Среда обитания

Экс-мэр озвучил в суде имена тех, кто, по его мнению, сфабриковал против него дело

6 июня экс-мэр Махачкалы Саид Амиров дал показания в Северо-Кавказском окружном военном суде Ростова-на-Дону и озвучил версию, почему главный свидетель — бывший работник прокуратуры Магомед Абдулгалимов — и потерпевший по делу руководитель дагестанского отделения Пенсионного фонда Сагид Муртазалиев охотно дают показания против него.

Вначале своего выступления Амиров заявил, что не считает ни себя, ни Юсупа Джапарова причастными к совершению какого-либо преступления. Далее экс-мэр прошелся по каждому пункту обвинения.

По его словам, все свидетели по делу — Магомед Абдулгалимов, Ш. Ахмедов, М. Алиев и З. Мутаев — были подвергнуты жесточайшим пыткам, чтобы получить показания против него и племянника.

Говоря о своем политическом и общественном влиянии, на котором настаивает следствие, Амиров напомнил суду, что ни один из свидетелей обвинения не сообщил, каким образом он, Саид Амиров, влиял на политические события, и что все их показания основывались лишь на слухах. Что касается финансирования политических партий, то, по словам экс-мэра, он не имеет к этому отношения.

— Следствие утверждает, будто ряд значимых руководящих должностей заняли мои близкие родственники, — отмечает Амиров. — Следствие основывает данные доводы только на основании показаний Сагида Муртазалиева. Но в суде он смог назвать только одного человека — моего сына Магомеда Амирова, который избран всенародным голосованием. Один человек не может составлять «ряд лиц». Как, по версии следствия, с помощью одного человека я могу принимать решения в свою пользу? Это полный бред! Иного следствием не предоставлено. Следователи хоть предоставили бы список из нескольких лиц, которые принимали решения в моих интересах. Нужно отметить, что количество данных лиц должно быть достаточным, чтобы принять нужное решение в Народном Собрании. Все прекрасно понимают, что один человек ничего не решит в Народном Собрании, и более того, следствие и государственные обвинители в суде не доказали, что Магомед Амиров действовал в моих интересах, а не вопреки им.

Что касается так называемого Северного альянса, который, по версии следствия, был создан Сайгидпашой Умахановым в противовес влиянию Амирова и куда входил Сагид Муртазалиев, то тут, по словам Амирова, следователи делают те выводы, которые им нужны, так как ни Умаханов, ни Муртазалиев создание и существование такого альянса не подтверждают.

— Именно с созданием данной организации следствие связывает мотив преступления, но это противоречит всем доказательствам, исследованным в судебном процессе, — говорит экс-мэр. — Следователи настаивают, что придуманный ими Северный альянс противостоял принятию решений, выгодных мне. О каких решениях вообще идет речь? Пусть государственные обвинители сообщат хотя бы одно решение за весь период моей работы, выгодное мне, которое благодаря Умаханову и Муртазалиеву принято не было. Таких решений не было и быть не могло. Об этом и говорит Умаханов. Как ни странно, Муртазалиев даже не смог вспомнить такого решения. Откуда следователям это известно, остается только догадываться.

Одним из «самых странных утверждений следствия» Амиров назвал информацию о том, что он хотел стать президентом республики:

— Я никогда не говорил, что хочу стать президентом или занять иную должность, ни следователю, ни Муртазалиеву, ни Умаханову. К тому же мое здоровье не позволяло мне даже думать о такой должности. Я не могу ездить ежедневно и в Кремль, и в Сочи на совещания. В связи с этим данные доводы не соответствуют действительности.

Экс-мэр опроверг и то, что Муртазалиев был его политическим конкурентом.

— Он мне политическим конкурентом не был и не мог быть. Это молодой парень, который только что стал кем-то, — заявил Амиров.

Подсудимый назвал чушью собачей версию следствия о том, что он поручил Абдулгалимову и Джапарову купить ПЗРК для совершения преступления. Напомним, что следствие настаивает на том, что Джапаров вместе с Абдулгалимовым приходили в администрацию к мэру, где обсуждался вопрос о приобретении оружия. Однако ни один свидетель их приход в мэрию не подтвердил. А показания Абдулгалимова, касаемые обстановки в мэрии, не сходятся с фактическим интерьером администрации и обустройства в нем системы безопасности.

По словам Амирова, следствие могло бы придумать что-нибудь изящнее:

— Зачем приходить с такими вопросами в администрацию, где огромная толпа свидетелей? Можно было это сделать дома или в другом месте. Абдулгалимов утверждает, что у меня с ним были очень хорошие отношения. О каких отношениях он говорит? Согласно его показаниям, он пришел ко мне в 2006 году, и я ему не помог в его просьбе. И после этого у нас возникли прекрасные отношения, в связи с чем я ему поручил купить ПЗРК? Я категорично заявляю, что в 2006, в 2012 году и в любое другое время он ко мне не приходил. Как можно поручить совершение ужасного преступления человеку, которого, по версии следствия, я вижу второй раз в жизни? Описание Абдулгалимовым обстоятельств встреч с Джапаровым и их проход в администрацию говорит о том, что данные показания лживые и созданы сотрудниками правоохранительных органов, которые ни разу не приходили в администрацию. Детализацией телефонных переговоров Абдулгалимова и Джапарова подтверждается то, что 26 апреля 2012 года они не могли приходить ко мне на прием, так как весь день они находились в разных местах. Абдулгалимов весь этот день в Махачкале даже не был. Считаю, что все перечисленные сведения являются фактом того, что Абдулгалимов ко мне никогда не приходил, и он оговаривает себя и меня в связи с пытками, которые в отношении него применялись.

По мнению Амирова, уголовное дело в отношении него и племянника сфабриковали представители правоохранительных органов, чьи имена стали известны в суде. Это сотрудник ФСБ Михаил Арбузов, сотрудники ЦП Ибрагим, Алаудин, Рамазан, следователи следственной группы И. Романенко, А. Филиппов, Дементьева, В. Гузиков, сотрудники МВД Титоренко, Баталиев. — Я считаю, что лица, которые хотели устранить меня физически, в связи с невозможностью выполнения своей цели решили устранить меня путем возбуждения уголовного дела и фальсификации различных доказательств, — заявил, обращаясь к суду, экс-мэр. — Почему Абдулгалимов и Муртазалиев дают показания в отношении меня? Следствие готово простить Магомеду Абдулгалимову все преступления, которые он совершил, если он оговорит меня. И ему выгодно оговорить меня, чтобы не сесть в тюрьму на долгий строк за все свои преступления. Что касается Муртазалиева, то его показания появились в деле после масштабных проверок ФСБ России ОПФ РФ по РД. В ходе данных проверок были выявлены обналичивания многомиллиардных сумм, и Муртазалиеву тоже готовы все простить, если он даст показания в отношении меня. Именно это обстоятельство держит его за границей на протяжении долгого времени, несмотря на то, что сотрудники ФСБ обещают ему простить все преступления.

В понедельник, 9 июня, процесс по делу продолжился. По ходатайству гособвинения были допрошены понятые Фанид Алибаев и Геннадий Гришин, присутствовавшие при выемке ПЗРК, и следователи Андрей Половой и Владимир Саблин, которые вели дело Амирова.

Понятые на тот момент были солдатами-срочниками и служили в городе Каспийске. Оба представили суду противоречивые показания. По утверждению одного, ПЗРК выкапывал некий человек, который показал, как проехать, и указал место схрона, а после того как ПЗРК достали, упаковку скрыли целиком. По словам второго, выемку проводили два человека в военной форме по очереди и подсудимые при ней не присутствовали, а упаковку ПЗРК вскрыли только с одной стороны. Напомним, что в материалах дела указано, что Абдулгалимов сам показывал место, где был зарыт ПЗРК.

Приглашенные в суд следователи должны были внести ясность, почему у нескольких свидетелей протоколы допросов практически идентичны друг другу. Следователь Андрей Половой признался, что когда в 2013 году допрашивал депутатов городского собрания Махачкалы, то действительно копировал и вписывал из одного протокола в другой ответы, чтобы облегчить себе работу.

10 июня проводился повторный допрос свидетелей обвинения Магомеда Абдулгалимова и его водителя Мурада Алиева. На их показаниях строится все обвинение.

Напомним, что Алиев в своих показаниях сообщал, что до него доходили слухи, будто Джапаров обсуждал с его шефом, Абдулгалимовым, возможность покупки ПЗРК, что он трижды привозил Абдулгалимова к мэрии и что однажды их встретил племянник Амирова, который часто посещал развлекательный клуб, принадлежащий Колхознику (прозвище Абдулгалимова. — «НД»). Кроме того, в ходе допроса на суде 28 апреля Алиев рассказал, что был избит при задержании. Позже, выступая в суде, его супруга сообщила суду, что муж неоднократно подвергался пыткам в ходе следствия, его принуждали дать показания против Амирова.

Допрос Алиева проходил по видеоконференцсвязи, на вопросы он отвечал неохотно. Следы от пыток, зафиксированные судмедэкспертом, Алиев объяснил побоями, полученными в ходе задержания. А на вопрос адвокатов, принадлежат ли ему письма, представленные суду его супругой, ответил, что одно из писем его, а об остальных он ничего сказать не может.

Комментарии 0