Общество

Голуби и ястребы – все одной лодке

В Дагестане много студентов, обладающих знаниями шариата и работающих на пути ислама. Мы будем знакомить с ними читателя и давать им возможность поделиться своими знаниями, опытом и полезной информацией на страницах нашей газеты.

Сегодня мы поговорим с Камилём Султанахмедовым (Абу Султан) – имамом Каякентской мечети, членом Ассоциации учёных Ахлю Сунна, а также инициатором и участником множества исламских проектов на территории республики.

Камиль более десяти лет посвятил исламской учёбе. Около пяти лет он провёл в Египте, учась и воспитываясь у таких учёных, как Абу Исхак аль-ХувейниМухаммад ХассанМухаммад Хусейн Я’куб и других. После этого Камиль перебрался в ОАЭ, где близко общался со многими учёными, в частности с одним из самых больших шафиитских учёных нашего времени – Мухаммадом аз-Зухейли. Посещал циклы уроков (даврат) саудийских учёных, в частности шейха Ибн Усаймина.

В Эмиратах Камиль занимался бизнесом, а также вёл некоторые исламские медиа-проекты. Был довольно успешным бизнесменом… до экономического кризиса. После этого Камиль вернулся на родину. Несмотря на то что он не собирался задерживаться в Дагестане, Камиль находится здесь уже два года. В Каякенте вокруг него сразу собрались инициативные мусульмане, и, посоветовавшись с учёными, в частности, с доктором Муртазали, который настоятельно рекомендовал ему заняться своим районом, проведя определённую работу, Камиль стал имамом Каякентского района и главной мечети. С тех пор, после того как прекратились искусственные провокации, направленные против Камиля, в районе наблюдается взаимопонимание и согласие между верующими, идёт планомерное воспитание и обучение молодёжи принципам ислама.

– Что стало залогом успеха вашей работы в Каякенте?

– Во-первых, мне удалось найти общий язык с основным активом района. Во-вторых, одним из главных факторов стало то, что я смог собрать нужных людей – специалистов, имеющих фундаментальные исламские знания и умеющих работать с обществом. Один из них – Иса (племянник министра по делам религии и национальностей – Бекмурзы Бекмурзаева. – «ЧК»), который закончил факультет Хадиса в мединском университете Саудовской Аравии. Без него я бы точно не справился. На сегодняшний день я уже редко бываю в Каякенте, потому что братья прекрасно справляются. Нам удалось собрать команду, которая работает и не зависит от конкретных личностей. Это и есть показатель, и результат. Мы планируем привлечь к работе и других студентов, обладающих знанием. После этого можно будет со спокойной душой отойти от Каякента.

– Ты говорил, что не собираешься задерживаться в Дагестане… Какие у тебя планы на будущее?

– Изначально в мои планы не входило задерживаться в Дагестане, но по воле Всевышнего я был вынужден остаться здесь на некоторое время. Так прошло два года. 

Изначально я планировал попробовать себя в России. Но если в Дагестане, в котором есть сотни студентов, нехватка тех, кто работает с молодёжью, то в России эта нехватка катастрофическая. Там огромное поле для работы.

Несмотря на то что сегодня сотни студентов учатся и продолжают уезжать на учёбу за рубеж, потребность в них растёт с каждым днём. Молодёжь видит ислам образом своей жизни. Сегодня уже недостаточно знаний тех, кого ещё вчера мы считали учёными. Возникает множество вопросов и ситуаций, с которыми мы раньше не сталкивались. После советского вакуума люди возвращаются к духовности. Сегодня время глобализации, время спутника, атома и Интернета. Исламский призыв в этих условиях круто устремился вверх. Поэтому мы должны соответствовать этим реалиям. Количественно и качественно.

– Какие проблемы сегодня встречает рост исламского призыва?

– Первая и главная проблема – это невежество. Люди не знают своей религии, своей культуры, истории. Ислам включает в себя все сферы жизни: не только поклонение, но и экономику, семейные и общественные отношения. Сами мусульмане сегодня этого не понимают, что же говорить о немусульманах! Проблемы касаются не только знания ислама. У нас не хватает кадров любого уровня: инженеров, врачей, педагогов… Занимаясь бизнесом и желая приступить к реализации некоторых проектов, я прочувствовал это на себе.

Также одной из наших главных проблем является разрозненность, причиной которой во многом является то, что мы ставим свои частные интересы выше интересов нашей Уммы.

– Это внутренние проблемы… а внешние?

– Да, не менее важны, конечно, внешние проблемы, такие как препятствия, которые стоят или которые искусственно ставят на пути исламского призыва. Здесь можно сказать о СМИ, которые устроили травлю вокруг так называемой джамаатизации Дагестана и несправедливо вешают на мусульман ярлыки, тем самым отталкивая общество от ислама. Это приводит к расколу общества на так называемых светских и религиозных. То есть делается всё, чтобы в обществе не было гармонии.

Во-вторых, у руля государства сегодня стоят разные силы. Есть те, кто прямо противостоит распространению ислама, считая, что таким образом его можно остановить. Другие – понимают, что это невозможно, но им выгоден хаос. Большинство же тех, кто осознаёт, что происходит – нерешительны.

Согласно официальной статистике МВД за последний год, уличная преступность уменьшилась ровно в два раза. Я убеждён, что это связано с массовым притоком молодёжи в ислам как к образу жизни. Но для некоторых представителей власти это, к сожалению, не показатель. И мы видим, как идёт намеренная дестабилизация обстановки в Дагестане.

– Дестабилизация обстановки – это общие слова. Давай поговорим о конкретных примерах. Я, например, помню, как лет 7–8 назад представители правоохранительных органов могли забрать в отдел всех прихожан мечети «Ан-Надирия» по улице Котрова прямо с намаза. Но тогда в мечети собиралось несколько рядов. Сейчас иногда на обычные дневные намазы может собраться два этажа. Их уже так просто не заберёшь…

– Да, то, что для Махачкалы стало считаться дикостью, к сожалению, перекинулось на другие районы Дагестана. Одни не хотят извлекать из прошлого никаких уроков, а другие – намеренно наступают на те же грабли.

На самом деле Кавказ – это не одна большая деревня, как издалека полагают некоторые. Ситуация сильно различается даже между Махачкалой и Каспийском, между которыми почти не осталось расстояния. Не говоря уже о Юждаге. Хочешь поговорить о примерах? Давай… Нашумевшие события, такие как ситуация в Магарамкенте, оставим в стороне.

 

Сергокала

 

Как-то имам селения Гамри, Сергокалинского района, вместе с некоторой частью молодёжи приехал ко мне в мечеть. Приехали, послушали наши занятия, лекции, им понравилось. В их селе был небольшой раскол в среде молодёжи, и они попросили меня приехать к ним в гости, чтобы ответить на накопившиеся там вопросы и помочь преодолеть имеющиеся проблемы. После многочисленных просьб я согласился. Поехал, мы прекрасно пообщались, я постарался ответить на интересующие их вопросы и после этой приятной встречи вернулся домой. Вокруг этой встречи начали поднимать шум, в самом селе стали раскачивать ситуацию. В этом принимали участие и некоторые представители духовенства.

После определённого времени в этом селе был убит лесник. Кто-то указал на имена некоторых мусульман, после чего народ, негодуя, поднялся для того, чтобы сжечь их дома. На самом же деле у этих ребят, во-первых, не было никакого мотива, а во-вторых, они не находились в селе. Они находились на заработках в Сочи. Мать одного из них попросила сына приехать и обратиться к людям, заверить их, что он не причастен к убийству лесника. Один из парней связался с начальником УГРО, спросив, почему думают на них, если они находятся в Сочи. Ему ответили, что нет никаких проблем, что они чистые, что это провокация, и им не надо ехать. Однако по настоянию родителей они –Шамиль и Нариман – выехали, оставив свою работу и заработок. Когда они заехали в Дагестан, связь с ними пропала, и они исчезли. Через некоторое время этих ребят с ещё одним парнем, которого похитили в Кизляре, нашли взорванными в одной машине в Буйнакском районе. Поехав забирать их тела, мы нашли их разорванными на кусочки. Нам пришлось хоронить их в деревянном ящике. Свидетелями этого стали множество людей, в том числе и сельчане, которые поняли, что это была провокация. Ушли два парня. Осталось две вдовы и сироты. Подобных примеров множество. Большая часть не известна населению.

 

Избербаш

 

Те районы, в которых я нахожусь, могу назвать относительно спокойными. Это район, в котором я являюсь имамом (Каякентский), и город, в котором я живу (Избербаш). Здесь, в общем, относительно хорошее отношение к новой волне исламской молодёжи и их активности. Но это спокойствие, видимо, не даёт кому-то покоя. Сейчас в Избербаше муссируется вопрос хиджаба. Не думаю, что это делается на системном уровне. Скорее всего, за этим стоят отдельные личности в МВД или ещё где-то. Они прячутся за систему. Потому что когда начинаешь находить этих людей, вычислять и вытаскивать тех, кто будоражит ситуацию, они сразу ни при чём. У них «тоже бабушка намаз делала», а «дядя в хадж ездил». Говорят, что это не их инициатива, что приказ идёт из Махачкалы, от министра МВД.

На сегодняшний день происходит следующее. Представители правоохранительных органов вычисляют школьниц, соблюдающих требования ислама к одежде, вызывают их родителей на беседы и настоятельно советуют им запретить дочерям соблюдать хиджаб.

Не постеснялись зайти даже ко мне и пригласить на такую «беседу». Они стали оправдываться, что хотят лишь, чтобы родители не заставляли дочерей одевать хиджаб. Связавшись по телефону с ответственным за происходящее, который представился как Магомед-Хаджи, я спросил у него, на каком основании они тревожат людей и делают ли они то же самое с теми, кто одевается вульгарно и развратно. Тогда был дан ответ, что именно те, кто носит хиджаб, становятся шахидками. После такого унижения самому захотелось стать шахидом.  

Хиджаб – это не прихоть человека. Это обязанность мусульманок, которую на них возложил ислам. И препятствовать в соблюдении хиджаба – значит препятствовать в соблюдении ислама. Поэтому я считаю это явной провокацией. То, что они делают, противоречит закону, который они призваны защищать, противоречит нашим традициям и тем более противоречит шариату. Это вызывает обратную реакцию. У людей складывается мнение, что исповедовать ислам в полной мере невозможно.

Есть конкретный случай, о котором знает чуть ли не весь город, когда человека забрали в отдел, избили его, забрали документы и сказали, что можно будет вернуть документы только после того, как он сбреет бороду. Один из сотрудников так и сказал: «Выбирай: или сбреешь бороду, или иди в лес». Есть много примеров, с которыми я сталкивался лично, когда бизнесменам всячески препятствуют заниматься бизнесом по причине их исламских убеждений.

 

Каспийск

Несколько дней назад в Каспийск, в мечеть на трассе по пути в аэропорт, во дворе ОАО «Каспий Лада», приехали полицейские уазики и забрали всех прихожан прямо с утреннего намаза. Молодых людей сфотографировали, взяли у них отпечатки пальцев, занесли их данные в какие-то списки, устроили допрос и пригрозили, сказав: в мечети не собираться. Нет сомнения, что у этой молодёжи будет определённая реакция. Она может быть самой разной. Самое правильное, что могут сделать эти молодые мусульмане – это продолжить ходить в эту мечеть и не поддаваться на провокации. Однако, какие будут последствия, знает только Аллах.

– Что ты хотел бы сказать деструктивным силам, стоящим за этим беспределом?

– Те, кто стоит за всеми этими провокациями, не являются патриотами своей родины. Это люди, которыми движут исключительно меркантильные интересы и интересы их кланов или хозяев. Я хочу сказать им, что в этой борьбе никто не выиграет. Мы все здесь, в Дагестане, – голуби или ястребы, силы зла или добра. Пока борьба внутри общества продолжается, проигрывают все. Здесь не будет победителей. Пока мы это не поймём, мы будем катиться в пропасть. Вопрос в том, как глубоко мы зайдём и сможем ли мы оттуда выйти. В пропасть упадёт не только Дагестан…

Хотелось бы воззвать к их разуму ради детей, ради внуков, народа, родины… не скажу ради Аллаха, ради религии или Рая. Если бы они верили в Судный день, они не позволили бы себе творить подобное. Одумайтесь и перестаньте сжимать воду. Это невозможно. Это религия Всевышнего Аллаха. Кто бы ни пытался её остановить, у него ничего не получится. Да, это распространение может переходить из одной плоскости в другую. Мы должны держать его в нужной плоскости. А остановить его не получится никогда. Аллах говорит в Коране (смысл аятов): «Они хотят потушить свет Аллаха своими устами. Но Аллах не допустит этого и завершит распространение Своего света, даже если это ненавистно неверующим. Он – Тот, Кто отправил Своего Посланника с верным руководством и истинной религией, чтобы превознести её над всеми остальными религиями, даже если это ненавистно многобожникам» (сура «Покаяние», аяты 32, 33).

– В последнее время представители официального духовенства делают определённые шаги навстречу своим оппонентам. Что ты об этом думаешь?

– Не будем пытаться залезть в души людей. То, что они делают эти шаги – это хорошо. Конечно, если бы это происходило лет на десять раньше, было бы ещё лучше. Может быть, мы смогли бы сохранить многие жизни и сделать больше для религии Аллаха.

В исламе заложено стремление к объединению. Аллах говорит в Коране (смысл аятов): «Крепко держитесь за вервь Аллаха все вместе и не распадайтесь» (сура «Семейство Имрана», аят 103); «Не походите на тех, которые разделились и впали в разногласия после того, как к ним явились ясные знамения» (сура «Семейство Имрана», аят 105). Эти и другие аяты, а также Сунна Пророка (мир ему и благословение Аллаха) говорят нам о том, что мы не должны разделяться. Первым действием Посланника Аллаха (мир ему и благословение Аллаха), когда он переселился в Медину, было объединение между мухаджирами и ансарами. Только после этого они стали строить мечеть.

С другой стороны, возникает вопрос: это объединение ради объединения или это желание сплотиться на истине ради Аллаха. Если это желание отбросить стереотипы, вернуться к Аллаху и Его Посланнику… если первым важным шагом на пути к этому объединению станет хотя бы попытка вернуть вопросы, которые нас разделяют, в научную плоскость, чтобы вопросы разногласия решались путём научных дискуссий, а не путём силы и стравливания… то это, несомненно, дело приветствуемое и даже необходимое.

Всевышний Аллах вёл диалог с самым порочным своим созданием – Иблисом. Аллах повелевает своим лучшим созданиям – Мусе и Харуну (мир им) – вести диалог с одним из худших Его творений – Фараоном и при этом учит их, как к нему обратиться: «Говорите с ним мягко, быть может, он прислушается к назиданию или устрашится»(сура «Та Ха», аят 44). Если Аллах повелевает обратиться таким образом к тому, кто сказал о себе: «Я – ваш Всевышний Господь!» («Ана Роббукуму-ль-А’ля»), то как мы должны вести диалог и идти навстречу к тем, кто много раз в день в земных поклонах обращается ко Всевышнему Аллаху со словами: «Субхана Роббия-ль-А’ля»?!

Мы готовы к диалогу, ведущему к истине, в котором есть польза для мусульман.

– Что ты напоследок хочешь сказать мусульманам?

– Наша Умма сегодня переживает сложный период. Она дошла до дна унижения и слабости, и теперь идёт обратный процесс – процесс ренессанса. Если мы хотим обрести былое величие и почёт, то нам надо понять, осмыслить и отчеканить в своей груди великие слова великого человека – Халифа Умара ибн Аль-Хаттаба«Поистине, мы были самым униженным народом, и Аллах возвеличил нас Исламом, если же мы будем искать величие в чём-либо другом, то унизит нас Аллах».

Автор: Абдулмумин Гаджиев, "Черновик"

Комментарии 1