Среда обитания

Мнение: Сила и слабость Саддама Хусейна

«Кроме меня в администрации Саддама Хусейна работало 32 переводчика, из них 22 были шиитами. В правительстве было много христиан и курдов. Саддам никогда не различал людей по их вероисповеданию или этнической принадлежности. Он был великим человеком, он был отцом нации… Во времена Саддама все мы были иракцами, а теперь мы — сунниты, шииты, христиане и курды. Америка расчленила единое целое на мелкие куски, и мы режем и убиваем друг друга непонятно зачем…». Мы беседуем с переводчиком бывшего президента Ирака Саддама Хусейна в опрятном офисе на одной из центральных улиц Тбилиси, попивая терпкий чай и вспоминая судьбоносные события начала нулевых, когда госсекретарь США Колин Пауэлл тряс перед членами Совбеза ООН пробиркой с порошком и обвинял Саддама Хусейна в создании оружия массового уничтожения.

Американцы прекрасно знали, что такого оружия у нас нет. Но им нужна была иракская нефть и контроль над Ближним Востоком. Мне кажется, если бы Советский Союз не распался, американцы не посмели бы прийти в Ирак. Но мы потеряли СССР, и это стало трагедией для нашего региона. США взрастили террористов для борьбы с Советами в Афганистане, и когда советский солдат покинул эту землю, афганские моджахеды с оружием в руках обратили свои взоры к Ираку. Это был план США, и именно поэтому так много бойцов «Исламского государства», которые сегодня шаг за шагом уничтожают мою страну, — ветераны афганской войны.

Мухаммад Карим (имя собеседника EADaily изменено по его просьбе) начал работать в администрации Хусейна в 1992 году. До этого он профессионально занимался переводами, переводческой деятельностью, работал в госструктурах Ирака

Однажды мне позвонили и сказали: «Здравствуйте, не согласитесь ли вы работать переводчиком президента?». Тогда мне было около 30, я был молод, и работать в администрации Саддама было для меня большой честью. Саддам был очень осторожным человеком. Мы никогда не знали заранее, где он будет проводить встречи с иностранными гостями. У него были резиденции по всей стране, в каждом городе. Нам звонили за пару часов до встречи и просили подготовиться. Потом приезжал водитель и забирал в резиденцию. Я помню первую встречу, это был 1994 год. Я ужасно волновался, боялся, что не смогу правильно все перевести, но был очень счастлив встретиться лицом к лицу с таким человеком [имеется ввиду Саддам Хусейн — прим.]. После окончания встречи Саддам пожал мне руку и шутливо сказал: «Извините нас, мы вас утомили». Он был очень добр с нами: после каждой встречи от имени президента нам присылали подарки. Это мог быть дорогой костюм, еще что-то ценное, но чаще всего это были деньги. Мы были счастливы. Не только я, но и весь иракский народ. Мы жили в безопасности, мы жили в достатке, Саддам давал нам земли, дома — заботился так, как отец заботится о своих детях. На Ближнем Востоке не было равных ему правителей.

Саддама называли диктатором…

Правило Ближнего Востока гласит: не создавай угроз власти — и будешь жить. Саддам не был диктатором, но он имел много врагов и был вынужден действовать жестко и решительно.

Например, использовать химическое оружие против иракских курдов?

Вы имеете ввиду Халабджу? [в марте 1988 против курдов, проживающих в иракском городе Халабджа, было применено химическое оружие — прим.]. Это дело рук Ирана, и это доказанный факт. Если Саддам и убивал курдов, то только в ходе боевых действий, понимаете? Я расскажу вам одну историю, о которой никто не знает. Я не помню точный год, но однажды иракская разведка донесла Саддаму, что у них есть возможность ликвидировать лидера иракских курдов — Масуда Барзани. Военные сообщили Саддаму, что доверенные лица могут подсыпать Барзани яда в чай, и через пару месяцев его не будет в живых. Но Саддам ответил: «Такое поведение недостойно мужчины — если я захочу убить его, то убью без всяких ухищрений». Поистине, он был великим человеком.

Мухаммад Карим рассказывает о привычках и укладе иракского лидера с блеском в глазах.

Саддам дружил с Фиделем Кастро, который всегда посылал ему кубинские сигары, но он любил и американские. Однажды у него спросили: «Ты куришь сигары наших врагов?», на что он ответил: «Да. Но я закуриваю иракским огнем»… Он очень любил шутить и никогда не использовал плохих слов. Я проработал у Саддама 12 лет и не помню ни одного раза, чтобы он повысил свой голос. Он был сильной, уравновешенной личностью. Саддам был очень образован, много читал, хорошо разбирался практически во всех темах: с ним можно было поговорить и о медицине, и о сельском хозяйстве, и об истории — Саддам знал все! Он мечтал стать таким же могущественным правителем, как Салахад-Дин и Навуходоносор.

Мухаммад Карим считает, что политические амбиции Хусейна стали одной из причин, побудивших США устранить его. Собеседник EADaily отмечает, что Вашингтон начал политику ослабления Ирака еще в 90-ых годах прошлого столетия, когда Саддам, обвинив Кувейт в незаконной добыче нефти на иракской территории, ввел в соседнюю страну войска. Пресловутая операция «Буря в пустыне», проведенная в ответ США и их союзниками в начале 1991, окончилась полным разгромом иракской армии.

«Возможно, Саддам в вопросах политики был не всегда прав — он никогда не прислушивался к чужому мнению, к мнению своих советников. Он принимал решения единолично, поскольку был волевым человеком. Но мы не ожидали, что вторжение в Кувейт обернется такими последствиями. Саддам хотел лишь наказать их, как отец наказывает провинившегося сына. Другой ошибкой Саддама было доверие к США. Перед началом войны с Кувейтом Саддам встретился с послом США в Ираке Эйприл Гласпии сообщил ей о своих планах. Американцы дали Саддаму добро на вторжение, Гласпи лично заявила ему, что американцы не будут вмешиваться в этот конфликт. Если бы мы знали, что США и полмира ополчатся против Ирака, мы бы не начали войну. Но американцы играли в грязные игры: до Кувейта у них не было доступа к Персидскому заливу, и война принесла им контроль над регионом. К тому же, они не захотели, чтобы Саддам контролировал нефтеносный Кувейт. Мне кажется, не будь кувейтской нефти, они не вмешались бы в войну. Они используют целые страны и народы, а потом просто выкидывают в мусор, как использованную салфетку», рассказывает Карим.

Спустя 13 лет началась новая война. 20 марта 2003 года, в половине шестого утра в Багдаде прогремели взрывы. Коалиционные войска США и Великобритании, обвинив режим Саддама в связях с Аль-Кайдой и создании ОМП, начали несанкционированное Совбезом ООН вторжение в Ирак.

Они пришли к нам с цветами? Нет. Они пришли к нам с бомбами. Это не Саддам, которого они называли диктатором, напал на Америку. Это американцы пересекли тысячи и тысячи километров, чтобы уничтожить мою страну. Саддам был готов к войне, но что мы могли поделать? Когда Багдад пал, Ирак был обезглавлен. Мы уподобились сиротам, которых оставили без отца. Если проблема была в Саддаме, для чего было посылать десятки тысяч солдат для ликвидации одного человека? Как можно уничтожить целую страну и сотни тысяч людей? Разве это демократия?

Свежи в памяти кадры, на которых запечатлено, как народ праздновал свержение Саддама…

Сколько человек? Тысяча? Десять тысяч? Миллион? Это ничто по сравнению с 30-миллионным населением Ирака.

Саддам Хусейн бежал из Багдада в апреле 2003 года, спустя 7 месяцев был схвачен американцами, а 30 декабря 2006 года его повесили по приговору Верховного суда Ирака.

Когда американцы взяли Багдад, в стране начался ад. Первым делом они упразднили армию, разведку, полицию, уничтожили наши запасы оружия. Потом по всей стране стали создавать шпионские сети. Во всех городах были вывешены объявления, что американцы предлагают за сотрудничество ежемесячную зарплату в $200. Все те люди, которые писали доносы на своих же, сегодня работают в правительстве Ирака.

Сам Мухаммад Карим стал жертвой доноса в декабре 2004 года.

Я не мог молчать, видя, как американцы разрушают мою страну. Я понимал, что однажды придут и за мной, но это не могло меня остановить. Я делал антиамериканские заявления, писал в социальных сетях, встречался со многими людьми.

Он провел в заключении полтора года, побывал в нескольких тюрьмах, в том числе и скандально известной Абу-Грейб.

Я помню, в 3 часа ночи раздался сильный грохот, и через пару секунд ворвались американские солдаты. Моя жена плакала и кричала: «Зачем вы забираете моего мужа, неужели у вас нет веры в Бога?». Один из солдат ответил ей: «Когда-нибудь ты будешь благодарна, что твоего мужа забрали американцы». Я понял, что он имел ввиду, годы спустя. Арестуй меня иракцы, сейчас я гнил бы под землей… [улыбается]

Говорить о времени, проведенном в тюрьме, Мухаммад Карим не хочет. На вопрос, пытали ли его американцы, встает во весь рост. Я замечаю, что одна нога у него короче другой на несколько сантиметров — результат пыток. Мухаммад показывает мне ладони, испещренные глубокими шрамами.

Они спрашивали, где Саддам, что я о нем знаю, обвиняли меня в том, что я член партии «Баас» и веду антиамериканскую деятельность. Подобно тысячам и тысячам иракцев, я не знаю, за что отсидел. Мой друг… Американцы поймали его и повели на допрос. Когда он отказался говорить, его раздели догола, привязали к столу и напустили собак… Мне не хотелось бы вспоминать об этом… В тюрьме я благодарил Бога, что остался жив: все-таки желание жить было сильнее, чем страх перед пытками…

После выхода из тюрьмы Мухаммад сперва перебрался в одну из ближневосточных стран, а затем решил приехать в Грузию. Во времена президентства Михаила Саакашвили для граждан Ирака действовал безвизовый режим. Мухаммад Карим осел в Тбилиси и начал свой бизнес.

Грузия спасла мне жизнь, дала прибежище. Люди здесь приветливые, мы чувствуем себя в безопасности, можем свободно передвигаться, работать, делать что хотим. Я люблю эту страну. Я успокоился. У меня есть работа, скоро выпущу грузино-арабский словарь; помогаю сыну окончить университет. Но я все время думаю о Багдаде. Я хотел бы вернуться на свою землю, повидать своих близких, друзей. Я хотел бы мира, но мы не можем об этом больше мечтать. Каждый день мы видим по новостям, что сотни иракцев погибают, тысячи бегут из страны. Иногда мне кажется, что скоро в Ираке останется всего пара миллионов человек, но что мы можем сделать? Время мечтать прошло… Но у нас есть древняя мудрость, которая часто приходит мне на ум: все империи перед своим закатом приходили в Багдад.

Комментарии 2