Их нравы

Сектоведы по вызову

(На фото: Сектоведы Роман Силантьев и Александр Дворкин)

Что такое «сектоведение»? Для большинства обывателей это – некие гуманитарные околонаучные изыскания, связанные с религией. Однако «профессиональные сектоведы» поставили свое увлечение малыми религиозными группами буквально на поток, превратив его в некий инструмент для лоббирования интересов тех, кто больше заплатит.

Выражаясь сленгом из «лихих 90-х», сектоведение сегодня помогает «отжать» бизнес или пролоббировать некие интересы в пользу «заказчика». Поверить в подобное весьма сложно, но мы предлагаем рассмотреть вам три разные истории трех разных людей из разных областей России. Они похожи в одном: инструментом воздействия было выбрано сектоведение во главе с «сектоведом всея Руси» Александром Дворкиным.

История первая: как наказать непокорную жену?

Сектоведы по вызовуМою собеседницу зовут Елена Брессем, она – шатенка с удивительным, доверчивым, как у ребенка, взглядом, и поистине голливудской улыбкой. Только история Елены улыбок не вызывает – бывший муж украл у нее ребенка и обвинил в сектантстве. Вот что Елена мне рассказала: «Четыре года как я ушла от мужа. Ушла с двумя детьми: в браке у нас родились сын и дочь. Много работала, сняла квартиру, у меня появились деньги – я независимый партнер компании Гербалайф. Оформила официальный развод, поставила печать в паспорте. Так как к этому времени у меня начались серьезные отношения с мужчиной из Москвы, я решила, что перееду к нему из Перми – он сделал мне предложение, мы собирались пожениться. Замечу, что до этого решения моего бывшего мужа ни я, ни дети не волновали. Но как только он узнал, что я переехала в Москву, с детьми, да еще и к другому мужчине, он украл у меня сына и обвинил в сектантстве. Не знаю, почему он так поступил, и кто вообще его надоумил – думаю, он просто не нашел другой причины, а Гербалайфом я занимаюсь уже около семи лет. И по-другому до меня, извините за сленг, не «докопаться»: дочь – круглая отличница, деньги я зарабатываю, доходы имею, у меня все в порядке, более того – я оформлена как индивидуальный предприниматель. Это значит, что я работаю сама на себя, являясь независимым партнером компании Гербалайф.

Но мой бывший муж украл у меня сына и нанял себе адвоката по фамилии Корелов – это, насколько я знаю, адвокат Александра Дворкина. В итоге, к процессу, на котором суд должен был определить место проживания наших детей, они состряпали целый «научный» труд с синими печатями какого-то Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета о том, что было проведено исследование, подтверждающее, что Гербалайф – это тоталитарная коммерческая секта, а я - ее адепт! В качестве доказательства было приведено большое количество различной литературы, автором которой являлся исключительно Дворкин. Кроме этого, они представили такие «доказательства», как материалы неких конференций, также подтверждающих, что Гербалайф – секта. В итоге получилось два тома дела о том, что я – сектант. Кроме этого, Дворкин выступил в суде лично, в качестве свидетеля, и рассказал о том, что я состою в секте. Я видела его впервые в жизни, откуда этот незнакомый человек может вообще что-то обо мне знать? Но он выступал как свидетель. Также был еще один свидетель, Ошмарин (заместитель руководителя Миссионерского отдела Пермской епархии РПЦ Евгений Ошмарин, местный сектоборец, официальный представитель РАЦИРС в Перми – прим.авт.) – я тоже никогда его до процесса не видела, но он также утверждал, что я в секте.

Меня заинтересовали личности этих людей, я стала искать в интернете, кто это такие, и выяснила, что все они, включая Александра Корелова, состоят в РАЦИРС (Российская ассоциация центров изучения религий и сект (РАЦИРС), она же «Информационно-консультационный центр Св. Иринея Лионского» – организация, объединяющая региональные центры по проблеме тоталитарных сект. Руководителем этой ассоциации является Александр Дворкин – прим. авт.). То есть, вся эта толпа, выступающая на суде против меня, и доказывающая, что я сектант, члены одной организации! Я решила проверить, каким образом они работают, позвонила в РАЦИРС, рассказала, что у меня якобы муж работает в Амвей (не стала говорить про Гербалайф, привела другой пример) – а для них это тоже секта – и еще он йогой увлекся в последнее время, мол, что мне делать? И мне сразу описали примерный сценарий: можно их нанять, они приедут, расскажут, как действовать, состряпают документы, выступят на суде свидетелями – все это за определенную плату. То есть, мой случай — это хорошо спланированная акция, которая оплачивается бывшим мужем. Я уверена, что он им хорошо платит, сектоведа привез за свои деньги – не думаю, что Дворкин бесплатно бы поехал из Москвы в Пермь, и Корелов, очевидно, тоже бесплатно работать не будет (с «райдером» сектоведа-гастролера можно ознакомиться на его официальном сайта: г-н Дворкин предпочитает летать самолетами, и ездить до аэропорта исключительно на такси – прим.авт.)».

Далее ситуация Елены Брессем приобрела оттенки сюрреализма: бывший муж с адвокатом Кореловым решили, что они, объединенными усилиями, могут признать молодую женщину невменяемой и поместить на лечение в психиатрическую клинику. Для реализации этого плана ими в суд была представлена некая экспертиза, из которой следовало, что Елена ненормальная. Однако она не собиралась сдаваться: «Понимая, что эти люди ни перед чем не остановятся, я сделала запрос в Москву, в Федерацию судебных экспертиз, и мне сообщили, что проведенные тесты не соответствуют заключению экспертов. Эту информацию я предоставила в суд, который ее принял. Видимо, они не рассчитывали, что я найду силы и средства на то, чтобы всю эту «экспертизу» проверить... И когда я представила свои доказательства, суд их экспертизу признал недействительной, и назначил новую, которую мы с дочерью прошли, а он с сыном – ребенка он прячет – не явился на экспертизу, потому что экспертиза бы показала, что сын не хочет с ним находиться. Думаю, и он не прошел бы экспертизу, потому что нормальный человек не станет делать то, что он делает – например, недавно он сжег мне новую машину…».

То есть, адвокат-сектовед с мужем Брессем разработали некую стратегию по «усмирению» бывшей супруги. Когда стало понятно, что суду явно недостаточно «научной литературы» за авторством Дворкина, они приступили к «плану Б», и попытались с помощью поддельных бумаг упечь женщину в дурдом. В заключении разговора Елена рассказала одну небольшую деталь: «Интересно, что после того, как бывший муж связался в членами РАЦИРС, он ушел «в глубокое подполье» – о его местонахождении неизвестно ни родственникам, ни друзьям. Те, кто его случайно встречали и общались, уверены, что его зомбировали, причем, за его же деньги. Так или иначе, руками Дворкина мой муж пытается разрушить мою жизнь. Меня оклеветали – я подала иск о клевете – и планомерно стараются уничтожить мою карьеру. Они у меня целый год жизни отобрали, потому что год я занимаюсь судами и Дворкиным: то мне на экспертизу, то к адвокату, то документы собрать, то нужно ехать в Пермь, и я трачу на это очень много времени, а могла бы работать и приносить пользу обществу».

Елена любезно предоставила копии материалов своего дела: экспертизы, решения, протоколы… Стало очевидно – обслуживание «интересов клиента» у сектоведов хорошо отработано: на адвокатский запрос Корелова отвечает сам же Дворкин, «заключение» по Гербалайфу подготовил ученик Дворкина Алексей Воат, в качестве подтверждения приобщена литература с их же сектоведческой конференции... Слаженная работа, ничего не скажешь.

Сектоведы по вызову

А пока идут суды, Дворкин раздает интервью: «В Перми я уже третий раз, но сейчас я сюда приехал по частному делу — для того, чтобы принять участие в судебном процессе. Следовательно, настроение у меня рабочее. Меня пригласили выступить в суде в качестве эксперта. Дело в том, что женщина, попавшая под влияние сразу двух сект, оставила мужа и скрылась в неизвестном направлении, забрав с собой двух малолетних детей. Супруг с трудом нашел свою жену; ее уже успели выдать замуж в секте, и теперь он пытается через суд вернуть детей». Вот так! Жена скрылась в неизвестном направлении прихватив с собой двух детей! Попала под влияние сразу двух сект! И наивный читатель даже не догадывается, что в действительности стоит за этими словами Дворкина...

История вторая: страшней эколога сектанта нет

Сектоведы по вызовуСледующей собеседницей стала Анна Головина, организатор экологического движения «Сделаем» Ярославской области. По ее словам, за экологами идет настоящая охота со стороны сектоведов, возглавляемая пресс-секретарем Дворкина Евгением Мухтаровым. Ситуация была настолько нетривиальная, что я попросила Анну рассказать обо всем в подробностях: «Собственно, наша деятельность заключается в том, чтобы организовывать субботники, массовую уборку мусора, и прочие экологические акции. Мы сажаем деревья в парках и около домов престарелых, красим заборы и детские площадки, рассказываем, почему важно уметь правильно утилизировать батарейки и энергосберегающие лампы… В общем, занимается природой, экологией, и кстати имеем множество благодарностей и наградных грамот от Департамента охраны окружающей среды и природопользования Ярославской области.

При этом, наша «зеленая» деятельность кажется жутко опасной одному гражданину, а именно – Евгению Мухтарову. Насколько мы смогли узнать, он – руководитель пресс-службы Центра религиоведческих исследований Иринея Лионского (глава этого Центра – Александр Дворкин, прим. авт.). И вот пресс-секретарь Мухтаров обвиняет нас в том, что экологическое движение «Сделаем» – секта, и, соответственно, борется с нами. Борьба ведется за рамками этики и морали: Мухтаров использует метод клеветы, сбора личной информации, публикации личных фотографий и так далее. С чего он решил, что мы секта – большая загадка. Наше предположение такое: у Мухтарова стоит задача бороться с сектами, однако не только сект, но и просто малых религиозных групп в Ярославской области очень мало, и тем более нет таких, кто проводит какие-то мероприятия и создает информационные поводы. А бороться-то надо! И вот он использует информационные поводы, которые создаются нашим экологическим движением – акции по уборке мусора и прочие – для того, чтобы, притянув факты «за уши», создать видимость борьбы с сектами. То есть он говорит, что секта «Сделаем» проводит уборку мусора, чтобы вербовать людей. Я очень обобщаю сейчас, потому что на самом деле это проходит в более жесткой форме: он нам угрожает, пишет клеветнические письма в различные инстанции, и этим наносит серьезный ущерб работе движения: люди, как правило, не разбираются, секта это, или экологи.

Доходило до того, что когда мы предлагали студентам университета придти на уборку мусора, нам отвечали – да вы что, вы же секта. Мухтаров публикует свои «выступления» на самом активном городском форуме, и они определенным образом на нас отражаются: органы власти читают эти вещи, а так как ответственность на чиновниках большая, они иногда стараются отойти в сторону. И, несмотря на то, что в итоге мы разрушаем это непонимание, некая «горчинка» в отношениях с органами власти остается.

Приведу показательный пример: к нам приезжал руководитель общероссийского экологического движения Денис Старк (общественная организация «Мусора.Больше.Нет» – прим. авт.), и Мухтаров написал письмо в соответствующие органы, что у Старка наркотики. В итоге Старка с мероприятия забрали на допрос, где держали два часа. То есть, Мухтаров порочит нас еще и перед коллегами! Почему он это делает?... Возможно, просто нашел свою «нишу», понял, что можно использовать благотворительные и социальные проекты, как-то привязывать их к теме религии, и тем самым создавать видимость бурной «сектоборческой» деятельности».

Наивная Анна и не подозревает, что дело тут вовсе не в отдельно взятом Мухтарове и его личных бредовых инициативах. Все гораздо проще и прозаичнее: деньги. Мухтаров – руководитель пресс-службы Межрегиональной общественной организации «Центр религиоведческих исследований». Организация эта последние три года получает гранты под свою сектоборческую деятельность: так, в 2013 году, Центр, например, получил (см. стр. 57) 4 миллиона 500 тыс. рублей от Института проблем гражданского общества. А грант – денежка подотчетная, за каждую копейку надо отвечать. Вот и старается г-н Мухтаров, гоняет экологов по Ярославской области. Экологи, конечно, не сектанты, но, как говорится, «на безрыбье…» – за грант надо отчитаться.

История третья: как «отжать» бизнес у конкурента

Сектоведы по вызовуКогда в далеком 1989 году москвичка Жанна Цареградская создала Центр перинатального воспитания и поддержки грудного вскармливания «Рожана», она не представляла, что по прошествии 20 лет ее обвинят в организации секты, и заведут дела по нескольким статьям УК РФ. К сожалению, мне не удалось побеседовать с Жанной лично, поэтому ее историю я соберу по тем крупицам, которые удалось найти. Итак, в 1989 году Цареградская организовала Центр перинатального воспитания и поддержки грудного вскармливания «Рожана». Через несколько лет Центр стал самой известной и популярной российской организацией в сфере так называемого «естественного материнства». Также «Рожана», изначально задуманная как некоммерческая организация, стала приносить доход – и доход весьма солидный. Именно с этого момента у Центра начались неприятности: в 2006 году Цареградскую обвиняют в организации секты под видом перинатального центра, в 2008 сектоведы поддерживают «независимых» противников «Рожаны», а в 2010 Центром заинтересовались правоохранительные органы – настолько, что сама Цареградская была взята под стражу, а ее муж оказался за решеткой.

При этом Жанна Цареградская в многочисленных интернет-публикациях утверждает, что на самом деле все происходящее – не более чем классический рейдерский захват успешного бизнес-проекта. И по мнению Цареградской, заинтересованные лица привлекли сектоведа с целью дискредитировать работу Центра. Кроме того, активные нападки на «Рожану» в Сети интернет также происходят с привлечением Дворкина — видимо, для усиления эффекта. Впрочем, Жанна Цареградская весьма трезво оценивает «качественный уровень» российских сектоведов: «Прошу обратить внимание, что … эксперты сектоведы … страдают психическими расстройствами. Речь идет о господине Дворкине А.Л., история болезни которого была опубликована в прессе. Теперь очень понятно, почему этому придурку секта мерещилась в домашних родах, грудном вскармливании и фермерских хозяйствах!».

«Придурок» Дворкин же, тем временем, блестяще выполнил заказ: оказывается атаки на «Рожану» совпадают с выходом на фондовый рынок акций другой похожей организации, «Мать и дитя», которая считает «Рожану» своим конкурентом. К слову сказать, «Мать и дитя» торгуется на Лондонской бирже, стоимость их акций превышает сумму в несколько сот миллионов(!) долларов. И атаки Дворкина, вероятно, напрямую связаны с интересами конкурирующего бизнес-проекта. Думаю, что аналитики какого-нибудь компетентного бизнес-издания, например Wall Street Journal, даже в своих самых смелых фантазиях не могут себе представить такой действенный метод ведения бизнес-войн!

Именно поэтому Жанна Цареградская задает логичный, но отчасти риторический вопрос: «Какой же сволочью надо быть, чтобы ради частных интересов гробить здоровье нации?! Кто может ответить мне?!».

Резюме Мы привели в пример три истории трех разных личностей. Но смеем предположить, что подобных случаев гораздо больше – поставленный «на поток» бизнес по оказанию «рейдерских» услуг оказался весьма успешным, а Дворкин и сотоварищи уже смогли вкусить все прелести немалых, видимо, гонораров. Сектоведы-гастролеры, представляя собой отлично сработанный, отлаженный механизм, ездят по стране, выступая свидетелями на судах у заказчиков, фабрикуя экспертизы, и воздействуя на общественное мнение. Изящный способ «отжать бизнес», играя на святых для русского человека понятиях Православия и духовности. И если сегодня общественность не начнет задавать вопросы как РПЦ, так и Минюсту «доколе подобные персонажи будут порочить российскую государственность», то завтра криминалитет при помощи Дворкина не только получит возможность убирать таким образом любых конкурентов, но и нивелирует представление о духовности.

Комментарии 0