Общество

Доклад Amnesty International-2012: как в России нарушают права человека

В своем ежегодном докладе «Международная амнистия» выделяет несколько основных тенденций последнего года. В первую очередь, это, конечно, активные уличные протесты: «Такого количества демонстрантов мир не видел уже несколько десятилетий. Они протестовали против злоупотреблений властью, отсутствия подотчетности, растущего неравенства, усугубления нищеты и слабости руководства на всех уровнях власти. При этом стал до боли очевиден разительный контраст между смелостью демонстрантов, отстаивающих свои права, и неспособностью руководства предпринять конкретные действия под стать их решимости и построить более прочное общество, основанное на уважении к правам человека. Поначалу казалось, что протесты и волнения затронут лишь те страны, где недовольство и репрессии вполне предсказуемы. Однако с течением времени стало ясно, что нежелание правительств гарантировать справедливость, безопасность и человеческое достоинство подстегнуло протесты во всем мире. От Нью-Йорка и Москвы до Лондона и Афин, от Дакара и Кампалы до Ла-Паса и Куэрнаваки, от Пномпеня до Токио – повсюду люди выходили на улицы».

Другая тенденция – неуверенная и неэффективная реакция международных организаций на происходящие события: «Реакцию международного сообщества на происходящее едва ли можно считать эффективной. Опасения, перспективы, лицемерие и благие намерения – всем этим изобилует полемика». Речь идет, в том числе, о неспособности международного сообщества повлиять на продажу вооружения диктатурам: «Можно ли доверить поддержание международного мира и безопасности странам, способным наложить вето на любую резолюцию Совета Безопасности ООН, если они же получают наибольшую выгоду от глобальной торговли оружием? Пока их право вето остается абсолютным, и отсутствует действенный договор о торговле оружием, способный предотвратить продажу вооружения правительствам, нарушающим права человека, роль этих стран в качестве гарантов мира и безопасности обречена на провал».

Отдельной тенденцией отмечена «несостоятельность руководства в глобальном масштабе. Среди примеров неэффективных правительств, столкнувшихся с возмущенным населением, перечислены не только такие страны, как Уганда, Зимбабве, Судан, Боливия, Китай, но и Россия: «В России поводом для протестов стало недовольство коррупцией, кумовством и симуляцией демократических процессов, из-за которых люди лишались возможности добиться перемен посредством волеизъявления на избирательных участках. На политической арене оппозицию систематически подрывали, не допуская ее к основным СМИ, что гарантировало Владимиру Путину отсутствие реальных конкурентов на президентских выборах. Вдобавок ко всему Путин назвал участников протестов «бандерлогами» (под этим названием в произведении Редьярда Киплинга «Книга джунглей» («Маугли») изображены необузданные обезьяны), а символ протеста – белую ленту – сравнил с презервативом. Тем не менее протесты ознаменовали новую эру в России и обозначили новый круг проблем для Путина и его окружения. Им придется найти способ удовлетворить эти требования уже сейчас, когда вопрос о политической реформе и соблюдении прав человека прочно вошёл в повестку дня».

Кроме того, «Амнистия» отмечает, что мировой экономический кризис заставил задуматься о состоянии общественного договора (в том числе и в развитых демократиях): «Экономический кризис показал, что общественный договор между правительством и теми, кем оно правит, оказался нарушен. Правительства в лучшем случае безразлично взирали на тревоги людей, а в худшем – заботились лишь о том, чтобы защитить власть имущих. Статистка, подтверждающая усиление разрыва в доходах и имуществе, говорит о нежелании правительств выполнять свои обязательства в части неуклонной реализации экономических и социальных прав».

Досталось от «Амнистии» и крупным корпорациям, которые, по мнению организации, продолжают усиливать свою власть: «Немногие примеры столь явно демонстрируют отсутствие политической воли, как нежелание правительств регулировать действия крупных предприятий, в частности многонациональных корпораций, которые зачастую наживаются в ущерб местному населению. Будь то Shell в Дельте Нигера (Нигерия) или Vedanta Resources в Орисе (Индия) – власти не заботятся о том, чтобы корпорации как минимум соблюдали права человека. Во многих странах сотни тысяч людей столкнулись с принудительными выселениями, когда горнодобывающие компании стали претендовать на природные ресурсы. Деятельность цифровых компаний и компаний связи стала предметом более пристального надзора, когда правительства стали требовать от них соблюдения явно неправомерных законодательных требований, нарушающих права человека, в том числе право на свободу выражения мнения, информации и неприкосновенность частной жизни. Существуют свидетельства того, что предприятия, якобы приверженные выражению мнений и обмену ими (и зарабатывающие на этом), в том числе Facebook, Google, Microsoft, Twitter, Vodafone и Yahoo!, замешаны в ряде таких нарушений.

Картина, которую рисует «Международная амнистия», упоминая Россию, ожидаемо безрадостная. После того, как были объявлены спорные итоги декабрьских выборов, по стране прокатилась волна массовых демонстраций; сотни участников мирных протестов были арестованы. На протяжении всего года право на свободу собраний нередко нарушалось в контексте политических, экологических, социальных и других выступлений протеста. Деятельность СМИ по-прежнему ограничивалась. Отдельных представителей религиозных меньшинств преследовали; сохранялась озабоченность произвольным применением закона о борьбе с экстремизмом. На правозащитников и журналистов по-прежнему оказывали давление, а расследования прошлых нападений в большинстве случаев не принесли результатов. Несмотря на поверхностные реформы правоохранительных органов, из разных регионов продолжали поступать многочисленные сообщения о пытках. Обстановка на Северном Кавказе оставалась неустойчивой; вооруженные группировки и силовики грубо нарушали права человека. 

Краткая справка

Благодаря высоким ценам на нефть и значительным правительственным мерам бюджетного стимулирования, к концу года Россия показывала относительно устойчивый экономический рост. Однако в заявленных правительством приоритетных областях – продолжение модернизации, борьба с коррупцией и реформа уголовной системы – ощутимых результатов практически не наблюдалось. По итогам парламентских выборов, омраченных массовыми утверждениями о подтасовке голосов и многочисленными документально подтвержденными случаями нарушений, в декабре правящая партия «Единая Россия» вновь оказалась у власти, утратив значительную часть голосов избирателей.

Результаты голосования скорее указывали на заметно возросшую потребность граждан в гражданских и политических свободах, а также социальных и экономических правах, нежели в стабильности, которую обещал – и в значительной степени сумел обеспечить – «тандем» Путина-Медведева. Демонстрации, последовавшие за выборами, ширились и постепенно приобрели наибольший размах с момента распада СССР. Протесты подпитывались растущей гражданской активностью масс, не раз демонстрировавшейся на протяжении года отдельными лицами, группами заинтересованных граждан и местными сообществами при работе по таким проблемам, как коррупция, сокращение социальных льгот, полицейский произвол и состояние окружающей среды. Телевидение и другие СМИ продолжали следовать официальной линии. Острую критику в адрес властей публично позволяли себе лишь малотиражные печатные СМИ и интернет, причем их влияние неуклонно росло.

Свобода собраний

Власти продолжали ущемлять свободу собраний критически настроенных общественных движений, однако некоторые уличные митинги, запрещаемые в предыдущие годы, были разрешены. При этом множество демонстраций было запрещено, а ряд участников мирных политических протестов многократно задерживали, причем некоторых – превентивно (например, по пути на демонстрацию), и зачастую приговаривали к административному аресту.

На протяжении нескольких дней после спорных парламентских выборов 4 декабря в разных частях страны начинались спонтанные мирные демонстрации. Более 1000 участников протестов были арестованы; свыше 100 из них приговорили к административному аресту по итогам процессов, зачастую противоречивших нормам справедливого судопроизводства. Позже – 10 и 24 декабря – на санкционированные демонстрации вышли более 50 000 человек в Москве и десятки тысяч в других городах страны. Все выступления закончились мирно.

Активисты, отстаивающие права лесбиянок, геев, бисексуалов и транссексуалов (ЛГБТ), по-прежнему подвергались притеснениям и нападениям. В Москве и Санкт-Петербурге предпринимались попытки провести гей-парады и пикеты в защиту прав ЛГБТ, однако эти мероприятия были запрещены, и полиция быстро разогнала собравшихся.

Сергея Удальцова – лидера движения «Левый фронт» – более десяти раз задерживали в Москве при попытке мирно выразить несогласие с политикой властей. Его многократно признавали виновным в административных правонарушениях, таких как «неподчинение законным требованиям полиции». Новый год он встретил под стражей.

Свобода выражения мнений

Государство сохраняло жесткий контроль над телевидением и другими СМИ. Возросла роль интернета в качестве альтернативного источника информации и площадки для высказываний и обмена мнениями. И хотя интернет все еще оставался зоной, сравнительно свободной от вмешательства государства, ряд известных сайтов и блогов, где рассказывалось о нарушении избирательных норм, перестали работать из-за хакерских атак накануне и сразу после декабрьских выборов в Думу. Журналисты по-прежнему подвергались угрозам и нападениям за статьи на темы, касающиеся политики и коррупции. Подобные нападения крайне редко эффективно расследовались или доводились до суда.

Власти часто произвольно применяли закон о борьбе с экстремизмом с целью оказания давления на критиков. В июне последовала реакция Верховного суда, разъяснившего, что в рамках закона о борьбе с экстремизмом критика должностных лиц и политиков не может быть признана разжиганием ненависти. Религиозные меньшинства, такие как нетрадиционные мусульманские объединения и свидетели Иеговы, по-прежнему подвергались гонениям. В Архангельской области законодательно запретили «пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних». Положительной переменой, объявленной в конце года, явилась отмена уголовной ответственности за клевету.

15 декабря Хаджимурада Камалова – известного журналиста, учредителя и редактора независимого дагестанского еженедельника «Черновик», имеющего репутацию оппозиционного издания, – застрелили у здания редакции газеты в Махачкале (Дагестан). Местные власти на протяжении многих лет до этого запугивали и притесняли сотрудников «Черновика».

По состоянию на конец года следствие по делу о разбойном нападении на журналиста Олега Кашина в ноябре 2010 года так и не принесло результатов, несмотря на обещания высшего российского руководства привлечь виновных к ответственности.

В 2011 году нескольким последователям турецкого богослова Саида Нурси предъявили обвинения в принадлежности к организации «Нурджулар», которая считается экстремистской и запрещена на территории РФ. Некоторых приговорили к лишению свободы. Обвиняемые утверждали, что они никогда не слышали об этой организации.

В декабре Верховный суд Республики Алтай снял со свидетеля Иеговы Александра Калистратова обвинения в возбуждении ненависти к другим религиозным объединениям. В октябре суд низшей инстанции оштрафовал его за распространение листовок о свидетелях Иеговы.

Правозащитники

Ограничения, наложенные на НПО в предыдущие годы, были частично ослаблены, и Высший арбитражный суд отменил некоторые ограничения на зарубежное финансирование НПО. Тем не менее, правозащитники и журналисты продолжали сталкиваться с притеснениями и угрозами, в том числе со стороны должностных лиц, чьи проступки они изобличали. Расследования убийств и нападений на правозащитников, журналистов и адвокатов, совершенных в прошлом, в большинстве случаев не давали результата.

В июне московский суд оправдал руководителя правозащитного центра «Мемориал» Олега Орлова, сняв с него обвинение в клевете. Глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров, которого Олег Орлов назвал ответственным за убийство Натальи Эстемировой, опротестовал это решение, однако некоторое время спустя уголовную ответственность за клевету упразднили, и производство по иску Рамзана Кадырова было прекращено.

В июле группа правозащитников опубликовала доклад, посвященный убийству их коллеги Натальи Эстемировой двумя годами ранее – в июле 2009 года. В докладе говорилось о многочисленных изъянах и нестыковках в ходе официального следствия. Авторы доклада заключили, что версии о причастности сотрудников чеченских правоохранительных органов к убийству правозащитницы не были тщательно отработаны. После публикации документа глава Следственного комитета пообещал проверить все возможные версии убийства Натальи Эстемировой, однако по состоянию на конец года никаких новых сведений он не обнародовал.

Возобновленное следствие по делу об убийстве в 2006 году журналистки Анны Политковской привело к аресту в июне и августе двоих новых подозреваемых, причем одного из них арестовали по подозрению в убийстве. Двое других известных подозреваемых, включая одного из тех, кого оправдали в 2009 году, отбывали тюремные сроки за другие преступления.

В мае Московский суд вынес приговор по делу об убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой в январе 2009 года: одного из подсудимых приговорили к пожизненному заключению, а другого – к 18 годам лишения свободы.

Пытки и жестокое обращение

В марте вступил в силу новый закон о полиции, согласно которому была проведена формальная переаттестация сотрудников правоохранительных органов, а их численность сокращена. Однако в нем отсутствовали какие-либо новые положения, существенно повышающие подотчетность полиции и способствующие борьбе с безнаказанностью произвола, что делало преимущества нового закона трудноуловимыми. Продолжали поступать многочисленные сообщения о пытках и жестоком обращении. Эти утверждения редко расследовались должным образом, а документально подтвержденные телесные повреждения зачастую списывались на законное применение силы. Виновников крайне редко привлекали к уголовной ответственности. Неоказание медицинской помощи в местах содержания под стражей оставалось обычным явлением; сообщалось, что таким образом от задержанных добивались признательных показаний. Часто поступали сообщения о том, что к недавно прибывшим по этапу заключенным применялось насилие – как со стороны тюремного персонала, так и других заключенных.

В сентябре начался судебный процесс по делу двух сотрудников правоохранительных органов, обвинявшихся в превышении должностных полномочий, в том числе в связи с незаконным задержанием и пытками Зелимхана Читигова в апреле 2010 года. Разбирательство по подобному делу в ингушском суде происходило впервые. Как сообщалось, несколько человек, давших показания против полицейских, подвергались систематическому давлению и запугиванию.

18 ноября в Оренбурге полицейские задержали Армена Саргсяна по подозрению в краже. Несколько часов спустя он скончался. По словам полиции, смерть наступила от острой сердечной недостаточности. Родственники представили фотографии его тела, на которых были видны раны головы и другие телесные повреждения. По состоянию на конец года в связи со смертью Армена Саргсяна арестованы двое сотрудников полиции, в отношении еще двоих ведется следствие, а нескольких руководящих работников подвергли дисциплинарным взысканиям.

Несправедливые судебные процессы

Несмотря на неоднократные попытки повысить эффективность и независимость судебной власти, предполагаемое политическое вмешательство, коррупция, а также сговор судей, прокуроров и сотрудников полиции по-прежнему давали множество поводов для сообщений о несправедливых судебных процессах.

В мае Московский городской суд оставил в силе второй обвинительный приговор по делу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Amnesty International признала их узниками совести, поскольку повторные приговоры по обвинениям, крайне схожим с теми, что выдвигались во время первого суда, были вынесены по итогам судебного процесса, сопровождавшегося существенными нарушениями. Даже с учетом продленных сроков лишения свободы оба были вправе претендовать на условно-досрочное освобождение к концу 2011 года, но получили отказ.

Опасная обстановка на Северном Кавказе

Обстановка на Северном Кавказе оставалась неустойчивой и неровной. Как и прежде, вооруженные группировки целенаправленно нападали на сотрудников правоохранительных органов и других должностных лиц, а также на мирное население. Оказавшись на линии огня, гражданское население несло потери при перестрелках между силовыми структурами и боевиками. Операции по обеспечению безопасности в регионе нередко сопровождались грубыми нарушениями прав человека. Поступали сообщения о запугивании свидетелей и журналистов, а также об убийствах правозащитников и адвокатов.

Чечня

Чечня продолжала быстро восстанавливаться после конфликта за счет обильного федерального финансирования, однако проблема безработицы сохранялась. По сравнению с другими северокавказскими республиками, активность вооруженных группировок здесь снизилась. Продолжали поступать сообщения о грубых нарушениях прав человека в ходе операций, проводимых правоохранительными органами. В письме, адресованном правозащитной НПО «Межрегиональный комитет против пыток», один из руководящих сотрудников прокуратуры Чечни признал, что случаи насильственных исчезновений в республике расследовались неэффективно.

Нераскрытое убийство Натальи Эстемировой, совершенное в 2009 году, по-прежнему глубоко тревожило местное правозащитное сообщество. Активистов запугивали и притесняли. 9 мая в Грозном несколько неизвестных, предположительно сотрудники полиции, похитили автослесаря Тамерлана Сулейманова с места работы, угрожая оружием. Насколько известно, очевидцы подробно рассказали об инциденте властям. 18 мая по этому факту возбудили уголовное дело, однако оно до сих пор не раскрыто.

В июне сотрудников Межрегионального комитета против пыток Супьяна Басханова и Магомеда Аламова задержали после официально санкционированного пикета против пыток в Грозном. Сотрудники полиции, используя неофициальные каналы, неоднократно им угрожали в связи с их законной правозащитной деятельностью.

Продолжалось следствие по делу о тайном содержании под стражей Ислама Умарпашаева, которого, предположительно, пытали милиционеры на протяжении четырех месяцев, с декабря 2009 года. Сообщалось, что высокопоставленный сотрудник чеченской полиции открыто угрожал его родственникам и федеральной следственной группе. Местная полиция систематически отказывалась сотрудничать со следствием, а подозреваемые продолжали нести службу в правоохранительных органах.

В течение 2011 года чеченские власти выселили из временных убежищ в Грозном свыше 100 семей, ставших вынужденными переселенцами в результате конфликта. Многих уведомили о предстоящем выселении лишь за 48 часов, не предложив им другого жилья. Насколько известно, вооруженные люди заставили некоторые семьи подписать заявления о том, что выселяются они добровольно.

Следствием возрождения «чеченских традиций», активно пропагандируемого главой республики Рамзаном Кадыровым, стало усиление гендерного неравенства и повышенная уязвимость женщин и девушек перед домашним и сексуальным насилием. Зарема (имя изменено) рассказала Amnesty International, что в течение нескольких лет близкий родственник систематически подвергал ее сексуальному насилию. В 2010 году она вышла замуж и переехала в Грозный, однако муж ее избивал. В июне 2011 года она попыталась переехать к бабушке, но братья вернули ее мужу. Зарема обратилась за помощью в муфтият (орган мусульманской духовной власти) и государственную комиссию по урегулированию семейных конфликтов, однако в обеих организациях ей сказали, что она должна слушаться мужа. В конце 2011 года она ушла из дома и скрылась за пределами Чечни. В это время она находилась на последних сроках беременности. Женщина боялась, что после рождения ребенка муж вернет её братьям, которые обещали убить ее.

Дагестан

Вооруженные группировки продолжали нападать на сотрудников силовых структур, представителей местной администрации и видных общественных деятелей, в том числе мулл, проповедовавших традиционный ислам. Операции правоохранительных органов стали причиной роста числа заявлений о насильственных исчезновениях, внесудебных казнях и пытках. Своевременных и эффективных расследований прошлых нарушений прав человека, к которым, предположительно, причастны сотрудники государственных силовых ведомств, не проводилось. Их виновников к ответственности не привлекали.

26 августа братьев Заура и Камильпашу Гасановых, а также их отца Мурада задержали, когда те работали в соседнем Ставропольском крае. Отца освободили, а Камильпашу, как утверждается, избили и в тот же день бросили за городом. Заур Гасанов остался под стражей по подозрению в причастности к нападению на полицейских. Его отправили в Дагестан, где, как утверждалось, избивали и пытали электрическим током. Как сообщалось, первоначально ему отказывали во встрече с адвокатом под предлогом, что последний носил бороду, а значит – мог подозреваться в принадлежности к вооруженной группировке.

В мае троих полицейских, обвиняемых в пытках 14-летнего Махмуда Ахмедова в июле 2010 года, приговорили к лишению свободы условно. Родственники подростка пожаловались в суд на преследование и запугивание в ходе следствия и судебного заседания, а также на излишнюю мягкость приговора. После пересмотра дело вернули на доследование.

Ингушетия

В начале года обстановка в Ингушетии стала более спокойной. Однако в последующие месяцы участились нападения вооруженных группировок и сообщения о грубых нарушениях прав человека со стороны силовиков, в частности, о насильственных исчезновениях. Илез Горчханов стал жертвой похищения 21 марта, когда ехал по делам на машине. По словам очевидцев, прямо у них на глазах в центре Назрани его похитили около 15 вооруженных людей в масках. Ингушские власти отрицали свою причастность к похищению. Тело Илеза Горчханова обнаружили 19 апреля.

23 марта примерно 80 демонстрантов блокировали трассу в Назрани, требуя рассказать правду о судьбе Илеза Горчханова и прекратить насильственные исчезновения. Полиция разогнала протестующих. В тот же день в Назрани активиста Магомеда Хазбиева и двух его братьев арестовали за «неподчинение требованию полиции» во время акции протеста. По словам Магомеда Хазбиева, его избили. На видеозаписи камеры наблюдения видно, что во время ареста полицейские в масках заперли его в багажнике машины.

Кабардино-Балкария

В феврале в результате двух нападений вооруженных группировок на гражданские объекты в курортном районе Эльбрус погибли три человека. В ходе последующих спецопераций десятки подозреваемых боевиков были убиты и многие арестованы. Неоднократно звучали утверждения о том, что сотрудники правоохранительных органов похищали и пытали людей. 25 июня родственники Мурата Беджиева сообщили о его исчезновении в городе Тырныаузе. Поначалу власти отрицали факт ареста, но спустя два дня подтвердили. Сведения из местной больницы указывают на то, что 27 и 28 июня к нему в ИВС трижды вызывали «скорую помощь». В медицинском заключении зафиксированы кровоподтеки и серьезная черепно-мозговая травма.

Северная Осетия

В республике имели место инциденты с применением насилия. Местные и федеральные правоохранительные органы, действующие в Северной Осетии, проводили операции по поддержанию безопасности в республике и соседней Ингушетии. Как сообщалось, в ходе операций совершались многочисленные нарушения прав человека.

Насколько известно, 18 мая в селе Чермен на глазах у нескольких очевидцев примерно 15 военнослужащих избили прикладами подростков Руслана Тимурзиева и Имейра Джаурова. Военные следовали через село на двух микроавтобусах. Они остановились и стали мочиться возле частного дома. Подростки сделали им замечание, после чего солдаты жестоко избили их и те попали в больницу.

Автор: Роман Доброхотов

Комментарии 4