Их нравы

Молчать и слушать

Повесть Булгакова «Собачье сердце» давно стала хрестоматийной классикой, которую разобрали на цитаты. Автор смог очень тонко и очень точно раскрыть не только дух той эпохи, не только характеры отдельных героев книги, но и показать в этих самых героях психологию целых слоев населения, и, что интересно, эти характеристики не теряют своей актуальности и по сей день.

Поразительным по своему содержанию и смыслам является эпизод, в котором профессор Преображенский, доктор Борменталь и Шариков ведут разговор о том, какую книгу читал последний и что он думает о прочитанном. Шариков читал, как он выразился «переписку Энгельса с этим… как его — дьявола… с Каутским«, а потом, вальяжно развалившись на стуле, прямо, безапелляционно, с безусловной убежденностью в своей правоте, выдавливает «Да не согласен я». Причем с обоими.

Конечно, можно было бы посмеяться над тем, как вчерашняя собака, сегодня ставшая пролетарием, осмеливается не соглашаться хотя бы с одним Энгельсом, на чьих советах, заветах, трудах и философии была основана власть этих самых пролетариев. И это вот существо, которое не избавилось от своих звериных инстинктов и повадок, бросающееся на людей и кошек, в присутствии людей с университетским образованием, начинает оспаривать позиции двух недосягаемых для его воображения и понятия ученых личностей, говорящих о вещах, которые не постижимы его примитивному мозгу, при этом предлагая простые решения: взять и поделить.

Да, над этим можно было бы посмеяться, если бы предложение Шарикова не находило отклик у многих сотен тысяч людей, если бы также не думали огромные массы, потому что простые решения — они всегда популярны, популярны, потому что понятны, а понятны, потому что — простые. Невежественный, монохромный мозг этих людей, чьим интеллектуальным максимумом является чтение «Робинзона Крузо«, как было сказано выше, не позволяет им вобрать в себя всю глубину мысли ученых мужей, широту их взглядов, палитру мнений, в результате чего и рождается безапелляционное несогласие.

Над этим можно было бы смеяться, если бы это было литературной выдумкой писателя, а не реальностью, которая окружала людей его эпохи, реальностью, в которой Шариковы руководили страной и вершили судьбы людей.

Над этим можно было бы смеяться, если бы это осталось в той эпохе и не переходило из поколения в поколение, как генетический изъян, уродующий облик общества.

Над этим можно было бы смеяться, если бы этой заразе не были подвержены и мусульмане, некоторые из которых, в силу своего интеллектуальной слабости, ведут себя разнуздано в отношении исламских ученых, хотя их обязанностью является молчать и слушать, молчать и слушать.

Автор: Икрима абу Марьям

Комментарии 3