Просвещение

Лев Толстой: «Прошу считать меня … магометанином»

Из писем Льва Толстого к А.А. Толстой 1884г. апрель. Ясная Поляна.

«Я бы очень рад был, если бы вы были бы одной веры со мной. Вы вникните немножко в мою жизнь. Все прежние радости моей жизни, я всех лишился. Всякие успехи жизни – богатства, почестей, славы, всего этого у меня нет. Друзья мои, семейные даже, отворачиваются от меня.
Одни – либералы и эстетики считают меня сумасшедшим или слабоумным вроде Гоголя; другие- революционеры, радикалы считают меня мистиком, болтуном; правительственные люди считают меня зловредным революционером; православные считают дьяволом. Признаюсь, что это тяжело мне.… И потому, пожалуйста, смотрите на меня, как на доброго магометанина, тогда все будет прекрасно».

Письмо Векиловой Е.Е. 1909г. март, Ясная поляна.

«Для меня не может быть никакого сомнения в том, что магометанство по своим внешним формам стоит несравненно выше церковного православия. Так что если человеку поставлено только два выбора: держаться церковного православия или магометанства, то для всякого разумного человека не может быть сомнения в выборе. И всякий предпочтет магометанство с признанием одного догмата единого Бога и его пророка, вместо того сложного и непонятного богословия – троицы, искупления, таинств, богородицы, святых и их изображений и сложных богослужений».

Лев Николаевич Толстой (1828-1910) – гениальный русский писатель, мыслитель, внесший огромный вклад в русскую литературу и историю, известен нам больше как писатель. Менее популярны его философские взгляды, трактаты, рассматривающие такие вопросы как, в чем смысл жизни, представление о Боге, душе, знании, любви и т.п. Его литературные произведения поражают читателя своей глубиной и человечностью, незаметно переносят нас в тот удивительный интересный мир писателя, где мы растворяемся в различных литературных персонажах.

Его совершенно неординарное мышление в большинстве случаев было непонятным для российского общества того времени.

За беспощадную критику церкви Толстого осуждали и не признавали его взгляды, так как это подрывало престиж православной церкви, которая обвиняла его в святотатстве и даже называла его дьяволом.

Граф Толстой, увидел принципиальную разницу между подлинными взглядами Иисуса, изложенными в Евангелиях, и их извращением в догмах православия и других христианских церквей. «Вы говорите, что я как будто не признаю Бога. Тут – недоразумение. Я ничего не признаю кроме Бога. Все, что я знаю, я знаю потому, что есть Бог, и я знаю Его».

Граф Толстой считал, что истина Христа, изложенная в Евангелиях, была в последующем искажена наследовавшими ему церквами. Искажения коснулись трех основных пунктов.

Во-первых, каждая церковь объявила, что только она правильно понимает и исполняет учение Христа. Такое утверждение противоречит духу учения, где ни один из последователей, ни отдельный человек, ни собрание людей, не могут утверждать, что они его окончательно поняли.

Во-вторых, они поставили спасение человека в зависимость от определенных обрядов таинств и молитв, возвели себя в статус посредников между людьми и Богом.

В третьих, сфера действия принципа религии была сужена до личной жизни, домашнего обихода. Вместо того чтобы руководитель миром в его жизни, церковь в угоду миру перетолковала метафизическое учение Христа так, что из него не вытекало никаких требований для жизни, так что оно не мешало людям жить так, как они жили…

«Мир делал все, что хотел, предоставляя церкви, как она умеет, поспевать за ним в своих объяснениях смысла жизни. Мир утверждал свою, во всем позитивную учению Христа жизнь, а церковь придумывала иносказания, по которым бы выходило, что люди, живя противно закону Христа, живут согласно с ним. И кончилось тем, что мир стал жить жизнью, которая стала хуже языческой жизни, и церковь стала не только оправдывать эту жизнь, но и утверждать, что в этом то и состоит учение Христа». Ясная Поляна. март 1909год.

Комментарии 0