Их нравы

Виновен по месту учебы

Абдулатипов принял решение об объявлении боевиками тех, кто изучает религию заграницей

После того, как были обнародованы факты участия дагестанцев, сражающихся и пожелавших сражаться в сирийской гражданской войне на стороне повстанцев, началась массовая компания по «оздоровлению» религиозного просвещения в республике и за ее пределами: закрываются медресе, проходят аттестацию имамы, проверяются на политкорректность переводы Корана.

Последняя инициатива главы Дагестана Рамазана Абдулатипова подразумевает привлечение к ответственности тех, кто обучается религиозному делу за пределами государства. Проще говоря, тем кто заграницей получает религиозное образование, предписано немедленно вернуться, иначе они будут приравнены к боевикам с применением к ним соответствующих мер наказания.

 

Боевик, не боевик: учился – виновен

На самом деле, несмотря на то, что инициатива, озвученная Абдулатиповым, спорна и провокационна, мысль далеко не нова. Для дагестанских правоохранителей давно диплом иностранного университета по специальности «теология», «теософия» или «религиозное просвещение» — повод для того, чтобы взять вернувшегося новоявленного специалиста на заметку.

Адам Мустафаев покинул родину, спасая собственную жизнь. Он уже много лет живет в Польше и утверждает, что вернуться на родину для него вопрос жизни и смерти в прямом смысле этого слова. Причиной называет свое исламское образование, полученное в Каирском университете.

Практически сразу при возвращении его стали регулярно вызывать на допросы в местное РОВД. В 2005 году его обвинили в покушении на главу Буйнакска Абакара Акаева, а потом и в участии в незаконных вооруженных формированиях.

Ачахан Мустафаев, отец Адама, рассказывает: «Они пришли, сначала обвинили в покушении на Акаева, а потом обвинили в ваххабизме». Мать Адама вспоминает -   правоохранители сделали все, чтобы обвинить сына, даже устраивали несколько обысков, «до результата».

«Первый раз все мы дома были, они не смогли ничего найти, потом пришли, когда никого дома не было, кроме дочки и младшего сына. Они делали что хотели и столько всего нашли, никому даже подойти не дали», — рассказывает Испаният Мустафаева.

Свое задержание Адам помнит и по сей день. Тогда, под пытками, Адам начал оговаривать себя и своих друзей. «Они издевались всю ночь. Хочешь – не хочешь, даже и то, чего не было в твоей жизни, добавлять начинаешь, лишь бы просто оставили в покое. Или я должен с ними сотрудничать, а сотрудничать с ними не получается, это грязным ты должен быть человеком», — рассказывает Адам.

Адам вынужден признать – «лесные братья» жестоко расправляются с предателями. Один раз он уже предал – назвал имена друзей, после этого в течение трех месяцев Адам прятался в психиатрической больнице. Друзья, которые скрываются по сей день, по словам Адама, находятся в негласном розыске. Однажды Адам вернулся, но снова начались обыски, аресты от правоохранителей, да и бывшие братья по вере стали беспокоить, и он не выдержал.

«Хотелось бы жить в Дагестане у себя, но с приездом то же самое начало происходить, я после этого решил с концами уехать. Хоть тут тяжело, но можно жить, никто тебя не обвинит за то, что ты когда-то где-то учился», — говорит Адам.

Случай не единичный и даже в какой-то степени типичный. Еще два года назад Комитет Правительства Республики Дагестан по делам религий озвучивал, что на обучении в зарубежных исламских учебных заведениях Египта, Пакистана, Турции, Саудовской Аравии находятся больше тысячи молодых дагестанцев. На многочисленных круглых столах ставились вопросы: «Чему они там учатся?», «Кто их туда отправляет?», «Кем они в Дагестан приедут?». Ответа на этот вопрос не нашли.

 

Экстремизм на экспорт

«Мы давно обсуждаем работу по борьбе с терроризмом и достигли «больших успехов» — выступаем поставщиками экстремистов по всей России. А теперь уже и за пределы страны. Единственный «продукт», который мы поставляем заграницу – это экстремизм. Уже размножаем – в школах, вузах, в селах. Вот как далеко наша «продукция» дошла», — с горечью констатировал Рамазан Абдулатипов на заседании республиканской антитеррористической комиссии.

По его словам, это очень ответственный вопрос, потому что эти люди туда ушли, а завтра вернутся обратно, получив международную поддержку экстремистских и террористических организаций.

«Мы, дагестанцы, по большому счету не нужны им. У них задача одна – ослабить  Российское государство. Следовательно, если вы патриоты своего государства, своей республики, своей страны, то должны не совещания проводить, а активнейшим образом бороться на всех уровнях, никто не должен оставаться в стороне, никто», — утверждает Президент Дагестана.

Он же уточняет, что в Сирию поехали воевать якобы «за ислам» в основном выходцы из Бабаюртовского, Ботлихского, Буйнакского, Гунибского, Дербентского, Кизилюртовского, Кизлярского, Левашинского, Унцукульского, Хасавюртовского, Цумадинского, Цунтинского районов. Но, отметил глава региона, есть информация о том, что в Сирию выезжали жители и более спокойных, по его оценке, районов – Агульского, Ахтынского, Кулинского, Сулейман-Стальского, Шамильского.

«Они вступают в целый ряд террористических организаций. Особенно те, которые учились в теологических учебных заведениях Сирии, Саудовской Аравии, Малайзии и других государств. Теперь это прямая угроза Дагестану, потому что эти люди воюют вместе с международными экстремистами», — заявил Рамазан Абдулатипов.

Тогда-то он и озвучивает инициативу, которая, пожалуй, станет самой скандальной из инициатив Абдулатипова: о необходимости отозвать местных жителей, которые учатся в исламских учреждениях в «кризисных странах», а за участие в войне на территории Сирии привлекать к уголовной ответственности.

«По районам и городам необходимо объявить населению, чтобы отозвали своих детей, которые учатся в исламских учреждениях в кризисных странах, там, где идут разного рода террористические акты, революции и так далее», — сказал Абдулатипов на заседании антитеррористической комиссии по сообщению на сайте президента Дагестана.

«И предупредить, что если это не будет исполнено, по отношению к ним будут применены соответствующие меры, особенно по отношению к тем, кто воюет в Сирии, — подчеркнул Абдулатипов. — Надо предупредить родителей, и Дагестан выступал с этой инициативой, чтобы за участие в военных действиях в этой стране привлекались к уголовной ответственности. Такие люди работают на терроризм».

Идея была немедленно растиражирована, обсуждена и взята на контроль. Чиновники взяли под козырек и даже объявили сроки – до ноября. «Мы должны сделать все возможное, чтобы молодежь Кизлярского района осталась дома, занималась учебой, мирным трудом, а не участвовала во всяких авантюристических организациях.

Законодательством Российской Федерации (ст. 359 УК РФ) запрещено наемничество, то есть вербовка, обучение, финансирование или иное материальное обеспечение наемника, а равно его использование в вооруженном конфликте или военных действиях. Уголовная ответственность также предусмотрена за те же действия, совершенные лицом с использованием своего служебного положения или в отношении несовершеннолетнего.

Преступными признаются и действия самого наемника, который согласился за плату участвовать в боевых действиях на стороне нанимателя. За действия, предусмотренные статьей 359 Уголовного Кодекса Российской Федерации, предусмотрен срок наказания от 3 до 15 лет лишения свободы», – говорится в обращении руководителей Кизлярского района.

 

Кто виноват и что делать?

У экспертов масса вопросов к оформлению данного запрета: каким образом будет законодательно сформулированы понятия «кризисных регионов», по каким признакам будут они  определяться.

Правозащитник Светлана Исаева: «Сама постановка слишком категорична. Нельзя вменять человеку преступления просто по факту того, что студент поехал учиться. Понятен уровень и качество дагестанского образования, понятно желание получить более качественное образование, так что теперь? Если не замечен в каких-либо преступлениях, то за что судить? Как в былые времена, за то, что общался не с теми?»

Например, в той же Саудовской Аравии есть исламские высшие учебные заведения и радикального, и традиционного толка. Помимо прочего, дефицит образовательных учреждений в Дагестане все острее.

Прокуратура Дагестана направила письмо в Рособрнадзор с требованием закрыть 34 вуза, не соответствующих лицензионным нормам. Ранее дагестанские власти выступили с инициативой закрыть до 90 процентов высших учебных заведений. К извечному вопросу «Куда пойти учиться?» добавляется актуальный – «чтобы не получить за это уголовный срок?»

Комментарии 1