Общество

Варя Караулова. Пропадала и нашлась

27 мая пропала студентка МГУ Варя Караулова. По основной версии следствия, Варю завербовали исламисты организации ИГИЛ и переправили в Турцию. Сегодня Варя нашлась — была задержана при попытке пересечь турецко-сирийскую границу.

28 мая отец Вари Карауловой опубликовал на своей странице в Фэйсбуке объяление о розыске дочери:

Пропал ребёнок! Варя Караулова (29 ноября 1995 г. рождения). Уехала в МГУ 27 мая 2015 г. в 12:00 и не вернулась до сих пор. Варю увезли в Стамбул (Турция), предположительно для переброски в Сирию или Ливию. Прекрасное знание языков: английский, арабский, немецкий, французский, латынь. Нужна помощь правоохранителей в Турции, Российских консульств и посольства, ФСБ!

27 мая студентка-отличница второго курса философского факультета МГУ им. Ломоносова, кафедры культурологии Варя Караулова вышла из дома, сказав маме, что едет в Университет. После этого, спустя какое-то время, она написала маме SMS-сообщение, в котором попросила ее погулять с собакой — щенком Фрекки, а потом исчезла. Той же ночью родители обратились в полицию, и уже на следующий день стало известно, что Варя находится на территории Турции. После того, как самолет прибыл на турецкую землю, от Вари пришло электронное письмо: «Со мной все в порядке. Я скоро выйду на связь. Извините за Фрекки», с тех пор — ни слова.

На факультете девушка изучала культуру и религию Востока, читала много книг об исламе. С сентября, выходя из дома в обычной одежде, она потом переодевалась в традиционную исламскую, надевала хиджаб. Родители Вари разведены, девушка жила с мамой. Загранпаспорт она получила втайне от родителей, причем, по словам отца, паспорт был получен по линии Министерства иностранных дел — это единственная возможность оформить этот документ без личной явки к чиновнику, который его выдает.

И отец девушки, и адвокат уверено заявили о «четкой и планомерной работе вербовщиков, которые обманным путем выкрали девушку из России для использования в своих целях».

Сегодня утром, пресс-центр МВД сообщил, что Варя была задержана на территории Турции в городе Килис при попытке пересечения турецко-сирийской границы.

Мы побеседовали с теми, кто знал Варю — деканом и преподавателями. Друзьям и однокурсникам полиция запретила разговаривать с журналистами, чтобы не навредить расследованию.

Декан философского факультета Владимир Миронов, а также заместитель декана Алексей Козырев, воздерживались от комментариев, пока шли поиски девушки. Как сказал Владимир Миронов, «любого рода интервью лишь приносят вред, ибо идут реальные поиски человека. Вот когда вся информация будет достоверна и можно будет беседовать. А пока все это выглядит как погоня за сенсациями».

Алексей Козырев также пояснил:

— Во-первых я не знаю, где она, с какой целью уехала в Турцию, если уехала. Любой комментарий — это перебирание домыслов, которые в этой ситуации вбрасываются СМИ и могут навредить самой же Варваре. Варвару я учил, она была у меня в группе на первом курсе. Группа была большая и мне ничем особенным она не запомнилась. По мнению ее отца, ее интерес к исламу начал проявляться на втором курсе. Я никогда не видел ее в хиджабе или какой-то необычной и отклоняющейся от обычной нормы одежде. Деканат находится в постоянном контакте с ее родителями.

Лидия Чаковская
Лидия Чаковская

Лидия Чаковская, преподаватель кафедры истории и теории мировой культуры философского факультета МГУ рассказала о Варе так:

— Варя учится на отделении культурологии философского факультета, и у них очень сильная группа. У меня она училась год, это был большой спецкурс, посвященный поздней античности, и при этом, примерно треть спецкурса была разговором про Евангелие. В конце курса написала хорошую работу на тему, которую мы вместе выбрали — про синагогу в городе Дура-Европас (в Сирии). Это древний город, разрушенный ИГИЛом, о чем мы на лекциях говорили. А потом Варя исчезла.

— Вы обратили внимание на то, что она носит хиджаб, одевается особенно?

— Ничего необычного для Московского Университета не происходило. Многие ребята ходят в странной одежде, этим никого не удивишь, факультет у нас очень свободолюбивый. Да, в какой-то момент Варя стала надевать хиджаб, но на самом деле этот хиджаб ничем не отличался от косынки, повязанной хитрым образом.

Философский факультет, благодаря нашему декану, — очень свободомыслящий, наверное, самый свободный в МГУ. В студентах ценится свобода выбора, свобода убеждений, а выбор студента уважается. Именно поэтому почти никто не обратил внимание на этот Варин платок — хочешь носить? Ради Бога!

Понимаете, людей зомбированных, у которых в голове одна идея, которые зациклены на одной теме — будь то ислам или Рене Генон или оккультизм — сразу видно. Мы, педагоги, это очень четко отслеживаем. И с Варей абсолютно не тот случай. Это человек университетский, инкорпорированный в университетскую жизнь, живой и совершенно открытый.

Что, на мой взгляд, совершенно непонятно, это каким образом в чисто академический интерес к исламу, который был всегда — есть мощная школа изучения ислама в МГУ и ИСАА — вдруг проникают фундаменталистские идеи? Где эта лазейка? Ведь академический интерес к исламу вовсе не исключает обращение в ислам, в МГУ есть профессора мусульмане, например, но где происходит слом? Это самое загадочное в этой истории.

— А сокурсники как-то реагировали на внешние перемены, происходящие с Варей?

— Но ни один нормальный студент, а тем более студент нашего факультета, не станет реагировать на человека, который надел хиджаб или ходит с четками — не важно, если в остальном этот человек адекватно себя ведет. Что значит «адекватно»? То есть нормально разговаривает на семинарах, читает книжки, интересуется учебой, ведет нормальную студенческую жизнь. При таком нормальном поведении, никто не станет спрашивать сокурсницу: «Что это ты на голову надела?». Потому что это не принято, тем более у молодежи принято уважать стремление другого к самоопределению: «О, человек нашел веру».

Что случилось?

И отец, и адвокат в один голос говорили о вербовке и насильственном исчезновении девушки. Однако о причинах Вариного поступка пока можно только догадываться. Среди студентов и бывших одноклассников Вари ходят смутные слухи и о молодом человеке, связанном с ИГИЛ, с которым Варя была знакома еще со школы и потом вроде бы рассталась, и о националистических взглядах Вари, которых она придерживалась в школе. Все это делает историю с исчезновением отличницы-студентки неоднозначной и доказывает, что с прямолинейными выводами спешить не стоит.

Анастасия Фатима Ежова
Анастасия Фатима Ежова

Бывшая студентка того же философского факультета МГУ Анастасия Фатима Ежова рассказала на своей странице в Фэйсбуке, что понимает причины Вариного поступка.

Она точно так же в свое время изучала арабский на курсах в ИСАА, как Варя, точно так же пряталась и надевала хиджаб за углом дома, чтобы родители не видели. Только, в отличие от Вари, ушла не в ИГИЛ, а в противоположный исламский лагерь. Вот что она пишет:

1. Пока не стопроцентно доказанный факт, что Варя сбежала именно в ИГ. Хотя такую версию исключать полностью нельзя, но не менее вероятна и другая — отправилась замуж. Примерно два года назад очень похожая история приключилась с одной шиитской неофиткой — родители прессовали за хиджаб, и она сбежала замуж второй женой, причем именно в Турцию, за человека, который в свое время учился в Куме. История во многом была анекдотичной, но в итоге там все вроде улеглось — девушка благополучно родила ребенка, с родителями вроде был налажен контакт.
ИГИЛа тогда еще никакого не было. Да и это не могло быть их темой.

2. Варя очень похожа на бунтующую жертву гиперопеки: обратите внимание, отец бьет тревогу с помощью формулировки: „Пропал ребенок“, а не „пропала молодая девушка“, что было бы логично применительно к 19-летнему совершеннолетнему человеку. „Ее завербовали“, „ее обманули“, „ее увезли“, „она не могла сама получить паспорт“ = не видели в выросшем ребенке сознательную личность и взрослого человека. Одновременно — не приучили к зрелому анализу действительности, ибо надо не иметь мозгов, чтобы не понять сущности ИГИЛ, если она действительно там. Частая проблема для слишком домашних девочек с нулевым уровнем предоставляемой им свободы. Ее зомбируемость — ошибка воспитания именно со стороны родителей. И, кстати, именно в случае тотального контроля и гиперопеки подростки и молодые люди становятся такими скрытными и учатся виртуозно хитрить.

Надежда Кеворкова
Надежда Кеворкова

Журналист Надежда Кеворкова в интервью"Правмиру" обращает внимание на недостаточную информированность общества о мусульманском мире, и организации ИГИЛ в частности:

Мы мало что знаем об ИГИЛ. СМИ не посылают туда журналистов. Чем жестче запрет на ИГИЛ, чем больше вранья в СМИ, тем острее интерес к этому явлению. Тем гуще туда поток со всего мира.

Англичанки и француженки едут в ИГИЛ — и оттуда шлют послания родным, что всем довольны, отстаньте. Целая группа уйгуров приехала. В Китае их преследуют за веру, а там — нет. Кавказ опустел — вся молодежь уехала.

Что ждет Варю, если она действительно в ИГИЛ? Лучше подумать, что ждет ее дома, куда ее насильно вернут, после того как сделали ее притчей во языцех. Перемыли ей кости. Обсудили каждую ее смску. Видимо, заставят ее ходить к психиатру, есть свинину, гулять с собакой, пить алкоголь и «иметь отношения». Что еще ей может предложить среда?

В настоящий момент Варваре грозит отчисление из МГУ (поскольку она не приступила к сдаче весенней сессии), уголовное дело за попытку участия в боевых действиях на территории иностранного государства.

Комментарии 3