Политика

Баас: Возрождение, застрявшее в темном прошлом

Сирия остается сегодня последним государством, в основе которого лежит легендарный арабский национал-социализм, в различных вариациях безраздельно правивший и владевший умами многих народов Ближнего Востока и Северной Африки в XX в. Более того, у власти в Сирии находится один из самых радикальных вариантов этой идеологии – баасизм, порожденный национал-революционной волной еще в 20-30 гг. прошлого столетия.

 Почти за сотню лет своей истории баасизм серьезно поизносился и обюрократился. Но он остается важным фактором политической жизни Сирии и всего арабского мира. Что же из себя представляет этот осколок Второй Мировой и каковы его перспективы?

 

Однажды в Дамаске

 

В 1947 году в Дамаске православным Мишелем Афляком, суннитом Салах ад-Дином Битаром и алавитом Заки аль-Арсузи была основана общеарабская Партия арабского возрождения. В 1954 году она объединилась с Арабской социалистической партией и с тех пор носит нынешнее название Партия арабского социалистического возрождения (сокр. Баас (возрождение - по-араб)).

 

ПАСВ пришла к власти в Ираке (8 февраля 1963) и Сирии (8 марта 1963). В Ираке отстранена от власти в ноябре 1963, вновь пришла к власти 17 июля 1968 и снова отстранена в апреле 2003. В Сирии остается у власти по сей день. Ее руководитель – президент Башар Асад. Сирийская и иракская ветки находились на протяжении долгого времени в жесткой конфронтации. Внутривидовая конкуренция, как известно, - самая острая.

 

В феврале 1966 года власть в Сирии перешла к левому крылу партии (Салах Джадид, Нуреддин аль-Атаси). Иракское отделение Баас не согласилось с внутрипартийным переворотом и после своего прихода к власти в 1968 году приютило исторических лидеров партии (Мишеля Афляка, Шибли аль-Айсами и др.). В Сирии Мишель Афляк и его ближайшие соратники в начале 70-х годов были заочно приговорены к смертной казни по обвинению в подготовке государственного переворота.

 

Партия действует в Йемене (обе фракции, из них просирийская представлена в парламенте), Ливане, Палестине (просирийская — «ас-Саика» и просаддамовская — «Арабский фронт освобождения») и других арабских странах.

 

Большой процент среди основателей и главных деятелей «Бааса» всегда составляли представители религиозных меньшинств - не только христианских, как Афляк, но и таких сект, как алавиты, друзы и прочие. Лицам, не имевшим корней ни в классовом, ни в религиозном истеблишменте арабского мира, вернувшимся из Франции в конце 1930-х годов, удалось добиться успеха, играя на антиколониализме, антизападничестве и антикапитализме, - все это было популярно среди арабов всех оттенков, особенно после появления государства Израиль и массового выселения арабов с территорий, захваченных сионистскими поселенцами.

 

Подъем арабского национализма (в том числе в виде баасизма) совпал по времени с глубочайшим кризисом Халифата, который на тот момент был олицетворен Османским султанатом, и повсеместным распространением национализма на Западе и по всему миру.

 

В 1964 году в Сирии произошло антибаасское восстание, в котором приняли участие традиционные элементы общества, городская буржуазия, различные политические силы - социалисты, сторонники Насера, коммунисты и «Братья-мусульмане» - вот такая странная комбинация. Удержаться Баасу у власти удалось лишь с помощью армии, сержантский и офицерский состав которой состоял в значительной степени из алавитов и друзов. В 1970 году власть захватил главнокомандующий сирийскими войсками генерал Асад - алавит и член партии Баас (как и большинство его офицеров), а в 1971 году он провозгласил себя президентом.

 

Президент-диктатор Асад вскоре покончил с идейными крайностями радикализма Бааса и с «ленинским уклоном» и провел чистку партии, разогнав «старых баасистов» по типу разгона старых большевиков (но на этот раз без крови). Партия потеряла свой идеологический заряд, превратившись в значительной степени в корпорацию госчиновников и прочих новых кадров оппортунистического образца. Баас продолжала быть партией власти, но сама власть теперь принадлежала фактически не ей, а баасистской военной по преимуществу алавитской организации кланового типа во главе с Асадом.

 

Власть Баас, а вернее, его военной правящей хунты, оказалась весьма кровавой. Держится она уже много лет в Сирии в значительной степени жестокими подавлениями попыток переворота и расстрелами целых групп людей, уличаемых в заговорах против режима.

 

На практике в стране «победившего баасизма» - Сирии - господствует достаточно жесткая военная диктатура, которую можно назвать неким «мягким» видом тоталитарного режима, несколько жестче итальянского фашизма, но намного мягче сталинизма, гитлеровского нацизма и режима Саддама Хусейна в Ираке. Дмитрий Поспеловский в своей книге «Тоталитаризм и вероисповедание» характеризует современный "баасский тоталитаризм" как "смесь авторитарных военных хунт латиноамериканского типа и модернизованного восточного деспотизма".

 

Между тем, даже сегодня Баас сохраняет ряд идеологических особенностей, которые, став во многом декоративными, продолжают играть определенную роль и вызывают неподдельный интерес у западных политологов своей необыкновенной экзотикой.

 

"Арабизм превыше всего"

 

В начале деятельности социализм Афляка, который был главным лидером партии, не привлекал, но затем, когда ему пришлось соединить Баас с Арабской социалистической партией и ввести прилагательное «социалистическая» в название партии, он начал утверждать, что социализм соприроден арабизму. Социализм Афляка отличается, однако, от марксизма отрицательным отношением к классовой борьбе, упором на национальную гармонию в духе фашистских и других национал-революционных учений, заменой интернационализма и борьбы классов превозношением арабского расового национализма.

 

Национализм Афляк ставит выше и религии - все должно служить национальному единству и интересам единой арабской нации как семьи. Отождествление нации с семьей сходно с ранним русским славянофильством, но понятие абсолютизации нации, подчинения национальным интересам всего и вся, в том числе и нравственности, и понимание под словом "нация" целой расы - это уже сближает идеи Афляка с т.н. национал-революционной волной 20-30, которая не обошла стороной и арабов.

 

Баас со своим более умеренным социализмом, отрицавший крайности марксизма и допускавший относительную личную свободу, признававший духовные ценности и призывавший к внеклассовому национальному единению вместо марксистского антагонизма и классовой ненависти ближе не к марксизму, а к фашизму Мусоллини, испанскому франкизму, раннему сионизму и проч.

 

По сути, баасизм – реликт Второй Мировой войны. Это не только арабский ответ на вызовы Запада, но и часть общемирового процесса поисков «третьего пути» («консервативная революция») между капитализмом и коммунизмом, результатом которого стала национал-революционная волна 20-30 XX в. (итальянский фашизм, германский нацизм, испанский франкизм-фалангизм, и, кстати, еврейский сионизм). Национал-революционеры всех мастей, пользовавшиеся большой популярностью в самых разных странах Европы, и не только в ней, пытались причудливо сочетать левые идеи в экономике и правые в политике и культуре.

 

«Арабизм превыше всего ... выше интересов, эгоизма ... право выше арабизма лишь до тех пор, пока арабы разъединены», - писал Мишель Афляк. Именно этот этническо-расистский принцип роднит его с нацизмом. Закон, судопроизводство, говорит он, стоит выше национальных интересов лишь до тех пор, пока вся арабская раса не объединена, то есть, когда арабы объединятся в единое государство, интересы расы не будут знать никаких правовых ограничений. "А кто является выразителем национального или расового интереса? Естественно, руководство нации или расы, что в условиях предписанного беззакония неизбежно означает неограниченную ничем произвольную власть диктатора, диктатора расового государства!", - отмечает Д. Поспеловский.

 

Баасизм и сионизм

 

Баасизм и сионизм, несмотря на их противостояние, очень похожи. Многие лидеры сионизма, особенно на ранних этапах, также увлекались идеями Мусоллина и даже нацистов, до прихода их к власти в Германии. У них одни корни, похожая история, генезис. В их основе национал-социализм, в первом случае – арабский, во второй – еврейский. Это поиски ответа традиционного обществ на вызов либерально-капиталистической цивилизации.

 

И та, и другая идеология со временем потеряли былой идеологический заряд, стали конъюнкрутрны и прагматичны. Сегодня, в условиях Арабской весны с ее исламским и демократическим уклоном, они неожиданно для многих наблюдателей сближаются.

 

Национал-социализм – немецкий и арабский

 

Идеи национал-революционного толка пользовались популярностью на мусульманском Востоке также, как и на Западе. "Молодой Египет", Национал-исламская партия, «Зеленые рубашки», Фаланги ливанских маронитов, сирийские «Железные рубашки» и проч. – это перечень далеко не всех организаций фашистского и околофашисткого толка на Ближнем Востоке в начале XX в. Баас лишь одна из тех, что вышла чуть позже из этого национал-революционного котла. Когда в Европе фашизм зашел в тупик, в арабском мире он набирал мощные обороты.

 

Во Второй Мировой многие арабские националисты поддерживали Гитлера, за что их критиковал еще Хасан аль-Банна, основатель "Братьев-мусульман". Арабские наци переводили «Майн Камф» Гитлера и труды Муссолини, из которых убирали антиарабские фрагменты. Немецкое имя «Адольф» особо рьяные даже переделывали на мусульманское «Абу Али», фамилию «Гитлер» - на «Гейдар». В их среде ходили слухи, что фюрер принял Ислам, а в Египте в городе Танта даже показывали дом, где он якобы родился.

 

Молодежь в одежде подражала штурмовикам из СА. Некоторые импровизировали на «мусульманский лад»: так возникли «зеленые рубашки», а вслед за модой появились и отряды молодых «уличных бойцов». Кое-кто из вчерашних подростков поступал в университеты и военные училища – зарождались нацистские кружки в среде студентов и курсантов.

 

Так, по сообщению американского журнала "Нью рипаблик" от 14 декабря 1953, один из ведущих членов Революционного совета, созданного в Египте после свержения короля, майор авиации Хассан Ибрагим признавал, что в 1942 он и другие офицеры египетской армии направили в штаб Роммеля в район Эль-Аламейна военный самолет с курьером, который передал немцам секретные документы о расположении и движении британских войск. А будущий президент Египта Анвар Садат за деятельность в пользу Германии находился в английской тюрьме два с половиной года и изучил за это время немецкий язык, чтобы читать труды фюрера в оригинале.

Вот что писала в связи с этим газета "Вельт" 31 марта 1976: "Отношение Садата к немцам
сложилось главным образом под влиянием отца, который выразил свое восхищение немцами в следующих словах: "На немцев можно положиться". Во время Второй мировой войны Садат был на стороне немцев и занимался шпионажем для фельдмаршала Роммеля.

 

Когда Садат пришел к власти, он занимался организационными вопросами в стиле "настоящего немца". Его глубокое уважение к нацистам выразилось в довольно странной форме. Когда в 1953 египетский журнал "Аль Мусаввар" попросил Садата написать письмо умершему Гитлеру, он выдал такой текст: "Мой дорогой Гитлер. Я приветствую тебя от всего сердца. Если ты, судя по всему, теперь проиграл войну, ты все же подлинный победитель. Тебе удалось вбить клин между старым Черчиллем и его союзником - отродьем сатаны". Садат имел в виду Советский Союз.

 

Да и в1970-х американских советников Садата, тогда уже пошедшего на сближение с Западом и Израилем, шокировал бюст Гитлера, стоявший в кабинете президента, а бывшие узники концлагерей в составе израильской делегации во главе с премьер-министром Бегином потеряли дар речи, когда в каирском аэропорту их встретили гвардейцы в вермахтовских касках, идущие знаменитым «гусиным шагом»!


В европейской и американской печати в разное время было также помещено немало статей о якобы существовавших в годы Второй мировой войны связях молодого офицера египетской армии Гамаля Абдель Насера с германской агентурой. В связи с этим один американский журнал писал, что "политическая карьера Насера была тесно связана с агентами германского верховного командования и нацистской партии. В качестве молодого офицера Насер усердно работал в пользу нацистского дела во время Второй Мировой войны".

 

Вскоре после свержения режима короля Фарука в Каире появился крупный гитлеровский разведчик Отто Скорцени, привлеченный Насером, по словам журнала "Нью рипаблик" от 14 декабря 1953, для "работы в службе государственной безопасности". Позднее правительство Насера поручило ему организацию особых войсковых соединений для операций в зоне Суэцкого канала. Тогда же полковник войск СС Иоган Демлинг, бывший в годы войны начальником гестапо в Рурской области, приступил к очередной реорганизации египетской службы безопасности.

Посетивший в феврале 1953 Каир тогдашний статс-секретарь МИД ФРГ Вестрик заявлял, что "германские военные советники оказывают определенное влияние на правительство Египта". Характерно, что еще весной 1958 в Египте продолжала действовать группа германских военных экспертов в составе 15 офицеров, которая, как отмечала "Вельт" 15 марта 1958, "тесно сотрудничала с египетскими военными кругами".

В Сирии во главе германской военной миссии, руководившей обучением местной армии, находился бывший полковник гитлеровского генерального штаба Крибль. Одновременно офицер гестапо Рапп проводил реорганизацию разведывательной службы сирийской армии. Гитлеровцы, окопавшиеся в военных структурах Сирии, установили тесные связи с наиболее ярыми антиизраильскими элементами в стране и принимали активное участие в многочисленных государственных переворотах. Так, Рапп, например, был одним из организаторов военного путча в Дамаске в марте 1949.

Большую роль играли нацисты и в период диктатуры генерала Адиба Шишекли в Сирии. Одиннадцать гитлеровцев из числа германских военных советников составили специальную группу советников по осуществлению его плана объединения всех арабских стран.

В Ираке в состав созданного после свержения монархического режима в июле 1958 Республиканского правительства входил бывший офицер гитлеровской дивизии "Бранденбург" Джабр Омар, занимавший пост министра просвещения. Тесно связан был в прошлом с германской агентурой и тогдашний иракский министр национального строительства Саддик Шаншал.

В конце 50-х деятельность бывших нацистов на арабском востоке оказалась в поле зрения боннского правительства. 1 августа 1958 близкая к окружению канцлера Конрада Аденауэра влиятельная газета "Рейнише Меркур" опубликовала некоторые сводные данные о тогдашней деятельности нацистов в Египте. Дело в том, что эта деятельность ставила Бонн в неловкое и двусмысленное положение, и германские власти стремились отмежеваться от нее.

Данные "Рейнише Меркур" совпали с более ранними сообщениями одной из
информированных европейских газет - швейцарской "Нойе цюрхер цайтунг", опубликовавшей 13 августа 1957 развернутый материал о деятельности нацистов на Ближнем Востоке. Согласно им, координатором всей этой деятельности с осени 1956 являлся бывший сотрудник Геббельса и Розенберга, видный пропагандист расистских теорий, бывший главный редактор нацистского журнала "Вилле унд тат" Иоганн фон Леерс. В первые послевоенные годы он находился на службе у аргентинского диктатора Перона. В Каире Леерс руководил "устройством" бежавших в арабские страны немецких военных преступников.

Леерс являлся одновременно советником министерства национального развития Египта. Он, при активном участии специалиста по арабским делам в ведомстве Риббентропа барона фон Мильденштейна, много работал по насаждению на арабском востоке идей нацизма. Как сообщала 30 марта 1956 германская социал-демократическая газета "Форвертс", Леерс, в частности, стремился создать в Египте "постоянно действующую арабскую нацистскую организацию".

В этот период служба безопасности Египта находилась в руках "арабизированных" нацистов. Так, одним из ее руководителей был полковник Аль-Нахер. Под этим именем скрывался бывший начальник гестапо в Варшаве Леопольд Глейм, заочно приговоренный польским судом к смертной казни. Возможно, в этой дружбе нацистских и арабских силовиков кроется причина, особой жестокости последних, которой они печально прославились на весь мир.

Пост начальника отдела пропаганды службы безопасности Египта занимал Хусса Налисман, возглавлявший одновременно в Каире объединение типа гитлеръюгенда. На самом деле это был обергруппенфюрер СС Мозер. Его ближайшим помощником являлся бывший группенфюрер СС Бубле, также носивший арабскую фамилию. Экономический отдел службы госбезопасности являлся точной копией бывшего отдела Имперского управления СС.

Начальником египетской тайной государственной полиции был подполковник Хамид Сулейман. В действительности это был бывший шеф гестапо в Ульме (Бавария) группенфюрер СС Генрих Зельман.

Начальником политического отдела полиции был полковник Салам, создавший в Каире тюрьму по гитлеровскому образцу. Это был оберштурмбанфюрер СС Бернгард Бендер, командовавший во время войны разведчастями службы госбезопасности по борьбе с партизанами в Польше и на Украине. Он поделился с египтянами нацистским опытом организации исправительных учреждений. Этот список можно было бы продолжить.

Многие гитлеровские "специалисты" по созданию концлагерей нашли применение своему чудовищному опыту в различных концлагерях, созданных в Египте и других арабских странах, в которых томились десятки тысяч представителей оппозиции. В 1958 в Каире находился гитлеровский военный преступник, врач лагерей смерти доктор Эйзеле. Медицинскую часть администрации концлагеря, находившегося в 200 км к югу от Александрии, возглавлял эсэсовский врач Виллерман.


Одним из руководителей египетской службы безопасности становится полковник Аль-Нахр – бывший шеф гестапо в Варшаве Леопольд Гляйм. Даже секретарем подконтрольного властям Исламского конгресса стал Салаб Гафа – настоящее имя Ганс Апплер.

 

Бывший редактор журнала «Wille und Tat», гауптштурмфюрер СС Иоганн фон Леерс под новым именем Омар Амин был советником министра национального развития. Пользуясь возможностями, Омар Амин организует проникновение бывших немецких офицеров на каирское радио, а через своего подручного Аль-Хаджа (прежняя фамилия Гейден) – популяризацию в Египте классиков национал-социализма. В последнем Омар Амин явно преуспел: так, осенью 1959 г. лишь в одном каирском магазине, как писала "Дойче националь-цайтунг", в течение лишь одного дня было куплено свыше 1000 экземпляров «Майн кампфа». Это сочинение широко расходилось среди офицерского состава египетской армии. Сами аль-Джунди, ранний лидер баасистов, писал: "Мы были очарованы нацизмом, читали книги нацистов и знакомились с первоисточниками их идей".

 

По этому поводу "Нью-Иорк таймс мэгэзин" писал 27 июля 1958: "Египетские пропагандисты с помощью нескольких германских специалистов, уцелевших после краха нацистской Германии, превратили каирское радио в необычайно мощное орудие нацистской пропаганды".

 

Всего в арабских национал-социалистических государствах находят убежище до 7 тысяч бывших офицеров вермахта и СС. В отличие от беглецов в джунглях Латинской Америки, эти люди не сложили оружие и направили его, прежде всего, во внутрь, защищая идеологически близкие режимы. Большинство бывших немецких офицеров занимало ответственные посты при режиме Гамаля Абдель Насера – лидера «Свободных офицеров».

 

Надо отметить, что и национальный флаг Египта, позже с небольшими модификациями принимавшийся и другими арабскими странами национал-социалистической ориентации – Сирией, Ираком, Йеменом – и считающийся символом «арабского единства», представляет расположенные в обратной последовательности цвета государственного флага германского Рейха.

 

Баасификацией по Баасу

 

Можно, думаю, согласится с теми, кто утверждает, что в чем-то арабские националисты на определенном этапе были, конечно, полезны. Из песни слов не выкинешь. Они многое сделали для своих народов. Вопрос даже не в том, какой ценой. Главное – они давно изжили себя.

 

«Единство, Свобода, Социализм» - это лозунг Баас, в котором, как говорят противники партии, все обман и лицемерие. Не социализм, а семейно-коррупционный госкапитализм, кумовство и нищета; не свобода, а тирания; не единство, а раскол и трайболизм. Эта допотопная идеология первой половины прошлого столетия превратилась в пародию на саму себя.

 

26 февраля 2012 года на референдуме большинство сирийцев одобрили новый проект конституции Сирии, согласно которой Баас потеряла свою главенствующую роль, и сравнялась в правах с другими партиями. Референдум провел правящий режим под давлением оппозиции. Нестабильность в Сирии продолжается, народ в основной своей массе не спешит верить, что что-то в серьез меняется.

 

В Ираке после свержения Саддама был принят закон о дебаасификации. В Сирии пока еще возможен уход правящей партии в оппозицию, она может стать одним из участников политического процесса, влиятельным оппозиционным миноритарием или же партией алавитов (тогда, правда, ей надо будет официально сменить программу и название, приведя их в соответствие с реалиями).

 

Но Асаду надо спешить с кардинальными изменениями. Решиться на йеменский сценарий ухода от власти – это самое минимальное, что надо сделать.

Автор: Абдулла Ринат Мухаметов

Комментарии 0