Среда обитания

Как отреагировал Рунет на расстрел французских журналистов?

Большинство ведущих мировых газет, телеканалов и интернет-изданий решило не публиковать карикатуры «Charlie Hebdo». Однако о последствиях парижской трагедии для мусульман Европы мы можем судить по заголовкам сегодняшних новостей, информирующих о нападениях на местные мечети, вплоть до забрасывания храмов гранатами.

А как отреагировал Рунет на расстрел французских журналистов? Чего ждать российским мусульманам?

Последние несколько дней  все мировое сообщество следит за развитием событий, происходящих в Париже. 

В минувшую среду трое террористов ворвались в редакцию французского еженедельника Charlie Hebdo и расстреляли собравшихся на «летучке» журналистов. Жертвами атаки стали 12 человек, в том числе двое полицейских. Более десяти - получили различные ранения.

Французские телеканалы отметили, что преступники кричали: «Мы отомстили за пророка Мухаммеда».

Тут все внезапно вспомнили, что парижский журнал является сатирическим, и на протяжении последних нескольких лет, несмотря на многочисленные угрозы, неоднократно публиковал карикатуры на пророка.

Позже СМИ распространили информацию, что установлены личности нападавших. Их причислили к «Аль-Каиде». К тому же, стало известно, что они воевали в Сирии.

В скором времени появились сообщения о штурмах по всему Парижу, которые на деле оказывались обычными обысками в квартирах друзей и родственников преступников. Американская NBC пошла дальше всех, «вбросив» «со ссылкой на чиновников в правительстве США», что двое террористов уже арестованы, а один убит. 

Дальше – больше. Одним из подозреваемых был назван 18-летний Хамид Мурад, который все это время был на учебе и, прочитав о своих похождениях в соцсетях, очень удивился. Сдавшись полиции, он заявил о том, что у него есть алиби. Те признали, что «вышла ошибочка».

На данный момент главными подозреваемыми остаются два брата Саид и Шериф Куаши, которых уже вторые сутки разыскивают по всей Франции.

Пока несколько тысяч сотрудников правоохранительных органов Франции были заняты поиском убийц, еще большее количество парижан вышло на улицы, чтобы выразить свою солидарность с погибшими. 

Обсуждали теракт и в соцсетях: люди по всему миру начали публиковать сообщения скорби, сопровождая их хештегом #JeSuisCharlie (от французского «Я – это Шарли»). 

За высказываниями зарубежных известных личностей о парижской трагедии я не следил, но некоторые российские пользователи соцсетей меня, честно признаюсь, удивили. Причем, неприятно удивили. Но обо всем по порядку.

Пользователи «Твиттера» решили поддержать жертв нападения «во имя свободы слова», только вот формы этой поддержки говорят сами за себя.

Как выяснилось, во всех бедах человечества оказались виновны религии:

В свойственной подаче новостей своим отношением к конкретной религии обозначился и известный паблик, основателем которого являются бывшие журналисты «Ленты»:

Эксперт по «жуликам и ворам» до сих пор считает, что Чеченская Республика и Ичкерия – одно и то же:

Отдельного внимания заслуживает призыв Михаила Ходорковского, о котором уже сообщал Беслан Успанов.

Экс-глава ЮКОСа посчитал важным на тот момент заявить не о необходимости найти и жестко наказать убийц, а наплевать на чувства верующих мусульман. Причем, сделать это посредством СМИ (учитывая то, что на других языках данного обращения не было, можно сделать вывод, что посыл был обращен именно к российским журналистам).

Вообще, большинство ведущих газет, телеканалов и новостных сайтов решило не публиковать карикатуры Charlie Hebdo. В частности, такую позицию заняли NBC, CNN, ABC, Reuters, Associated Press, New York Daily News, Telegraph, New York Times и прочие. Чего не скажешь о Business Insider, Huffington Post, Daily Beast и Buzzfeed.

И все-таки вернемся к российсим СМИ. Хотя тут список не такой уж и большой.

Буквально на следующий день появилось заявление главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова, который подверг Ходорковского жесткой критике и назвал «личным врагом». Этот момент, конечно же, также не остался без внимания. 

Борис Немцов, посоветовал бывшему олигарху нанять охрану, а главред журнала The New Times Евгения Альбац пустилась во все тяжкие и позволила себе, на мой взгляд, абсолютно недопустимый оборот речи в адрес главы Чечни.

Любая попытка пользователей-мусульман обозначить свою негативную позицию по отношению к любому проявлению терроризма, и при этом полное нежелание лицезреть оскорбления в адрес своей веры и любимого пророка тут же ловко переводились «хранителями свободы слова» в поддержку убийц.

Несмотря на негативную риторику большей массы, неоднократно задавались и вполне логичные вопросы, которые тут же оспаривались:

Некоторые недоумевали из-за двойных стандартов тех, кто высмеивал недавние митинги против терроризма в Грозном, и при этом выражал восхищение европейцами.

Будучи мусульманином, я, безусловно, осуждаю убийство невинных мирных людей, к какой бы конфессии они не принадлежали. Тех, что посреди бела дня расстреляли пару десятков человек без суда и следствия – я не считаю мусульманами, какими бы ни были их выкрики и лозунги.

Достаточно и того, что одним из полицейских, убитых во время атаки на редакцию Charlie Hebdo, был мусульманин Ахмед Мерабет.

Он просил террористов пощадить его жизнь, но боевики выстрелили в него несколько раз. Я уверен, что этот человек не рисовал карикатур, и умер он не за то, чтобы у «сторонников свободы слова» было право оскорблять его религию и его пророка. Тем не менее память об этом человеке никто из российских политиков и журналистов почтить не захотел, и майку с его именем никто надевать не стал.

Последствия произошедшего для мусульман Европы наглядно иллюстрируют заголовки сегодняшних новостей, информирующих о нападениях на местные мечети, вплоть до забрасывания храмов гранатами.

Какие ощущения должны возникнуть у семьи законопослушных мусульман, когда они видят на двери своего жилища надпись «смерть Исламу»?

Что касается солидарности с убитыми коллегами-журналистами, то от тусовки «я – это Шарли», пожалуй, воздержусь. У меня есть свои примеры людей, которых я могу назвать журналистами, достойными памяти, – тех, чьи убийства до сих пор почему-то никто не пытается раскрыть, и тех, о смерти которых многие никогда не узнают

Комментарии 21