Среда обитания

Презумпция харама в "Преступлении и наказании" Достоевского

Бесспорно, самый целеустремленный из всех ныне существующих людей и джиннов — Иблис (сатана, шайтан), аузу биЛляхи минху. В своем желании доказать ничтожность Человека, этот падший джинн на протяжении тысячелетий оттачивал свое мастерство соблазна. Чем больше полезных Знаний у человека, тем сложнее дьяволу пробраться к его сердцу, к иману (вероубеждению). Но не всегда нужно разрушать защитные ограждения. Иногда достаточно их просто обойти.

Как утверждают ученые, совершение греха начинается с дозволения себе этого действия, с оправдания греха ссылаясь на ситуацию или условия. Если вы читали «Преступление и наказание» Достоевского, то можете вспомнить, как Раскольников разрешил себе преступление вопреки божиему завету «не убий».

     

Так шайтан подсовывает главному герою доказательства того, что грех необходим. В трактире Родион слушает рассказ Мармеладова о том, как его дочь Соня становится уличной во имя других. В распивочной студент и офицер спорят о богатой старушке, и первый говорит, что если ее убить, можно сделать много добра. В голову Раскольникова приходит арифметическая идея: убить одну старушку и облагодетельствовать сто человек. Он оправдывает свой грех мнимым результатом, который, как известно, так и не суждено было воплотиться.

Грех был совершен, и ничего (вообще ничего) хорошего в этом грехе не было: ни один человек не был облагодетельствован этим поступком… Шайтан доволен: грех совершен, благой результат остался забытой мечтой.

Бывало ли у вас такое? Случалось ли вам сделать что-то харамное, оправдывая это чем-то мнимо благим? Иногда разрешение греха по спирали приводит человека на самое дно существование: сначала разрешаешь маленькое, потом больше, потом еще больше и т.д.

Автор: Almaz

Комментарии 2