Политика

Закон здесь больше не живёт?

А над трупом зачитали права…

А над трупом зачитали права…
Хадижат Насибова осталась без мужа и единственного сына, у нее 5 дочерей       фото автора
 

Режим КТО в Дагестане невольно загоняет трагедии в масштаб одного-единственного дома. Боль перестала быть всеобщей, она спряталась в дома, стала уделом семьи, рода. Убит единственный сын, пропал муж, застрелен отец, брат, племянник – горю во время братоубийственной войны отказано в ранге человеческой трагедии. Оно превратилось в холодную статистику. Естественной жертвой на пути к «справедливости и всеобщему миру». Люди, увы, привыкли к убийствам. И даже когда в одной семье без суда и следствия уничтожают пять человек?

     

«В нашей семье всех мужчин уничтожили»… Не знаю, как Хадижат Насибова из села Кироваул Кизилюртовского района может произносить такое….

Всех убьют, а КТО останется?

В июне 2010 года убили ее единственного сына Магомеда. Прямо перед домом.  Вместе с двоюродным братом. Талантливый  спортсмен, он приехал повидаться с матерью перед поездкой на  турнир по рукопашному бою.

Как рассказали очевидцы, расстреляли хладнокровно с армейского УАЗа люди в масках. Его дядя, отец убитого с ним двоюродного брата, Абдулазим показывает следы от пуль на воротах дома.

На теле собственного сына он насчитал 153 пулевых ранений. На теле племянника – 76.

Говорит очень медленно. С тяжелыми перерывами – он, кажется, до сих пор считает эти антитеррористические пули на теле сына. «Зачем столько пуль пускать?» – спрашивает он.

Я молчу. Не знаю человека, который бы мог ответить отцу на этот вопрос.

На следующий день в местной газете официально было объявлено, что братьев Насибовых убили по ошибке. Муж Хадижат, Саидахмед, писал во все инстанции с требованием привлечь виновных к ответственности. Безрезультатно. Инстанции понимали, что борьба за мир требует жертв. Но какой должна быть эта ошибка, чтобы всадить 153 пули в человека? Можно ли бороться за справедливость бессмысленностью?

Дело так и осталось не расследованным. По вине пострадавших. Которые якобы отказались выдать труп для экспертизы.

«Как я отдам тело сына на экспертизу, если его в тот же день похоронили, домой даже не занесли», – плачет Хадижат.

Они – не скрываются

Но это было только начало трагедии рода Насибовых. Через месяц по дороге в соседнее село расстреляли машину, где сидели два сына Абдулазима и его троюродный брат со своим сыном. Они ехали праздновать сватовство друга.

Машину нашли сгоревшей с обугленными телами всех четырех пассажиров.

Наклонившись ко мне, Абдулазим шепчет, так чтобы женщины не слышали, что в машине тела были не совсем целые.

Он объясняет ситуацию. Оказывается, его второй сын после хотел наказать виновных в смерти родственников. И как-то среди друзей сказал, что отомстит за кровь брата. Об этом, видимо, узнали.

«Как говорят военные, нанесли превентивный удар. Они решили убивать всех, пока не останется человека, способного на месть», – говорит мой собеседник. Как, и многие в Дагестане, он знает, кто это – «они».

В комнату заходит молодая девушка с младенцем на руках. Это его дочка с внучкой. Маленькую Софию Абдулазим осторожно берет на руки и крепко прижимает к груди. Ее отца, зятя Абдулазим, тоже убили, когда малышке было 8 дней.

И тоже без суда и следствия, и теми же непонятными вооруженными людьми в масках.

Контрольный выстрел с последующей проверкой документов

1 августа этого года Саидахмед Насибов ехал со своей дочкой, женой и родственницей на соболезнования в Махачкалу. Там в очередной раз убили его родственника.

По дороге их остановили для проверки документов. Когда Саидмагомед подошел к людям в масках, в него несколько раз выстрелили. А потом, уже в лежащего, выпустили полный магазин. Правда, не 153 пули. На этот раз – поменьше.

«Я подняла его голову, он что-то пытался сказать, но не смог. Я положила на колени его голову и прочитала молитву…», – Хадижат, рассказывая это, не смотрит на меня. Она вообще, кажется, не видит ничего.

Убийцы были в масках и сразу же уехали на машине ВАЗ 21014 серого цвета. После этого события несколько минут по трассе не проехала ни одна машина, как будто где-то перекрыли дорогу.

Мы вас одних в беде не оставим…

Хадижат Насибова осталась без мужа и единственного сына, у нее 5 дочерей. Насибов Абдулазим потерял за короткое время троих сыновей, зятя, родного брата и племянника. И это не считая  дальних родственников. У него – одна дочь с тремя малолетними детьми на руках.

Но на этом все не закончилось. В беде их просто так не оставили. Две недели назад, под утро дом Хадижат окружили военные машины. По рассказам соседей, тяжелой техники было не менее 70 единиц.

«Все перерыли верх дном, ничего не нашли. Что они от нас хотят, что могут сделать беззащитные женщины?» – удивляется  хозяйка дома. Она подробно рассказывает, как они вошли в дом, как все ломали, и перечисляет вещи, которых не досчиталась после визита маски-шоу.

Закон здесь больше не живет?

Коллективный намаз в мечети делают люди с длинными бородами. Это так называемая «салафитская мечеть», которые существуют во многих дагестанских селах.

Тут еще и другая мечеть, но там и прихожане другие. Имам мечети Дауд говорит очень спокойно, без эмоций. По его словам, государство в лице силовиков нарушает свои же законы. Он рассказал несколько случаев, когда во время  спецоперации к окруженным в доме не подпускали родственников для переговоров.

«Любой мусульманин должен стремиться жить в обществе, где работают законы шариата, это знает каждый верующий. Но когда светское государство нарушает законы и убивает собственных граждан,  то это стремление удваивается. И, увы, чаще всего молодые люди пытаются это сделать с помощью оружия. Вот откуда растут корни нынешнего противостояния», – объясняет  имам.

…На кладбище довольно длинный ряд могил, на которых трава еще не растет:  могилы свежие. Они отличаются еще и отсутствием на них памятников. Обычно салафиты обходятся без них, устанавливают только небольшой камень, чтоб отличить могилу. Абдулазим мне показывает могилы троих своих сыновей, брата, племянника и зятя. Там же и могила молодого ученого, его двоюродного племянника и родного племянника жены – Магомедхабиба. В него стреляли с улицы через окно, когда сидел за ноутбуком.

Я не вижу на его лице следы скорби. Кажется, у него и чувств-то – не осталось. «Все по воле Всевышнего, Алхамдулиллях!» – произносит он, закрывая ворота кладбища.

Пока есть сила, ум в забвении

Кандидат исторических наук Магомед Нугаев считает, что корни вооруженного противостояния на Кавказе – это недальновидная политика государства в конфессиональной политике. По его словам, государство вмешалось в идеологическое противостояние двух издавна противоборствующих течений в суннитском исламе – традиционно распространенного в Дагестане суфизма и распространившегося после распада СССР салафизма, привезенного из арабских стран молодыми учеными.

Поддерживая одних через Духовное управление мусульман Дагестана, где абсолютно все суфии, и преследуя новое течение, государство только ужесточило противостояние.

«Необоснованное насилие со стороны государства и травля салафитов породили ответные меры. И с каждым новым насилием людей, готовых брать оружие в руки или сочувствующих лесным становится все больше», – уверен ученый.

Он уверен: силовым методом перебороть все не получится.  Надо искать выход  совместно. Путем переговоров. Но, прежде всего, необходимо остановить беззаконие  силовых структур.

Автор: Рамазан Раджабов

Комментарии 1