Общество

Султан Мирзаев: «К сожалению, беда мусульман России – это муфтии России»

- Султан хазрат, многие СМИ в последние годы ставят Чечню в пример другим регионам, где религиозная ситуация не совсем однозначная. Как вы смогли добиться такой стабильности и спокойствия в умме?

- Вы знаете, я всегда говорю, что главное достижение в возрождении Ислама - это искоренение радикализма на территории Чеченской Республики. В первую очередь, это большой вклад главы нашей республики, который начал свою работу, делая акцент на духовенство. Власть и религия идут руку об руку: взаимосотрудничество, поддержка, помощь  способствовали тому, чего мы добились. Глава Чечни очень пристально следит за Исламом во всем мире и как истинный мусульманин делает все для религии. В духовном управлении нашей республики нет проблем. Если нужна финансовая помощь, моральная поддержка или какое-то разрешение, то глава республики это предоставляет. Поэтому духовное управление имеет возможность выполнять свои обязанности, решать все насущные проблемы молодежи, общества, может отвечать на все их вопросы. Кстати, о вопросах, не молодежь ходит к нам за ответами, а мы сами ходим к ним: в университеты, в школы, в детские сады - идеологию традиционно исповедуемого нами Ислама мы внедряем уже с детства. Наши дети идут в школу, уже зная основы Ислама. Естественно, мы стараемся сохранить наши обычаи  и традиции.

     

24 часа в сутки работает исламское телевидение. У нас очень строго ведется контроль над студентами, чтобы избежать их радикализации. Для этого ведется сильная идеологическая работа, дается разъяснение, что такое джихад, связывая это с известными событиями, которые происходили на территории Чеченской Республики и повлияли на всю Россию. А у ваххабитов, и радикальных организаций, которые хотели развалить Россию через Кавказ, ничего не получилось, но сейчас они распространились по всей России. Я считаю, что ваххабиты ничего прогрессивного в Ислам не внесли и не вносят, поэтому нам нужно с ними очень аккуратно и грамотно вести работу, не отдавать в их руки нашу молодежь. Я, будучи муфтием, не обладаю какими-то признаками мании величия и понимаю, что, прежде всего,  я гражданин Чеченской Республики, России.  Я знаю свой долг, а если кто-то идет не по правильному пути, вспоминаю хадис Пророка (мир ему): «Тот из вас, кто увидит злодеяние, пусть остановит его своей рукой; если он не в состоянии сделать это, то своим языком; если он не в состоянии сделать это, то своим сердцем».

Я очень часто езжу по республике, своими глазами вижу ситуацию, собираю молодежь и общаюсь с ними отдельно без заместителей и охраны, ведь я такой же простой мусульманин, как и они, раб Аллаха. В судный день муфтиев, президентов и королей не будет, каждый будет отвечать за свои деяния. Это я хорошо знаю, потому что ни один раз был при смерти, перенес войны, был неоднократно тяжело ранен, а после последнего террористического акта в Чечне не думал, что останусь живым: меня буквально собрали, а 84 человека погибло. В результате этих террористических актов умирает столько мусульман! По сравнению с 90ми, 80ми годами, сегодня в России около 8 тысяч мечетей, а чем 20 лет назад мы об этом могли только мечтать. Мы должны заполнять эти мечети людьми, а то получается, что хотим как можно больше мечетей, а молиться и отдать дань Всевышнему нет желания.  Я всегда стараюсь молиться только в мечети, потому что я муфтий, за которым в мечеть пойдут и другие. Всех своих имамов заставляю молиться только в мечети. Если мы читаем проповедь, то должны выполнять то, что проповедуем. К сожалению, на сегодняшний день беда мусульман России – это муфтии.

-Почему так?

- Потому что у наших муфтиев неадекватное поведение. Некоторые верховные муфтии лезут не в свои дела: смещают муфтиев разных регионов и назначают своих, например. Ни по шариату, ни по закону у него нет таких прав. Мы таким примером развращаем молодежь, приводим на путь радикализма. 90 процентов наших муфтиев, к сожалению, не имеют соответствующего религиозного образования. Я всегда об этом говорю и ратую за наличие у духовных лидеров и сотрудников духовных управлений как духовного, так и светского образования. Мы спасем нашу молодежь, объединившись. Если молодой человек что-то натворил, я виню себя, я в ответе за это.

- В России сегодня около 70 муфтиев. Не думаете ли вы, что нужна одна авторитетная личность, которая смогла бы всех объединить?

- Мы этого хотели. В 2009 году Талгат Таджуддин сам неоднократно выступал с инициативой создания одного духовного управления и назначения одного муфтия. Мы тоже обрадовались такой идее, думая, наконец-то образумились мусульмане России. А что получилось? Создали еще более 25 духовных управлений, появился третий, четвертый, пятый верховный муфтий. И сам Талгат Таджуддин отказывался от своих высказываний, которые произносил при большом количестве свидетелей. Нам кавказцам абсолютно нет разницы, кто будет верховным. Главное, что мы сами не хотим быть верховными муфтиями России и даже заместителями. Если российские муфтии договорятся между собой - мы только за. Только, чтобы нас в очередной раз не обманули так, как это сделал Т. Таджуддин и другие службы, которые заинтересованы в разделении духовных управлений. У нас нет своих кандидатов, пусть это будет прерогативой российских муфтиев. Руководители регионов Северокавказских республик сейчас много что делают. Чечне многое удалось сделать, но с большим трудом, потому что эта республика сильно пострадала от  радикализма и терроризма. Мы за 20 лет устали от этого произвола. Рамзан не на словах, а на деле подтвердил, что он завершил путь, начатый его отцом – спас и Чечню, и Северный Кавказ от международного терроризма. У нас в республике были террористы, завербованные спецслужбами из более 50 стран.

- Султан хазрат, вы бывали в Татарстане?

Я часто бываю в Татарстане – это цветущий край, где есть мечети, муфтият, исламские учебные заведения – все, что нужно мусульманину. При этом в те же 90-е годы там ничего не было. Мы должны быть благодарны Аллаху за то, что он нам дал. Вместо этого сегодня мы так легко говорим человеку, что он «кафир», я вижу, сколько неверной информации проходит в СМИ про меня. Откуда они могут знать, что у меня на сердце, откуда я могу знать, что у тебя на сердце. По два-три муфтия в каждом маленьком регионе, которые враждуют друг с другом, обливают грязью – это перебор. Татарстан же, как и Чеченская республика всегда выгодно отличалась в этом вопросе от других регионов. Инша Аллах и в дальнейшем стабильность, мир и спокойствие будут нашими прерогативами.

- На какие еще проблемы вы бы обратили особое внимание?

Другая российская проблема связана с нахлынувшей на нас волной запрещенной литературы, абсолютно не содержащей экстремистские идеи. Непонятно, кто сидит в специально созданной комиссии и месяцами все это проверяет. Человек, знающий Ислам, по трем страницам определит, какая это книга.  Если «эксперт» не может это сделать, то он самозванец, не компетентный в этом вопросе. Специалисты не запрещали бы такие книги. Многие проблемы при этом возникают на национальной почве. Мы - российские мусульмане и не должны гордиться и кричать о том,  что мы чеченцы, татары, нами должны гордиться наши братья. У меня очень много друзей-татар, честно скажу, я уважаю их. А критикую я и себя, и других, если бы не любил, промолчал бы. Я не хочу, чтобы мусульманин сделал что-то плохое, и на него указывали пальцем, если на татарина-мусульманина указывают, значит, и на меня указывают.   

Комментарии 20