Общество

Двери открыты... Войдем?

Года два назад услышала от известной самарской журналистки Нины Алпатовой: «Сегодня из журналистики вытеснены самые человеческие темы — рассказы о людях и их судьбах, рассказы о семьях, о том, как живет, что чувствует человек. И захочешь написать — не опубликуют, не тот «формат» ...

К сожалению, многие совестливые, с хорошей подготовкой и большим профессиональным стажем журналисты оказываются невостребованными в современных светских СМИ. Причины понятны: личное мнение и редакционный заказ могут расходиться диаметрально.

Но я знаю другое: в исламских изданиях как раз одни из самых востребованных материалов именно о людях и судьбах. Потому что история каждого верующего человека — частичка истории огромной уммы. Потому что мы радуемся и переживаем друг за друга.

Наконец, это особый дар — суметь понять, прочувствовать другого человека и интересно написать. Часто мусульмане сетуют, что журналисты мало, однобоко или поверхностно освещают темы. Полагаю, если меньше жаловаться, а больше сотрудничать, то насыщение информационного поля начнет меняться. Тем более важен свежий взгляд, возможность новых оценок, красок, деталей.

Первый опыт Нины Алпатовой в исламских СМИ — очерк о самарском сапожнике Ибрагиме, ставшим за 40 лет своеобразным символом столицы губернии. Его опубликовал журнал «Ислам» и перепечатали несколько крупных российских порталов. Затем — работа над большим материалом о мусульманских семьях с приемными детьми. Материал принят к публикации в одном из российских исламских изданий.

Незадолго до конференции женщин-мусульманок в Саратове очередной разговор: «Приедешь познакомиться, посмотреть, набраться впечатлений? Вот где увидим личности и характеры ...».

«Разрешат ли присутствовать?», — засомневалась коллега. Но оргвопросы были заранее благополучно разрешены.

Мне думается, опыт получился полезным в нескольких планах. Очень важно, как нас видят со стороны. Не менее важно не бояться и открываться, как говорится, изнутри. Важно уметь дружественно принимать людей вне зависимости от того, каков его профессиональный или социальный статус.

Не могла не улыбнуться, когда на второй день Нина поприветствовала одну из сестер мусульманским приветствием: «Салам алейкум!». И никто не стал поправлять, мол, ты не мусульманка ...

А как она сама оценивает проведенное в Саратове время? Читайте!

Заметки непостороннего о конференции российских мусульманок в Саратове

Cомнение


В Саратове на конференции я оказалась в качестве почти самопровозглашенного гостя.

Почему бы не поехать, не посмотреть вблизи на мир, который — вот он, вокруг меня, но я-то не в нем! — мелькнула мысль, когда узнала о том, что рядом, всего-то на расстоянии ночи в поезде, состоится такое мероприятие. Точнее, как в детстве, когда сильно-сильно хочется рассмотреть, потрогать руками то, что показывают по ТВ. Оказаться по ту сторону экрана, в другом мире.

Потом струсила. Когда увидела программу конференции, поняла: люди едут работать, разговаривать о насущном, о том, что волнует, тревожит, напрягает, собираются серьезно разбираться в вопросах, которые для меня, как высшая математика для пятиклассника.

Попыталась отговориться, спрятаться за литературное: «Что мне Гекуба, что я Гекубе?», понимая, что это боязнь, скрываемая равнодушным: а я-то здесь при чем?..

Да, я как чувствую, так и пишу, что один из символов Самары — сапожник Ибрагим, который вот уже почти полвека стучит молотком в своей будке в самом центре города, и мне нравится сидеть в его «офисе» и разговаривать о том, о сем...

Или — взять и поехать в дальнюю деревню к Асие, которая приютила девять маленьких сирот из детдома, не выбирая их ни по национальности, ни по вере, а забирала уже совсем «пропащих» — никому не нужных. А теперь Асия в своем доме собирает соседок, и они учат Коран.

Да, я читаю перевод смыслов Корана Валерии Пороховой, не могу оторваться, но продвигаюсь, как караван в пустыне, медленно, с повторами отдельных строк, остановками и возвращениями к прочитанным страницам, с боязнью потерять тропу...

Но кто я сегодня для мусульман? Человек другой веры. Не свой. Чужой?! Так зачем поеду?! ...Поехала!

Поздно метаться, если организаторы (которых не знала) уже вписали тебя в гостевой список, и элементарная вежливость обязывает не капризничать, даже если ты окажешься не в своей тарелке. Ночью в поезде не спалось.

Удивление


Саратов. Прибытие. На встречу мне послана Сафура — чтобы неведомого самарского гостя доставить в гостиницу, устроить, покормить и дальше — на конференцию.

Встречают как VIPа? Ой ли: «випы» не ездят в купе на верхней полке, и дорожные сумки у них не такие потертые...

Нет, принимают меня, как ребенка, который может заплутать в чужом городе. Как далекого родственника, с которым никогда не виделись, но готовы встретить в семье без расспросов и сомнений: стоит ли он того. И после ночного бессонного ворочанья с боку на бок неожиданно чувствуешь себя свежей и бодрой, и за завтраком в гостиничном ресторанчике обилие разноцветных хиджабов (дотоле разом в таком количестве не виданных) удивляет чисто по-женски: какие же они, оказывается, разные, у каждого свой фасон... Стильные...

Ой, неприлично рассматривать мусульманских женщин, спохватываюсь я, вспоминая что-то слышанное — читанное — внушенное неведомо кем. Всякие разные стереотипы так просто не сдаются. Тем более в первый час. Их атаки и дальше продолжатся.

Отзавтракав (отменно), слышу от Сафуры: «Едем в мечеть»...

Капкан очередного стереотипа как будто хватает меня за ногу: «Ты-то куда?!» В Самаре соборная мечеть видная — очень большая, просто огромная. Мне всегда казалась неимоверно строгой. И — закрытой для меня. Но здесь отступать некуда.

Оправдываю себя: это же конференция... Успеваю заметить: улица Татарская, тихая, уютная, как будто не в областном центре, а в небольшом городе моего детства. Вот и приехали.

Мужчины на ступенях мечети. Куда бы спрятаться?.. А мне — один из них: «Проходите. Сюда, пожалуйста»... Я первый раз в мечети. Боюсь. Сделаю не то, ступлю не туда, взгляну не так...

Кажется, я одна такая. Страшусь в глазах окружающих увидеть непонимание, осуждение, неприязнь... Первый шаг. А дальше...

Ах, как же легко мне идти по залу первого этажа, как просто подниматься на второй! Откуда эта легкость?!

«Какая же теплая ваша мечеть!» — скажу я позднее ее имаму. И это слово — теплая — мне кажется самым подходящим, чтобы выразить свое ощущение от часов, проведенных здесь. Теплая и не душная, с легким воздухом.

Особенности строительства? Не о них речь. Это — другое. Это — ее дух. Осмелюсь сказать так: дух веры, дух Ислама...

Поначалу я стараюсь ходить как хвостик за своими провожатыми, но порой остаюсь без них. Одна. И не чувствую себя забытой, брошенной. В этих стенах я не ощущаю себя посторонним человеком. Аллах терпим к пришедшим впервые, не ведающим и толики Его откровений. Или мне так кажется?..

1 Нина 2
Работа

Хризантемы на столах участниц конференции. Белые и желтые. Гармония нежности, кротости и жизненной силы. В моем представлении теперь это и есть message конференции российских мусульманок: женская сущность раскрывается в любви, преданности Всевышнему, детям, родителям, мужу, и из этого родника вытекают ручьи добра в окружающий мир. То, что принято называть социальной активностью.

Сравнение с родником — вот оно, на ладони. Женская общественная организация Хадиджи Бибарсовой в Саратове так и называется «Родник». Читаю сейчас в своем блокноте запись ее выступления на конференции — хоть полностью цитируй!

Приведу несколько фраз Хадиджи, которые, мне кажется, попадают в цель: показывают, как достаются результаты благих дел «Родника»:

«Пять лет назад у нас ничего не было, даже пачки бумаги»...

Дальше: «Участвуешь сама, приводи подругу. Похоже на сетевой бизнес, но без выгоды (материальной»...

И — вот эта, простая и глубокая: «Будьте полезны!»

На другой страничке блокнота у меня жирно подчеркнуто выражение Гузель Якуповой из Москвы, руководителя детской студии, центра дошкольного развития:

«Дети — наше утешение, самое главное после веры. Что мы оставим им в наследство? Воспитание и образование»... Дочке покажу.

А Венера Павленко, председатель саратовской региональной общественной организации инвалидов «Ты не один» не смогла полностью выступить. Заплакала.

«17 лет назад я потеряла зрение. Думала: я — обуза своей семье... Всевышний свел меня с Хадиджей. Она — мой наставник. Мы — вместе...»

Читаю, и уже сквозь свои слезы не вижу букв...

Расхожий образ мусульманской женщины — покорной, безропотной, этакой домашней рабыни — слепленный порой более чем талантливо (если вспомнить кое-что из литературы или кино) рушится.

Нет, не так: тает, как лед весенним днем — без грохота и шума, но мощно и радостно, разливаясь ручьями «От сердца к сердцу» (так называется благотворительный фонд солнечной Терезы Камаловой из Казани).

Радость


Два саратовских дня заполняются с утра до ...ночи, если добавить поздние посиделки в гостинице уже, что называется, по интересам или личным симпатиям.

Для меня это — путешествие не в другой город, а в другой мир. Мир покоя и радости. Двери в который, оказывается, вопреки стереотипам и домыслам, открыты.

Надо только открыть глаза, чтобы увидеть: нет на них замков и запоров. Ошибаюсь: не глаза, а собственную душу потребуется хотя бы приоткрыть. Ну, как форточку в душной комнате. Чтобы вдохнуть (сколько получится) чистый воздух. И не надо напрягаться.

Наоборот, когда на другой день участвуешь в психологическом тренинге Салимы Алиомаровой, расковываешься, как с близкими друзьями или в семейном кругу.

А уж когда дизайнер Сахера Рахмани дает мастер-класс, то чувствуешь себя будто в мастерской художника. Хиджаб — это произведение искусства (не смею трогать его основное, высокое предназначение).

И как ни смотрю во все глаза на руки Сахеры, понимаю: как ни буду стараться, а повторить хотя бы чуть-чуть ее движения, чтобы создать такую красоту, не получится. Да и не только дизайнер с внешностью супермодели — здесь действующее лицо.

Стоит в минуты демонстрации наблюдать участниц конференции! Стараются встать, чтобы получше разглядеть художественное действо, улыбаются, когда то одна сестра, то другая становятся моделями и помощницами Сахеры, а то смеются, как дети...

И чувствуешь, что это — отсвет той великой радости, которая дарована женщинам-мусульманкам свыше. Надежда Этот кусочек заметок — совсем короткий. Потому что он — о будущем (каким хотелось бы его видеть).

Тем, кто знает многих, там собравшихся, или знаком с мусульманами в своих городах и весях, или вовсе никого не знает. Кому хочется пожелать увидеть не только тех, о ком смогла сказать хотя бы пару слов, но (и это важно!) услышать, познакомиться с сопредседателем Совета Муфтиев России, муфтием Саратовской области Мукаддасом Бибарсовым.

Он не просто выступил на конференции умно, достойно. Женское чутье подсказывает мне, что без его участия такой большой сбор (и именно в Саратове) мог бы и не состояться или пройти не так весомо.

А сколько добровольных помощников работали эти два дня, кажется, круглые сутки! И если с женщинами из оргкомитета познакомились и успели сказать спасибо за их добрые труды, то мужчинам — простите, дорогие! — благодарность выходит заочная. Они, опрятные, сдержанные, не только носили наши чемоданы и сумки, не позволяя нам их поднимать, провожали и объясняли, где что находится.

Если Саратов стоит на горах-холмах, то мусульманские мужчины были для нас здесь как скалы-вершины, крепкие, надежные защитники женского покоя.

Я не знаю, как будут звучать на языке Пророка слова «Добро пожаловать!», но именно в мечети на Татарской улице я чувствую их исконный смысл — приглашение к добру, исходящее от его учеников.

Набираюсь смелости, чтобы сказать: приглашайте нас чаще, приглашайте всегда! У нас одно небо, которое мы видим отсюда, с нашей общей земли. И даже если из сотни вами позванных придет пять — семь, выйдет всем нам польза. Так хочется повторить слова Хадиджи: «Будьте полезны».

Комментарии 0