Их нравы

«Православный сионизм» от РИСИ. Зачем Р.Сулейманов сменил Р.Силантьева?

 

 

Фигура Раиса Сулейманова, главы Приволжского филиала Российского Института Стратегических Исследований (РИСИ), которого многие специалисты считают нужным воспринимать, скорее, как провокатора, а не ученого, все чаще звучит среди мусульман последнее время. Своей «славой» он даже затмил одиозного профессионального исламофоба Романа Силантьева. Но еще больший интерес представляют те, кто продвигает Сулейманова, и их задачи.

Фейк и клон

Имя Р. Сулейманова - этнический татарин, изучающий иудаистику, иврит, проходивший неоднократно стажировку в Израиле. Сам себя он называет мусульманином, но при этом он снискал репутацию «воинствующего исламофоба» за постоянные нападки на религиозных деятелей Ислама, богословов, всяческих обвинений и провокаций.

Ополчились на Сулейманова и татарстанские власти. После громких измышлений о толпах боевиков в лесах Заказанья УФСБ по республике заявило, что каждый, конечно, волен утверждать, что угодно, но должен помнить об уголовной ответственности за распространение недостоверной информации, а также о том, что своими измышлениями может навредить работе органов безопасности.

Сулейманов начинал публичную карьеру как никому не известный произраильский студент-активист. В Интернете проходила информация, что на каком-то этапе он даже возглавил фейк-движение «Татары за Израиль». Сам Раис свою формальную связь с этой организацией отрицает, но не то, что ее идеи он разделяет.

Сулейманов, как он сам утверждает, познакомился с татарской диаспорой Израиля во время изучения стран Ближнего Востока, чем он занимался в прошлые годы. В Сети сохранился ролик и статьи этого периода его жизни. В них он активно поддерживает Израиль и высказывает резкое недовольство политикой мусульманских стран в отношении этого государства, не желающих смириться с оккупацией Палестины.

В бытность аспирантом Сулейманов набросился даже на бывшего президента США Джимми Картера за книгу «Палестина: миру - да, апартеиду – нет», за что получил жесткую отповедь самого Исраэля Шамира. «Появление статьи Сулейманова интересно тем, что она показывает – за последние двадцать лет, под влиянием контактов с Израилем, в России возникли очаги болезни, давно пожравшей Америку. Но если в Америке, судя по книге Картера, по критике Уатта-Мейерсхаймера, нарастает недовольство сионским идеологическим игом, в России эта болезнь пока прогрессирует. В то время, как Израиль отказывает России в разрешении открыть свои общественные центры, Россия позволяет Израилю создать обширную сеть вербовки и промывки мозгов на своей территории, порождая новых Сулеймановых», - ответил татарскому сионисту известный публицист, еврей по национальности.

По каким-то причинам Сулейманов позже несколько сменил свое амплуа. Сейчас он от лица РИСИ выступает не как татарин, патриот Израиля, а как русский проправославный державник, став ведущим лицом в пуле спикеров исламофобской ориентации в России.

Сулейманов нового образца – «татаро-мусульманский» клон Романа Силантьева, самого известного антиисламского публичного эксперта страны. Скорее всего, исламофобское лобби на каком-то этапе решило, что эффективнее в их кампаниях использовать «мусульманское» лицо, как бы инсайдера, а не сотрудника РПЦ русско-мордовского происхождения. Так в медиа-пространстве возник Сулейманов.

От «Хватит кормить Кавказ» к «Хватит кормить татар»

В своих статьях, выступлениях и работе Сулейманов и другие сотрудники и близкие Казанскому филиалу РИСИ лица (Яна Амелина, Галина Хизриева, Василий Ордынский, Салман Фарид и др.) обстоятельно бьют по имиджу Татарстана как примера межнационального и межрелигиозного добрососедства. Этот образ создавался много лет Шаймиевым-Минихановым и, в целом, республика не раз признавалась таковой высшим руководством страны. В своих целях они не гнушаются активно использовать даже известный антипутинский оранжевый сайт «АПН».

«Стратегические исследователи» целенаправленно разрушают старательно выстроенное здание под названием «Республика Татарстан в составе РФ». Ставят под сомнение федеративное устройство современной России и все усилия государства по формированию единой политической российской идентичности, по налаживанию нормальных межнациональных и межрелигиозных отношений, по стабилизации в мусульманской среде.

Согласно Сулейманову и прочим, РТ предстает жуликоватой русофобской этнократией, в которой дискриминируют русских, русскую культуру, язык и Церковь, которая в тайне хранит экстремистские и антироссийские идеалы, только и выжидая как бы ударить Москве в спину. По их уверениям, в республике цветет исламский экстремизм, ваххабизм, ихванизм, Хизб ут-тахрир и проч. Она кишит турецкими, арабскими и иранскими агентами.

"Русских в Татарстане ждет судьба русских Северного Кавказа", "Сегодня, в 2012 году, республиканская этнократическая элита Татарстана опять пытается использовать национал-сепаратизм для торговли с федеральным центром", "Если бы Татарстан находился у границ России, то эти сепаратистские настроения звучали бы куда более громко" - пишет Сулейманов.

В общем, Татарстан сегодня – это примерно тоже самое, что республики Северного Кавказа. С одной лишь разницей – если северокавказские элиты, прежде всего Рамзан Кадыров, по уверениям нац-демов, силовым шантажом «обложили Москву данью», то Татарстан, как следует из статей и выступлений Сулейманова и проч., это делает хитростью и мягким давлением. Их почитать, так получается, что Республика Татарстан – еще один паразитирующий субъект, сосущий соки из всего государства и, прежде всего, русского народа.

Отсюда и подозрение, что после серии больших публикаций Сулейманова о Татарстане "АПН", нац-демы, исламофобы и проч. готовятся начать кампанию против Республики как политического проекта и одного из столпов федерализма в России. "Хватит кормить Кавказ" может быть дополнен "Хватит кормить татарских жуликов и разводил", "Хватит платить татарам", "Хватит позволять татарам нас дурить" или "Пора прекратить татарским жуликам разводить нас".

Татарстан – один из регионов-доноров с развитой промышленностью, в том числе высокими технологиями, и крупным агро-промышленным комплексом. Говорить же о целенаправленных притеснениях русских в республике (я не говорю о каких-то отдельных проблемах, которые есть везде и всегда и касаются всех граждан, вне зависимости от национальности), численность которых растет и приближается к половине, может только человек, сознательно выступающий против федерализма и родной Республики.

Деятельность Сулейманова не уникальна в своем роде. Учитывая все последние события в республике, у многих наблюдателей складывается впечатление о существовании системной программы, направленной против Республики Татарстан. Исламофобия – элемент организационной и идеологической войны. Под видом борьбы с сепаратизмом и экстремизмом, фактически, ведется работа против России и Ислама. Это очень напоминает действия антироссийских и антиисламских сил на Кавказе, которые реализуются многие годы.

Разница в отношении Татарстана и татар и Кавказа в данном случае в том, что, если последний предлагается отторгнуть, то первый ассимилировать. Уничтожение политического проекта "Республика Татарстан", полный отказ от федерализма, деморализация татарстанской элиты, маргинализация исламского сообщества республики, включая официальные структуры, - все это, как считают поборники системной войны против РТ, приведет в обозримом историческом будущем к растворению татарских масс в русском и православном большинстве. Принципиально это не отличается от идей Николая Ильминского с его христианизацией татар и других поволжских народов.

Что такое РИСИ?

РИСИ был реорганизован в апреле 2009 года. Учредителем его стал на тот момент Президент РФ, Дмитрий Медведев, а руководителем назначен отставной генерал внешней разведки Леонид Решетников.

Решетников - председатель попечительского Свято-Троицкого Ипатьевского мужского монастыря (г. Кострома). Интересы генерала - казачество, православное самодержавие, возрождение монархии.

В РИСИ на работу принимают людей со схожей идеологической платформой. Так, руководителем филиала РИСИ в Санкт-Петербурге является профессор Санкт-Петербургской духовной академии Андрей Вассоевич. Руководителем сектора по Кавказу РИСИ является известная исламофобка, ратующая за христианизацию татар и осетин – Яна Амелина.

Руководитель РИСИ – Леонид Решетников характеризует свои взгляды, как и направление деятельности института, как «державнические». Команду он набирает из числа экспертов, не связанных с системой западных грантов. «Нам нужны люди, не работавшие по западным грантам», - заявил г-н Решетников на пресс-конференции открытия Приволжского филиала РИСИ. «На деле же руководитель именно этого отделения РИСИ Раис Сулейманов проходил стажировку за счет иностранных грантов в Израиле. Очевидно, к западным гранты этого государства г-н Решетников не относит», - пишет публицист Магомед Туаев в своем исследовании о центре.

Сайт РИСИ входит в число интернет-ресурсов, обозначенных, как «кольцо патриотических ресурсов России», состоящего из таких одиозных ресурсов, как сайт запрещенной за экстремизм организации ДПНИ; здесь же и сайты всей филиальной сети этой организации в регионах; сайт православных хоругвеносцев и Черной сотни; сайт Русского Марша и др. «Логотип РИСИ – «рыбка Исуса» - христианский, а ранее языческий оккультный знак, свойственный закрытым религиозно-идеологическим орденам», - отмечает Туаев.

РИСИ открыто сотрудничает с теми из религиозных деятелей, которые имеют устойчивые противоречия с большинством мусульман, зачастую выполняют раскольническую роль в умме и отличаются радикальной риторикой, такие как М. Хузин, Р. Раев, Ф. Салман, И. Файзов и др. У последнего Сулейманов даже какое-то время числился советником.

«Мусульманский Синод»

Складывается ощущение, что многих из современных наследников дореволюционных исламофобов не покидает маниакальное желание вернуться в страну, в «Россию, которую мы потеряли» со всеми вытекающими для Ислама последствиями. Именно такую стратегию реализует РИСИ, и в частности Сулейманов.

Сегодня страна выбирает из трех стратегий в отношении Ислама, которые можно обозначить как «растворение», «адаптация» и «сдерживание».

Концепцию «растворения» четко выразил Роман Силантьев, называющий себя исламоведом. Комментируя выход одной своей книги, не ссылаясь на источники, он прямо заявил, что «ассимиляция этнических и религиозных меньшинств является неизбежным процессом в любом обществе, а в России она еще и ускоряется за счет деятельности экстремистов... После каждого теракта тысячи, а может быть, даже десятки тысяч людей из числа этнических мусульман принимают крещение». (Рассказывают, что на мероприятии в Казани один из близких к РИСИ экспертов нечаянно проговорился, заявив, что эффективно бороться с экстремизмом под исламскими лозунгами можно, конечно, не с помощью «традиционного Ислама», а Православия). 

Главный тезис Силантьева, который четко заявлен в его книгах, состоит в фатальной необратимости «православизации» и русификации всех российских народов. Поэтому, советуют он и его коллеги властям, нет смысла напрягаться со встраиванием Ислама в ткань современной отечественной государственности, т. к. мусульмане все равно постепенно растворятся в русском православном народе, а Ислам уйдет с исторической арены. 

Силантьев изображает исламское возрождение в России как процесс сугубо негативный и угрожающий национальной безопасности. Все муфтии, судя по его книгам, жулики, уголовники, интриганы, скандалисты, неграмотные бездарности и проводники враждебных РФ интересов; мусульманская общественность – это, вообще, сборище сумасшедших и экстремистов; обычные прихожане – темная ни на что путное не годная масса, ведомая вышеуказанными «вредными персонажами». 

В общем, подсказывается вывод, Ислам (не какой-то там «исламизм» или «ваххабизм», а именно Ислам в целом) в новой России не состоялся, толку от него никакого – наоборот, одни проблемы, большие и маленькие. Соответственно, надо поддерживать тенденции его постепенного растворения и выдавливания из страны. Так проблемы с мусульманами решаться сами собой.

Ключевой момент здесь заключается в следующем: отсталость и вытекающая из нее нестабильность и проблемность (радикализация, неавторитетность лидеров, неконтролируемые массы, безграмотность духовенства и произрастающая из этого неспособность участвовать в решении общегосударственных задач) мусульманского фактора в современной России необходимы исламофобам как воздух – для диффамации, очернения Ислама в нашем государстве.

На этом строится вся их концепция. В случае успешной модернизации они теряют почву под ногами и какие-либо аргументы в попытках влиять на высшее руководство страны. Используя нынешние проблемы в адаптации Ислама к условиям современной государственности, они пытаются доказать, что Ислам в России не состоялся и не может состояться по определению.

Они преподносят «болезни роста» как системные проблемы и подводят к выводу, который ими уже сформулирован: при таком раскладе – раз Ислам всегда будет фактором дестабилизации и головной боли – необходимо четко придерживаться курса на постепенное выдавливание, ассимиляцию и подавление Ислама. Проще говоря, советуют чиновникам, надо выдерживать курс на постепенное избавление от Ислама (не «исламизма» и «ваххабизма, а именно Ислама) как такового.

Поэтому исламофобы последовательно добиваются, чтобы: официальные исламские институты в России оставались в своем развитии на уровне советского времени, а общественные вообще перешли бы на полулегальное и нелегальное положение; духовенство и дальше было бы неграмотным, реакционным, вопиюще некомпетентным в Исламе, не авторитетным и несоблюдающим; не велось бы никакой работы в сфере исламского просвещения, кроме обрядов – похорон и свадеб; чтобы сохранялась постоянная вражда, и ситуация раскола стала необратимой, то есть. хронической родовой травмой «современного российского Ислама».

Исламофобы вообще хотят доказать властям и обществу, что Ислам, в принципе, не способен вписаться и адаптироваться к российской государственности. Отсюда и постоянные проблемы с мусульманами, ссылками на которые они иллюстрируют свою концепцию.

Фактически, вся эта концепция - это возвращение к доекатерининской политике в отношении Ислама, ключевым моментом которой была христианизация любыми средствами, включая насильственные. Последнее Силантьев и те, кто сделал его своим рупором, к счастью, себе позволить не могут. Поэтому их стратегию «растворения» можно назвать мягким вариантом того, что было до середины XVIII в.

Как переходная стадия исламофобским лобби сегодня предлагается выдавливание Ислама в «места компактного проживания народов его исповедующих», в том числе репрессивными методами; затем де-факто, а, может, и де-юро (кто знает?), придание ему статуса не равноправной (как по Конституции), а «терпимой» религии (как до революции 1905 г.).

В организационном плане Ислам в России, согласно этой стратегии, планируется устроить по принципу Синода РПЦ до 1917 г. (когда патриаршество было упразднено), т.е. светский чиновник (немусульманин) во главе разрозненных безграмотных муфтиев.

С другой стороны, есть менее заметная стратегия «адаптации». Она подразумевает комплексную программу по решению «исламского вопроса» в России. Согласно ей,

необходимо практическое признание со стороны государства и всего общества роли Ислама и мусульман в нашей стране, в той мере которая соответствует их вкладу в строительство общего дома. Сюда же следует отнести отказ от исламофобии в любых формах и создание механизмов включения потенциала российских мусульман в решение основных проблем государства.

Для решения «исламского вопроса» требуется, если не нацпроект, то нацпрограмма - точно. Слишком глубоки раны и трещины. Проблемы копились, загонялись внутрь и замалчивались даже не десятки, а сотни лет. Вторая стратегия предполагает окончательную и позитивную интеграцию и адаптацию Ислама в ткань российской государственности и цивилизации на неких взаимовыгодных договорных условиях. 

Указанные два подхода взаимоисключающи. Зачастую они реализуются параллельно друг от друга, создавая у наблюдателей шизофренический эффект. Но и там, и там, не хватает системности, четкости и глубины.

Что интересно, в результате этого противостояния, как некий компромиссный вариант, или сама по себе, стихийно сформировалась еще одна стратегия. Она направлена на сохранение статус-кво – на сдерживание развития Ислама, на консервацию, замораживание и откладывание вопроса о его конечном статусе и роли на максимально далекий срок. Надо признать, что именно этот подход и является доминирующим. 

Видимо, кажущиеся гораздо более важными государственные задачи заставляют многих быть поборниками такой линии. «Сдерживание» Ислама внутри страны направлено на то, чтобы он, как полагают в тех кабинетах, где принимают решение, не мешал и не путал карты при решении «серьезных вопросов». По крайне мере, пока, до лучших времен. 

Лишь при эскалации насилия на Кавказе или в других экстремальных обстоятельствах возникает моментная и опять же стихийная тяга к стратегии «адаптации». Но в силу многих причин, в том числе по вине самих мусульман, запала на долго не хватает. С другой стороны, на определенном фоне проявляется и тенденция к переходу на «растворение», что также ситуативно.

Не сформулированная на словах, не проработанная научно, но живущая в головах, концепция «сдерживания» - это современное переложение того, что Екатерина II предложила, поняв бесперспективность полного искоренения Ислама в Империи. Отнюдь не по доброй воле, а под давлением многочисленных восстаний и тысяч жертв, она легитимизировала присутствие мусульман и их религии в государстве, но постаралась всячески ограничить их развитие. Такая же линия, только местами более жесткая, реализовывалась в Советском Союзе после изменения Сталиным политики в отношении религии.

И сегодня ничего более подходящего в отношении Ислама у нас, по большому счету, пока не найдено. По сути, мы живем по тем принципам, которые заложила дальновидная немка на русском престоле. Да, ее решение о создании Оренбургского духовного магометанского собрания и, вообще, весь комплекс мер в отношении мусульман оказались для государственно-исламских отношений, наверное, самыми важными за всю их многовековую историю.

«Православный сионизм»

Поволжский филиал РИСИ в своих докладах выступает фактически против всех центров исламского мира. С арабскими суннитскими странами все понятно: приходящие к власти на волне Арабской весны проихванские режимы и монархии Залива обвиняются во всех смертных грехах, а заодно Турция и Пакистан. Осуждается также Иран, союзник Москвы. А Индонезия и Малайзия «стратегическими экспертами» подозреваются в том, что они по линии исламского банкинга финансируют в России терроризм и экстремизм.

РИСИ устами Сулейманова и др. противопоставляет Россию всему исламскому миру, без каких-либо исключений. Если наши внешнеполитические ведомства будут следовать данной реакционной стратегии «Россия – жандарм Востока», т.е. сосредоточится на подавлении и осуждении Арабской революционной весны, в итоге единственным партнером у РФ на Большом Ближнем Востоке останется только Израиль.

Таким образом, РИСИ превратился в каком-то смысле в «державное» прикрытие для продвижение израильских интересов в России. Для последних есть еще либеральные каналы, но с ними сейчас туго. Либералы не в почете в России. В таких условиях пригодились и «державники».

Стратегия РИСИ - это своего рода российский аналог того, что предлагали американские неоконы времени Дж. Буша с их христианским сионизмом и имперскими амбициями под крышей спецслужб и военных.

Торговля идентичностью

То, что делает Сулейманов, - это типичная торговля своим происхождением, своей идентичностью на лево и на право, хоть сионистам, хоть русским шовинистам. Иногда это может быть ликвидным товаром. Но спросом он пользуется у врагов. Если «эксперт» не связан никакими моральными узами со своим народом, то для него это выгодная сделка.

«Его информационные вбросы в последнее время все чаще напоминают не государственника, укрепляющего своими «стратегическими исследованиями» наше государство, а скорее медиа-подрывника, превращающего наш край в болото вяло тлеющих и больно вспыхивающих террором конфликтов – по типу того самого Израиля, за который он борется... как татарин» - высказался о Сулейманове Дамир Мухетдинов, зампред Духовного управления мусульман Европейской России.

С другой стороны, Сулейманов, видимо, испытывает и комплекс «младшего брата», в связи с чем хочет казаться большим исламофобом, чем сами исламофобы. Все-таки, чтобы он ни говорил, но фамилию Сулейманов никуда не денешь. Вот и приходится постоянно доказывать, что «мусульманское» происхождение - это чистая формальность и недоразумение, чтобы вдруг в чем-то не заподозрили.

Комментарии 3