Их нравы

События в Тулузе инсценировка, стрелок Мохаммед Мера агент спецслужб

После моей первой попытки «по горячим следам» анализировать недавние трагические события на юго-западе Франции и высказать предположения об их истинной природе, появилась новая информация, которая подтверждает мою правоту: Мохаммед Мера (Mohammed Merah) действительно был агентом разведки, которого взрастили, а затем уничтожили в ходе инсценированной поимки «исламского террориста» ради переизбрания Николя Саркози на новый президентский срок. 

Приведем краткий обзор фактов: 

Мера не был идентифицирован как убийца троих солдат, еврейского учителя и трех еврейских детей в Тулузе и Монтобане, потому что на стрелке был мотоциклистский шлем. Напротив, свидетели утверждают, что вооруженный человек был «достаточно полным» и «похожим на европейца» (один очевидец сказал, что ему удалось заметить лицо стрелявшего, когда у того было опущено забрало шлема), тогда как Мера был худощав и явно североафриканского происхождения. 

Единственное подтверждение того, что Мера был стрелком, основано на записях якобы имевших место переговоров полиции с Мера. Эти записи не были обнародованы, и, вероятно, никогда не будут. И если мы можем допустить, что диалог между Мера и полицией действительно состоялся, то у нас есть все основания предполагать, что французские власти не говорят правду. 

Как сообщил журнал Liberation (а также телеканал France 2 в программе новостей от 22 марта): 

«Поиски подозреваемого в 7 убийствах […] начались после убийств в Монтобане 15 марта. На следующий день Центральное управление внутренней разведки (DCRI) составило “два списка из 15 имен” праворадикальных экстремистов и исламистов региона. Среди них было имя М.Мера, «которого взяли на заметку из-за двух учебных поездок – в Афганистан в 2010 году и Пакистан в 2011 году», сообщил сотрудник службы». 

То есть получается, что за четыре дня до гибели учителя и троих детей в еврейской школе в Тулузе французские власти занесли Мера в список пятнадцати подозреваемых, однако они даже не вызвали его на допрос до того, как он якобы продолжил свои убийства. 

Кроме того, согласно газете Le Canard Enchaîné, в период с марта по ноябрь прошлого года Центральное управление прослушивало и отслеживало все связи Мера и всей его семьи (стационарный, мобильный телефон, Интернет). Однако позднее орган, выдавший разрешение на прослушивание телефонов, сообщил, что «жучки» были расставлены в ноябре, а в феврале их убрали, потому что прослушивание не дало никакой важной информации. Но вероятнее всего, что прослушивание никто не прекращал. Но, несмотря на это, французские власти не смогли узнать в нем стрелка, даже когда Мера – опять-таки, по утверждению спецслужб – воспользовался компьютером матери, чтобы связаться со своей первой жертвой 11 марта. 

В интервью журналу Liberation французский эксперт в области безопасности Франсуа Эйсбур (Francois Heisbourg) указал, что в последние годы предположительно «исламские боевики» дважды замышляли убийство солдат на территории Франции: в 2009 году в Шамбери и в 2007 году в Лорене. 

«Этот парень был похож на джихадиста, и они больше им не интересовались», - сказал Эйсбур. 

По его словам, в Афганистане бывали не более нескольких десятков французов, а на юго-западе Франции таких и вовсе единицы. 

Авторитетный французский журналист Ален Амон (Alain Hamon), специализирующийся на вопросах терроризма и полиции, опрашивавший полицейских из Центрального управления внутренних расследований и других департаментов в процессе подготовки своей новой книги, сообщает, что «на каждом уровне» можно проследить, что ЦУВР не выполнило свои должностные обязанности. 

По его словам, их должны были насторожить: 

1. Тот факт, что Мера привлекался к ответственности за правонарушения, связанные с применением насилия, а также имел склонность к экстремизму; 
2. Предполагаемые связи его брата с джихадистами в Ливии; 
3. Его поездки в Афганистан и Пакистан 

Важной частью традиционной слежки является вербовка информаторов, подчеркивает Амон. Он цитирует слова Клода Бардона (Claude Bardon), бывшего главы французской внутренней разведки, в 1980-х участвовавшего в ликвидации леворадикальной анархистской организации «Прямое действие» (Action Directe), прозвучавшие в день убийства Мера. 

«Мера типичный представитель того типа людей, которых мы постарались бы завербовать», - сказал Бардон. 

«У него были проблемы с законом – мы могли бы подчистить его биографию. Ему нравилось гулять с приятелями, но он не работал – мы могли бы обеспечить ему карманные деньги. А если бы это не сработало, мы глаз бы с него не спускали»

В новой книге Амона, Бардон описывает вербовку «десятков молодых людей со всевозможными проблемами». 

«Я даже оплачивал учебу некоторых из них, в том числе, заграницей, чтобы они могли снабжать нас информацией»
, - говорит он. 

А недавно Захия Мохтари (Zahia Mokhtari) – адвокат семьи Мера, алжирского происхождения – заявила, что располагает свидетельствами в виде двух идентичных видеозаписей, которые доказывают, что французская полиция убила Мера, чтобы скрыть его причастность к французской разведке: «У нас есть две одинаковых 20-минутных видеозаписи, на которых слышно, как Мера говорит полицейским: “зачем вы хотите меня убить? Я невиновен, вы предали меня!”», - сказала Мохтари. Адвокат также утверждает, что эти видеозаписи прислали ей «люди, которые находились в центре событий и хотят, чтобы все знали правду. Мера оказался предметом манипуляций, французские власти использовали его для своих операций, а затем ликвидировали, чтобы скрыть правду». Мохтари указывает, что она предоставит французскому суду «первоначальный список из трех имен, чтобы эти лица могли участвовать в расследовании». Одним из них является агент французской разведки, двое других – лица разных национальностей, работавшие с Мохаммедом Мера. 

Среди 15 подозреваемых, которые якобы были выделены французскими властями 15 марта, Мера, вероятно, был единственным, кто являлся активным агентом французской разведки. И, тем не менее, получается, что его не могли найти, и тем более помешать ему продолжать убийства, которые он якобы совершал. 

Судя по комментариям главы французской разведки Бернара Скарсини (Bernard Squarcini), Мера действительно был агентом французской разведки. По словам Скарсини, во время осады дома: 

«…он (Мера) хотел говорить с офицером разведки из Регионального управления внутренней разведки (DRRI) в Тулузе, который встречался с Мера в ноябре 2011 года. 13 октября 2011 года Мера звонил другому агенту французской разведки, потому что в то время его не было во Франции, он был в Пакистане. “Когда я вернусь, я позвоню вам”, - сказал Мера агенту. 3 ноября Мера позвонил агенту из больницы Пюрпан в Тулузе, где он лечился от гепатита. “Когда я выйду, я к вам приду”, - заверил агента Мера. 

Он пришел на это интервью с USB-ключом, содержащим фотографии из его поездки. Он показал агенту фотографии, сделанные им во время туристической поездки по Ближнему Востоку, Афганистану и Пакистану». 

Скарсини также подтвердил, что Мера много путешествовал по Ближнему Востоку, хотя его официальные доходы едва ли достигали уровня минимальной зарплаты: «Он проводил время со своим братом в Каире, куда приехал после путешествия по Ближнему Востоку, во время которого он побывал в Турции, Сирии, Ливане, Иордании и даже Израиле… Потом через Таджикистан он поехал в Афганистан». 

Несмотря на то, что Скарсини настаивает, что все это не означает ничего существенного, кроме того, что Мера был «одиноким волком», понятно, что Мера был агентом французской разведки и имел своего «куратора». Иначе, как объяснить его явно тесные отношения с французскими разведслужбами и тот факт, что, по-видимому, он мог звонить им всякий раз, когда захочет? На самом деле это утверждение Скарсини напрямую опровергает бывший шеф французской контрразведки (DST) Ив Бонне (Yves Bonnet), который сказал в интервью тулузской газете La Dépêche du Midi, что Мера, очевидно, был информатором французской разведки, и что статус «информатора» это «не мелочь». Бонне также задал вопрос, почему при поимке Мера был задействован антитеррористический штурмовой отряд RAID, тогда как для этих целей лучше подготовлена жандармская группа по ведению переговоров с заложниками GIGN, которая легко могла бы взять Мера живым. 

Быть информатором или агентом спецслужб это действительно «не мелочь», особенно в случае Мера, которого французская разведка, видимо, использовала для передачи информации о так называемых «исламских боевиках» в Афганистане и Пакистане. Учитывая, что французское правительство так серьезно воспринимает угрозу «исламского терроризма», оно должно было чрезвычайно пристально следить за передвижениями своего информатора, которого отправило в сердце «исламского терроризма» для подготовки в тренировочном лагере и в целом выдавало за «джихадиста». Его вербовщики не могли не понимать, что существует риск того, что информатор мог «стать плохим» и перехитрить их, поэтому за ним должны были очень внимательно следить. 

Также подтверждается, что Мера был в «Израиле».Итальянская газета Il Foglio, цитируя «источники в разведке», сообщила, что Мера ездил в «Израиль» в сентябре 2010 года под прикрытием, которое обеспечивала французская служба внешней разведки Генеральное управление внешней безопасности (DGSE). Целью поездки в «Израиль» было доказать «джихадистам», что Мера может легко проходить досмотр служб безопасности в израильском аэропорту, где, как известно, самый строгий досмотр в мире, и, таким образом, добавить себе очки в качестве человека, полезного «террористам». 

Довольно странно, что Ричард Рейд (Richard Reid) в 2002 году непонятно зачем тоже ездил в «Израиль», а через пять месяцев предпринял смехотворную попытку привести в действие находившееся в его ботинках взрывное устройство на борту американского самолета, следовавшего рейсом Париж-Майами. Безопасность в аэропорту Шарль де Голль обеспечивала израильская охранная фирма ICTS и каким-то образом пропустила мимо себя Рейда. В декабре 2010 года печально известный Умар Фарук Абдулматаллаб (Umar Farouk Abdulmutallab) сел на самолет в амстердамском аэропорту Схипхол, не имея при себе паспорта, при помощи «человека в костюме», после чего тоже пытался взорвать бомбу в самолете. Тогда за безопасность в Схипхоле тоже отвечала ICTS. Та же фирма несла службу в бостонском аэропорту Логан, когда на борту авиарейса 11 оказались угонщики, в том числе Мохаммед Атта (Mohammed Atta), устроившие столкновение самолета с северной башней Всемирного торгового центра. 

Какое отношение ко всему этому имеют Мохаммед Атта и теракты в Нью-Йорке? Учитывая, что Саркози имел наглость сравнить стрельбу в Тулузе с событиями в США 11 сентября 2001 года, мы можем помочь ему провести параллели между Мохамедом Мера и Мохаммедом Атта. Оба были агентами разведки, имевшими удобные (если не манипулятивные) отношения с французской/американской и израильской разведслужбами. Мера полностью оплачивали поездки на Ближний Восток и в Среднюю Азию, Атта бесплатно прошел летную подготовку в Международной офицерской школе на базе ВВС США в Максвелле, Алабама, и его видели в офицерском клубе. В назначенное время оба были объявлены террористами за то, чего они не совершали, а затем убиты. 

Итак, «Сарко-американец» устроил свои «теракты-9/11», и, без сомнения, теперь он очень доволен собой. В конце концов, инсценированные теракты – прекрасный способ отвлечь внимание от преступлений политиков, о которых свидетельствует, например, недавние разоблачения Саркози в отмывании денег для финансирования своей избирательной кампании в 2007 году, и конечно, манипулировать населением, настраивая его в поддержку сильного лидера, который выступает за диктаторские методы, якобы необходимые для того, чтобы обезопасить общественность от мифических «террористов». 

Комментарии 3