежал к образованному классу своего поколения, класса который принял науку в качестве панацеи от болезни целой нации. Люди этого класса видели в доктрине вульгарного материализма пособие для конструирования процветающего, рационально-мыслящего и нерелигиозного общества. Одним из самых популярных журналов выпускаемых для османского читателя был журнал, по иронии названный «Иджтихад»1. В этом журнале нередко можно было увидеть статьи, оскорбляющие Ислам и его пророков, а также требования запретить медресе, суфийские обители и мусульманскую религиозную одежду, т.е. фески и хиджабы. Позднее, уже в годы турецкой республики в 1925 году Ататюрк при личной встрече с редактором это журнала скажет,

«До сего дня вы имели возможность только писать, сейчас настало время сделать написанное реальностью».

Однако вернемся к годам армейской службы нашего героя.

Вплоть до начала Первой мировой войны, а точнее, знаменитой битвы при Чанаккале (Дарданелльская операция), о нем мало кто знал. Он не был среди талантливых выскочек вроде военного министра Энвера-паши, сумевших в ходе младотурецкой революции 1908 года добраться до самых высот политической власти в Империи, не был он и среди известных и узнаваемых в стране военных.

Как известно, Дарданелльская операция союзников по Антанте 1915-1916 гг. занимает в истории Первой мировой войны особое место, по праву считаясь примером полного и безоговорочного провала вывести Османскую империю из войны посредством прорыва через пролив Дарданеллы к Стамбулу силами одного лишь флота. Вместе с тем, основная заслуга в разгроме сил Антанты принадлежала германским генералам и офицерам, а никак не Ататюрку, который хоть и проявил себя очень хорошо, но не обладал полномочиями для планирования и проведения операций такого уровня. «Назначение» Кемаля победителем битвы при Чанаккале, связано прежде всего с пантюркистской политикой поздних младотурок. Младотурки не желали делить победы с немецкими генералами и офицерами, им нужны были свои герои, и Мустафа Кемаль, действительно отличившийся в этом сражении, прекрасно подходил на эту роль. Награды, почести и должности посыпались на него как из «рога изобилия», о нем стали слагать поэмы, ведущие журналы выходили с его портретом на главной странице. Сражающейся стране был нужен герой и она его получила.

Однако настоящий звездный час приходит с началом войны за независимость, уже после капитуляции османской армии после поражения в Первой мировой войне. Как известно, в 1920 году был заключен крайне жесткий для Османской империи Севрский договор. Согласно этому договору, Анатолия (современная Турция) подлежала разделу, предусматривались: французская и итальянская зоны оккупации на юге Анатолии, уступка большой части Западной Анатолии Греции, а также создание двух независимых государств — Армении и Курдистана на востоке и юго-востоке, соответственно. Стамбул, будучи одновременно резиденцией халифа и султана, должен был стать международным городом, а проливы, через которые планировалось введение свободного судоходства, передавались под контроль специальной международной комиссии. Усеченному Османскому государству позволялось иметь парадную армию без танков, тяжелой артиллерии и самолетов. В этот исторический момент и появляется наш герой. Подобно В.И. Ленину несколькими годами ранее, он пользуясь своим авторитетом, подминает под себя стихийно возникшие местные советы.

Немаловажно, что низовое сопротивление греческому вторжению оказывали исламски-ориентированные повстанцы, сражавшиеся за сохранение своей религии. Их настроения нужно было учитывать и кроме того, турецкому сопротивлению помогали мусульмане из-за границы, например, мусульмане Индии собрали огромную сумму (125 000 £) на освобождение халифа и всего халифата. Кемаль, известный в своем кругу за насмешливое отношение к Исламу и мусульманам, вдруг перевоплощается, его панисламская риторика напоминает речи проповедника джихада, а не будущего секуляризатора и гонителя мусульман. Историки подсчитали, что за время освободительной борьбы он часто употребляет такие слова как: Шариат, Ислам, Пророк Мухаммед, Мусульмане. Нередко «делает дуа» за победу, вместе со всеми «совершает намаз». Стоит ли говорить, что после победы дуа, намазы и пламенные речи в защиту Ислама сойдут на нет.

Будучи ловким маккиавелистом в политике, он как ласковый теленок «сосет двух маток». Большевики идут на тактический союз с турецкими националистами и накачивают восставших турок оружием, золотом и территориями. К Турции переходят три области: Карс, Ардаган и Артвин.

В решающем сражении при Сакарье (рядом с г. Анкара) в 1921 году греки терпят тяжелейшее поражение, а в следующем году турецкая армия в ходе контрнаступления прорывает греческую оборону и гонит греческую армию до самого Измира. 9 сентября 1922 года Ататюрк во главе турецкой армии вступает в освобожденный Измир.

Это триумф и … последние дни последнего халифата.

1 ноября 1922 года халифат и султанат отделяются друг от друга, а сам султанат упразднялся и провозглашалась республика. Причем халиф Вахеддин был низложен на основании фетвы, подписанной исламскими учеными. Его обвиняли в предательстве и разжигании смуты среди мусульман. 29 октября 1923 года была провозглашена республика с Кемалем во главе. 3 марта 1924 года будет упразднен и халифат, от которого впрочем остались одни декорации с печальным временно исполняющим обязанности халифа Абдульмеджидом II, проводившим свои дни за … рисованием голых женщин.

Покончив с халифатом, Кемаль начинает революционные преобразования, планируя опустить религию на самое дно, сделав ее прибежищем черни и простолюдинов. Для всех остальных – западный (в понимании Кемаля и его соратников) образ жизни, наука вместо религии, и турецкий национализм вместо Ислама и сошедшего с дистанции османизма.

Под руководством Кемаля проводятся реформы, призванные закрепить и сделать необратимым переход Турции в «цивилизованную семью народов».

Запрещается феска, традиционный головной убор популярный среди османских ученых, военных, политиков и общественных деятелей. Сам Ататюрк, как это видно по ранним фотографиям носил феску и это ему ничуть не мешало быть прогрессивным и цивилизованным, однако, он именно так объяснял причины ее запрета:

«Было необходимо запретить феску, которая сидела на головах нашего народа как символ невежества, небрежности, фанатизма, ненависти к прогрессу и цивилизации, и заменить её шляпой — головным убором, которым пользуется весь цивилизованный мир. Таким образом, мы демонстрируем, что турецкая нация в своём мышлении, как и в других аспектах, ни в коей мере не уклоняется от цивилизованной общественной жизни»

Нежелающих снимать вески и носить шляпы казнили…

30 ноября 1925 закрываются религиозные братства (решение об их закрытие действует до сих пор).

Отменяется свод законов, основанных на Шариате, на их место окончательно приходит светское право, даже семейные отношения более не регулируются Шариатом. И сейчас спустя 90 лет после провозглашения республики ни одна турецкая партия из тех, что считаются исламистскими, даже не ставит на повестку дня возвращение исламского права, хотя бы в части семейного законодательства.

Новая Турция переходит на григорианский календарь.

Исламский (лунный) календарь становится неформальным календарем для тех кто все еще сохраняет свою религию.

Послушные новым властям религиозные функционеры переучрежденные после запрета ведомства Шейх уль- Ислама в новую структуру — ДИАНЕТ (нечто вроде ДУМов в России), для услады ушей Кемаля постановляют перевести азан на турецкий язык. «Турецкий азан» будет звучат с мечетей вплоть до 1950 года.

1 ноября 1928 года вводится новый алфавит, основанный на латинице, или как тогда говорили – «международных буквах». Османский язык перестает существовать, уступая свое место новому турецкому языку, лишенному не только арабского алфавита, но и арабо-персидских грамматических заимствований. Привычные народу слова заменялись нелепым лингвистическим новоделом или заимствованиями из других тюркских языков. Так внуки потеряли связь со своими дедами, и сейчас редкий турок сумеет прочитать надгробия сделанные в османский период, а чтение османских текстов вообще требует долгих лет обучения.

Интеллектуальное наследие нации, накопленное веками, оказывается никому (кроме узких специалистов) не нужным хламом, пылящимся в музеях и архивах Турецкой республики.

Очень часто «адвокаты» Кемаля говорят, что у него не было выбора, ведь не проведи он реформ, то и Турции бы не было, время было такое, халифат устарел, нужно было заимствовать образ жизни Запада иначе не выжить.

Что тут можно сказать, даже во время не менее радикальных преобразований в шахском Иране, реформаторы не покусились на персидский язык, его не кастрировали, как турки османский и не перевели на «международные буквы», несмотря на начинания персидского реформатора армянского происхождения Мальком-хана в конце 19 века. В Великобритании королева и в наши дни без всяких отсылок к цивилизованности и прогрессу не только лидер государства, но и «глава англиканской церкви, защитница веры!».

Халифат, пусть и в усеченном виде с карикатурным Абдульмеджидом II во главе, вполне можно было сохранить, никто не требовал от турок уничтожать свою религию и культуру. Они это сделали сами, без происков «проклятого Запада» и пресловутых масонов. Безусловно, культурную гегемонию последних никто не отменял, собственно об этом и настоящая статья. Османский халифат проиграл битву за умы мусульман, вот в чем вся наша трагедия.

Поэтому для нас не должен стоять вопрос кем на самом деле был Ататюрк!

Очевидно, что мусульманин не смог бы сделать того, что сотворил Кемаль и его сообщники.

Гордиться реформами Ататюрка и превозносить его «достижения» может только манкурт, т. е. человек, утративший историческую память, духовные ценности и порвавший связь со своим народом. Впрочем, сам Ататюрк и пытался создать такую нацию, полностью утратившую связь со своим прошлым, со своими корнями и своей религией. Он как то изрек,

«Чтобы построить новое государство, о деяниях прежнего нужно забыть»

Таким образом, для нас его биография интересна прежде всего как ключ к пониманию современной нам Турции. Впрочем, о ней самой и ее роли в судьбе мусульман Северной Евразии мы еще поговорим.

Комментарии 7