Среда обитания

О вреде войны с огородами

Из Палестины приходят удивительные вести. Все политические фракции договорились и создали общий штаб сопротивления. Палестинцы впервые после долгих лет дали такой отпор вооруженному до зубов врагу, к которому этот враг оказался не готов ни морально, ни политически.

     

Похоже, Израиль и сам не понял, как он загнал себя в угол, и как так вышло, что сторонников в мире он порастерял, даже в среде еврейских общин, за вычетом вечно опаздывающих за поездом истории русскоязычных израильских патриотов.

Мнение, что палестинцы начали нынешний конфликт — привычная ложь израильской пропаганды.

Такая же ложь – что ракеты палестинцев не достигают целей и никому не угрожают в Тель-Авиве. Эти ракеты поразили все виды военных устрашений, которые только есть у жестокосердых надсмотрщиков самого большого концлагеря в мире.

Эти люди так привыкли к своей безнаказанности, что поверить не могут, что на их головы посыпалось что-то посерьезнее кассамов. Они так долго убеждали весь мир, что это они придумали арабские революции, что это они – благополучатели от всеобщего хаоса, что они теперь будут разруливать все на Ближнем Востоке, что палестинское сопротивление кажется им всемирным заговором антисемитов.

Для вертухаев всегда неожиданен бунт в тюрьме – строя стены, каждый тюремщик втайне знает, что они падут, но надеется этого не застать.

Да, палестинцы начали применять оружие, которое поражает цели, прежде недостижимые. Но не только и не столько в данной войне дело решают вооружения.

Многие мусульмане говорят о том, что готовность к смерти заложена в их сознании верой. Нет ни одного народа в мире, кто так приучен к этой готовности с рождения. Нет никого, кто был бы так близок к ней в каждый миг.

Палестинцам достался во враги народ, обожающий жизнь, упоенно ценящий эту жизнь, дорожащий ею и дрожащий над нею, словно скупец над золотом.

Этот странноватый праздник жизни – за стеной, ощетинившейся всеми видами вооружений, порой больше напоминает утренник в сумасшедшем доме, чем собрание разумных существ. За пределами своего праздника можно совершать все виды преступлений – так казалось. Но это лишь кажущаяся вседозволенность.

В «мирное время» каждый день в небе Газы жужжат дроны. Они убивают. Снайперы стреляют. На территорию Газы заходят танки. Стреляют по домам, сараям, людям, детям идущим в школу, врачам, делающим перевязки в палатах больниц, мальчишкам, играющим в футбол.

Я спрашивала у рыбаков и фермеров, почему вы не отвечаете? Ведь в СМИ про вас пишут, что вы все – вооруженные хамасовцы.

Люди вели меня в дома – в каждом живет большая семья в 20-30 человек, с больными стариками и целым выводком детишек. Ни у фермеров, ни у рыбаков нет оружия. И они знают, что если хоть один выстрел произойдет из их дома или лодки, то в ответ начнется шквальный огонь, который уничтожит их семьи.

Впрочем, такой огонь приходит и просто так.

В 2009 году 29 человек семьи Самуни были просто убиты – заведены в сарай и расстреляны. Только что были просто убиты 14 человек семьи Далу…

Палестинцы с 90-х годов отказались от всех видов операций вне пределов Палестины.

Израиль убивал и продолжает убивать и похищать палестинцев по всему миру. Так, на Украине был похищен доктор Дирар абу Сиси, главный инженер единственной в Газе электростанции, а в Эмиратах убит Махмуд аль Мабхух, один из военных руководителей Бригад аль Кассама.

Не думаю, что эти беззакония продолжатся.

Ведь если до ваших городов реально долетели ракеты, а вы считали что это невозможно и дурили всем головы музеями с обломками кассамов, то кто как не вы отлично знаете, что больше никогда и нигде вы не сможете чувствовать себя защищенными.

Израиль пытается нагнетать напряжение, надувая щеки и обещая наземное вторжение 75 тысяч войск, 40 тысяч, 30 тысяч…

В реальности израильская армия физически не может вторгнуться вглубь поселений сектора Газы.

Израиль утратил опыт и навык контактного боя. Это показала война с Ливаном 2006 года и операция против Газы 2008 года. Они в состоянии расстреливать безоружных с воздуха, а вот воевать на улицах и в лагерях палестинских беженцев они боятся.

Израиль взял тактику на уничтожение попавших в плен – они ракетными ударами добивают раненных, бьют по сожженным танкам и обломкам своей техники – лишь бы не получить нового Шалита.

Если солдат пропадает из виду, по нему наносится ракетный удар. Поэтому солдаты и офицеры под страхом смерти не продвигаются в сектор – ведь они стали заложниками собственной военной тактики, и каждому об этом известно, что им пожертвуют не задумываясь.

Как выглядит «вторжение»?

К палестинской границе (кое-где это сплошная стена, в основном — башни и колючая проволока) примыкают фермерские хозяйства. На них частенько заезжает израильская техника: могут просто проехаться, могут выстрелить в любом направлении, могут забрать ослика, лошадь, трактор. Арестовывают людей, работающих на грядках. Могут пустить фермера или лошадь по полю, где, по их мнению, россыпи мин… Если им не нравится, что выросло дерево или построен сарай, то дерево и сарай уничтожают.

С наступлением темноты по огородам и посевам лупят ракетами – пробежала ли собака, пролетела ли птица. Это срабатывает электроника.

Кстати, именно поэтому все неожиданные запуски кассамов – просто акции, организованные Израилем. Они подкупают несчастных мальчишек, дают им материалы для изготовления этих жестянок, отключают на условленное время электронику – и получают «обстрел приграничных территорий». А потом на всякий случай наносят удар по этим же мальчишкам.

Когда ваша армия годами воюет с огурцами и помидорами на полях, когда ваши снайперы пристреливаются к детям, то навык готовности к тому, что вы получите отпор, утрачивается.

По краю поля стоят дома фермеров – нет ни одного без следов войны. Наземная операция заключается в том, чтобы палить по фермерам, пробивать в стенах их домов дыры танковыми орудиями, гадить в этих домах и писать оскорбления на их стенах, обрушивая огневой шквал на людей, которым негде укрыться.

Максимум на что способна эта армия – под прикрытием артиллерии двинуть танки на несколько метров к поселениям и сносить шквалом огня хлипкие стены.

Ливанская война 2006 года похоронила славу «Меркав» – Хизболла уничтожила 14 новейших и три десятка машин старой конструкции (а это громадные потери!), которые Израиль рекламировал как непобедимый символ.

В который раз израильская армия попадает в плен собственных мифов.

Куда-то тихо слился и миф о великой взаимоподдержке.

Совсем не всем евреям в мире нравится, что их то и дело мобилизуют на войну, которую они, ни по целям, ни по методам, не считают своей.

Уровень нынешнего энтузиазма у израильских пропагандистов сильно упал по сравнению с 2006 и 2008 годами, если не сказать, что израильское общество деморализовано.

Израиль использует запрещенные виды вооружений, в том числе белый фосфор и снаряды, содержащие элементы, буквально изрешечивающие и прожигающие тела насквозь. Это оружие поражает внутренние органы, расплавляет внутренности, влияет на организм женщин, рождаются дети без кожи, с жуткими болезнями легких, сердца, крови. В Газе после каждой войны вспышка раковых заболеваний и катастрофическая в условиях блокады ситуация с лекарствами.

Кстати, пока что в этой новой войне Израиль вроде бы удерживается от этих видов вооружений – поэтому соотношение убитых и раненных 1 к 10. В прошлую кампанию раненые в большей части случаев были обречены на смерть – у них не оставалось ни внутренностей, ни кожи.

Тем не менее последствия бомбардировок смертоносны.

Развалины домов – это смертельно опасная зона, заполненная химическими токсинами, неразорвавшимися снарядами.

В Газе отравлен воздух, отравлена вода и земля. И эти люди заперты в блокаде 6 лет.

У палестинцев нет отрядов для разминирования и деактивации снарядов.

Всем миром придется снова буквально руками разбирать завалы, дробить камни, выискивать средства пропитания, рыть заново разбомбленные туннели, через которые в Газу идет весь поток товаров, лекарств и продуктов.

Техники в Газе нет, поэтому разрушенные здания можно восстановить только вручную. В 2008 году были разбомблены крепкие высотки парламентских зданий, построенные ЕС — гордость Газы. Их разобрать невозможно — нельзя же ползать по стенам на высоте пятнадцати метров.

Разбомблен с таким тщанием построенный стадион. Чудом делегация из 500 египтян не дошла до него в ту ночь, а осталась ночевать в госпитале – их всех бы накрыло…

В прошлую войну был атакован один из четырех подаренных арабскими спонсорами госпиталей — за прошедшие годы не нашлось никого, кто сумел бы его отреставрировать. Были разрушены все мастерские, заводики, фабрики – все, где можно было работать. Разбомблены кладбище, детские площадки, единственный красивый магазин.

После бомбардировок Газа похожа на Сталинград. Но если отойти на дамбу порта ( тоже разбомбленного), то оттуда Газа очень красива – почти как Рио-де-Жанейро…

Последствия для палестинцев тяжелы. Но они не идут ни в какое сравнение с последствиями для Израиля.

Киссинджер заявил, на основании доклада шестнадцати американских разведок, о том, что существование Израиля в 2023 году «не просматривается».

Когда такие фразы произносит один из верных союзников, не какой-то демократ, а наивернейший республиканец — есть, над чем задуматься.

Но вместо того, чтобы внять опасениям, Израиль загоняет себя в тупик и ставит под удар судьбу мирового еврейства. Впрочем, безапелляционная израильская риторика допускает и броскую фразу о том, что мировое еврейство вообще не имеет никакого смысла, если его жизнь не ориентирована на Израиль.

Православные в Палестине составляют арифметическое меньшинство, в отличие от России. Но именно православные палестинцы дают пример православным русским, как им братски строить свои отношения с мусульманами, а не повторять исполненную ненависти антиисламскую риторику, утвердившуюся в израильском сообществе.

Автор: Надежда Кеворкова

Комментарии 0