Среда обитания

Южный сектор Дагестанского фронта

Рассеянные по всему Дагестану салафитские джамааты в своём религиозном противостоянии с официальной властью и духовенством полагаются, по сути, на коллективную силу отдельных её участников или групп.

Ликвидация лидеров боевиков и, как следствие, частая их ротация, не приводит ни к какому результату. В подполье сформировываются устойчивые социальные лифты, когда на смену убитому гарантированно приходит нижестоящий в его иерархии. Учитывая немногочисленность таких групп, а также продолжительность жизни их лидеров (как правило, в среднем, в таком качестве, они не проживают и года) практически каждому рядовому её члену, предоставляется возможность проявить себя.

Тем самым происходит стимуляция активности рядовых членов джамаатов, с последующей «канонизацией» и героизацией убитых. Именно в таких нюансах кроится, по сути, бесперспективность исключительно силовых методов борьбы с салафитскими общинами. Попытаемся рассмотреть данный вопрос на примере лидеров салафитских общин Южного Дагестана. Но для начала постараемся разобраться в весьма условных терминах,  фигурирующих в СМИ относительно джамаатов данного субрегиона.

Становление «Южной» группировки

Под термином «южнодагестанское подполье», сегодня скрывается собирательное  название, необязательно связанных напрямую друг с другом салафитских общин, придерживающихся методов вооружённой борьбы. Так называемая «Южная» (также «Лесные братья», «Южнодагестанская» или же «Дербентский джамаат») – подпольная террористическая группировка, действующая на юге Дагестана.

То есть в Дербенте и Дагестанских Огнях, а также на территории Дербентского, Сулейман-Стальского, Табасаранского, Хивского, Докузпаринского, Ахтынского, Рутульского, Агульского и Магарамкентского районов республики. Их суммарное население по результатам прошедшей переписи составляет около 600000 человек. Отметим также, что Дербентский район является вторым по численности районным муниципальным образованием в Дагестане.

О том, что в Юждаге существует так называемая «Южная» или «Южнодагестанская»  бандгруппа, включающая в себя два города и десять районов, официально впервые было объявлено 23 июля 2008 года на заседании республиканской антитеррористической комиссии, где обсуждалась проблема дестабилизации обстановки на Юге Дагестана.

«В Южном Дагестане действует группировка численностью 40 боевиков, которую возглавляет Ильгар Моллачиев», – сообщил министр ВД Адильгерей Магомедтагиров (убит выстрелом снайпера 5 июня 2009 года). Было заявлено, что бандгруппа предпринимает попытки расширить зону своего влияния. Также было подчёркнуто, что в южной зоне на тот момент состояли на учёте 150 салафитов, ещё трое находились в федеральном и 18 — в оперативном розыске.

Здесь любопытен, на наш взгляд, сам факт географического выделения этой группы, при этом наличие сорока активных боевиков было достаточно, т. е. по 3—4 боевика на каждый район (для сравнения: только в пригородах Махачкалы на тот момент действовало до 3-4 бандгрупп общей численностью несколько десятков человек). По оценкам министра ВД республики Адельгерея Магомедтагирова, в марте 2009 года численность вооружённого подполья в республике составляла «самое большое число – где-то 50—70 человек», что мягко говоря, не соответствовало действительности.

На этом же совещании министр сделал громкое заявление о связях экстремистов с местными властями. «Отдельные должностные лица используют террористические группы в своих интересах. Наблюдаются элементы сращивания экстремистов с руководителями различных уровней, которые, в свою очередь, поддерживают и финансируют их», — подчеркнул министр. В местных СМИ усилено муссировалась версия о лезгинском происхождении лидера южнодагестанских боевиков Исрапила Велиджанова, которая позже не подтвердились (Велиджанов родился в 1968 году в с. Санчи Кайтагского района).

Сюда же можно отнести ничем не обоснованные утверждения некоторых журналистов о связях покойного министра национальной политики Загира Арухова (погиб в результате теракта 20 мая 2005 года) с «умеренными» салафитами п. Белиджи, которым он, якобы покровительствовал.

В прессе описывались случаи инспирирования контртеррористических операций (КТО) в южных районах для дискредитации их руководителей, и, как заявил глава одного из них, накануне скандальных дербентских выборов: «Некоторые КТО были специально инспирированы (и я докажу это, если нужно) на территории Сулейман-Стальского района, чтобы дискредитировать лично меня».

Всё перечисленное может говорить о том, что у истоков «популяризации» в СМИ негативного образа вокруг Южного Дагестана (возможно, вполне конкретных районов) не обошлось без политической мотивации отдельных республиканских чиновников высокого ранга. Властные кланы, по сути, рассматривали борьбу с экстремистами в регионе как один из возможных инструментов давления на нелояльных главе республики глав муниципалитетов.

Дальнейшее развитие событий в Дербенте, во время его мэрских выборов, отчасти подтверждает эту версию. Так или иначе, отдельные, возможно, неструктурированные подпольные элементы в южном регионе уже тогда присутствовали. Появление которых, с учётом общих протестных настроений (наиболее актуальная из которых – неразрешённые проблемы разделённых государственной границей народов: лезгины, цахуры, рутульцы, азербайджанцы), необходимо рассматривать в контексте, пусть и запоздалого (в отличие от других регионов Дагестана) религиозного возрождения, охватившего Южный Дагестан.

Исламское возрождение в Южном Дагестане имеет две формы: суфийскую и традиционалистскую, крайняя форма которой — течение, которое принято называть «ваххабитским». Термин «ваххабитский» или же «ваххабит» также весьма условен, и не имеет под собой научное обоснование, за что неоднократно подвергался критике со стороны российского экспертного сообщества. Данный термин не признаётся в качестве самоиндентификационного маркера и самими сторонниками радикальных религиозных групп.

Однако введение такого «клише» в медийный оборот, по мнению  представителей заинтересованных политических (религиозных) групп в республике, было востребовано. По сути, это позволяло республиканской власти с «меньшими» репутационными издержками терминологически «идентифицировать» конкретные джамааты, не вписывающиеся в религиозную (властную) вертикаль республики. Введение в оборот (в негативном смысле) таких идентификационных маркеров как «салафит», «ханбалит», выставило бы «вне закона» целые школы и направления в суннитском исламе, что привело бы к большим противоречиям и конфронтациям в дагестанском обществе.

Так или иначе, от религиозно-идеологического поражения в информационном пространстве их это не спасло. В противовес распространённым «традиционных» в Дагестане умеренных шафиитских и наиболее либеральной в суннитском исламе ханафитской богословско-правовых школ (доктрин), в регионе появились приверженики ортодоксального ханбалитского мазхаба. В то же время, одним из просчётов в исследовании радикальных настроений в молодёжной среде республике является «нежелание» рассматривать, на первый взгляд сугубо религиозную проблему, в контексте возникшей молодёжной субкультуры дагестанцев, базирующейся на новых исламских ценностях.

 

На фото:

“Джамаат Шариат” (Дагестанский Фронт) — подпольное объединение, созданное на территории Дагестана в начале 2000-х гг.
“Амиры”:
Расул Макашарипов (кличка Муслим) — с 2002 года до 6 июля 2005 года (убит),
Раппани Халилов (кличка Раббани) (убит 17 сентября 2007),
Ильгар Моллачиев (кличка АбдулМаджид) — с 1 октября 2007 до 7 сентября 2008 (убит),
Умар (Омар) Шейхулаев (кличка Муаз) — с 5 декабря 2008 года до 5 февраля 2009 года (убит).
Умалат Магомедов (кличка Аль-Бара) — с 12 апреля до 31 декабря 2009 года (убит).
Магомедали Вагабов (кличка Сейфуллах Губденский) — с 1 января до 21 августа 2010 года (убит).
Исрапил Велиджанов (кличка Хасан) — с 30 августа 2010 до 18 апреля 2011 года (убит).
Ибрагимхалил Даудов (кличка Салих) — с 9 мая 2011

 «Абдулмаджид» из Закаталы

Известно, что в 2008 году группировку под названием «Южная» возглавил Ильгар Моллачиев (Абдулмаджид) — выходец из Закатальского района Азербайджана, цахурец по национальности (по некоторым данным — агулец). После гибели Раппани Халилова (убит в сентябре 2007 года), он стал «амиром Дагестана». После гибели Моллачиева в сентябре 2008 года «дербентским джамаатом» стал руководить Исрапил Велиджанов («амир Хасан» убит 18 апреля 2011 года в окрестностях села Ташкапур Левашинского района); его сменил Мехтибек Баширов (убит 24 июля 2011 года в городе Дагестанские Огни).

Первая крупная спецоперация по нейтрализации группы «Южная» была предпринята в январе 2008 года в Табасаранском районе. В ходе преследования группы из пятнадцати боевиков шестеро были уничтожены, остальные успешно ушли от преследования. В конце марта 2008 года в результате спецоперации, проведённой в городе Дагестанские Огни силами дагестанского управления ФСБ и МВД, были убиты три члена группировки Ильгара Моллачиева.

В конце сентября 2008 года одна из групп, подконтрольных Исрапилу Велиджанову, была блокирована при прочёсывании местности подразделениями ОМОН МВД Дагестана в Табасаранском районе. В11 кмот с. Сыртыч произошло боестолкновение, в ходе которого погибли три милиционера. Боевикам тогда удалось уйти без потерь. В дальнейшем, в Южном Дагестане прошли несколько спецопераций, в ходе которых среди членов НВФ были замечены выходцы с Кусарского района Азербайджана.

14 октября 2011 года в Махачкале были заблокированы участники вооружённого подполья Нариман Мирзамагомедов и Тельман Гаджимустафаев. Оба сдались после продолжительных переговоров. Мирзамагомедов ранее сменил Мехтибека Баширова в роли лидера «дербентского джамаата».

Среди активных членов НВФ и их пособников встречаются и те, кто имел отношение к правоохранительным органам напрямую. Например, такие как: Чингиз Курбанов (убит в ходе спецоперации 27 марта 2008 года) — бывший сотрудник Дербентского ГОВД; Джамамед Курбанов (убит в спецоперации 27 марта 2008 года) — бывший сотрудник ОМОН; Феликс Талаев (убит в ходе спецоперации 27 июня 2010 года) — сын майора милиции, бывшего участкового Дербентского ГОВД; Арсен Ахмедов (убит в сентябре 2010 года) — сын майора милиции, бывшего начальника уголовного розыска Дербентского ГОВД.

Операция «Гартал»

25 августа 2008 года правоохранительные органы Азербайджана получили информацию о проникновении группы Моллачиева в составе 4 человек с территории Дагестана в Азербайджан – как позднее утверждалось в прессе — для создания нового «Сумгаитского джамаата». На поиски были подняты: специальный отряд Внутренних Войск (ВВ) АР «Шахин», отряд Пограничной заставы, местное отделение полиции и сотрудники Министерства национальной безопасности (МНБ). В результате оперативно розыскных мероприятий выяснилось, что банда находится в лесном массиве между сёлами Аваран и Хурел, вблизи села Хазра (Яргун) Кусарского района. Азербайджанская полиция и внутренние войска 29 августа попытались провести операцию по нейтрализации группы.

Узнав о начале операции, боевики ушли вглубь леса, где успешно организовали оборону. В результате боя был убит сверхсрочник и также ранен один из бойцов отряда «Шахин». Боевики скрылись без потерь. По приказу МНБ республики для поимки преступников была привлечена бронетехника и боевой вертолёт. Был составлен специальный план и осуществлена антитеррористическая операция со стороны спецназовцев подразделения «Гартал».

6 сентября боевики были окружены в одном из домов на окраине города Кусар. После короткой перестрелки были убиты три боевика. Полевому командиру группы Ильгару Моллачиеву вновь удалось скрыться. На следующий день, 7 сентября 2008 года, в ходе спецоперации Управления ФСБ по Дагестану, Малачиев был блокирован в машине на территории Магарамкентского района Дагестана и убит при оказании вооружённого сопротивления вместе с двумя помощниками — Эмирбеком Рагимхановым (1979 г. р.) и Шихайбеком Загировым (1980 г. р.).

Примерно в то же время в другом районе Дагестана при попытке задержания был убит командир одной из южнодагестанских групп боевиков — Астархан Рустамханов (1982 г. р.).  После гибели Астархана Рустамханова его сменил Закир Новрузов (убит в ходе спецоперации в Дербенте 24 апреля 2009 года). Отметим, что 17 сентября 2008 года группа Наврузова из 10 человек была полностью уничтожена в результате спецоперации. Известно, что все убитые боевики были жителями Дербента. И, как утверждали в управлении ФСБ по Дагестану, в планы этой группы боевиков входил захват одной из сельских средних школ в Сулейман-Стальском районе республики.

 «Лесные братья» Азербайджана

В июне 2009 года в Азербайджане состоялся суд над членами группы «Лесные братья». В суде по данному делу проходило 26 обвиняемых. Среди подсудимых был также один гражданин России. Подсудимые, в основном, были выходцами из Баку, Сумгаита и Кубинского района Азербайджана. На суде члены этой группировки были обвинены в совершении террористического акта в мечети «Абу-Бекр» в Баку. Как выяснили следственные органы Азербайджана, Ильгар Моллачиев и его родственник Самир Мехдиев (Сулейман), планировали возобновить деятельность вооружённой группировки «Лесные братья», которую ранее они уже обезвреживали в 2007 году.  Напомним, что тогда 17 членов этой группировки были арестованы и приговорены к различным срокам наказания, а Ильгар Моллачиев и Самир Мехдиев были объявлены в розыск. Ильгару Моллачиеву вменялось то, что он планировал создание двух вооружённых группировок «Сумгаитский джамаат» и «Куба-Кусар джамаат».

К слову, другой выходец из Азербайджана — Эльдос Зульфугаров (с. Рустов Кубинского района, убит 12 марта 2012 года) возглавлял «махачкалинский джамаат». Ещё один уроженец  Азербайджана — Садула Пирогланов с другим жителем Дербента 7 мая 2010 года на перроне дербентского вокзала осуществили терракт. При взрыве два человека погибли, шестеро получили ранения. По словам директора ФСБ Александра Бортникова, организаторы и исполнители этого теракта были уничтожены в ходе спецопераций в Дербенте.

На фоне притока из Азербайджана в Дагестан лиц, желающих присоединиться к салафитскому подполью, в сентябре 2011 года МВД России и Азербайджана провели совместные спецоперации в приграничных районах населённых дагестанскими народами. Учитывая существующие проблемы у Азербайджана с национальными меньшинствами, такая кооперация вызвала неоднозначную реакцию в дагестанских сетевых СМИ. В СМИ сообщалось, что в ходе завершившейся совместной операции «Граница-2011» МВД Азербайджана и России на территории Кусарского района было обнаружено большое количество оружия. Тогда же действующий министр МВД России Рашид Нургалиев отметился достаточно пространным заявлением о существовании неких таинственных, сил пытающихся разрушить дружбу между странами.

«Абу-Ясир» из Гурика

В начале этого года южнодагестанское подполье возглавил 35-летний Гасан Абдуллаев (Абу-Ясир) из села Гурик Табасаранского района. Гасан Абдуллаев к этому времени уже находился в федеральном розыске за незаконный оборот оружия и посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов. Спецслужбы считают, что именно Абдуллаев выступил заказчиком подрыва поезда «Сапсан».  После нескольких крупных спецопераций, в ходе которых его некогда многочисленная группа понесла серьёзные потери. Абу-Ясир, по данным силовиков, отказался от прямых столкновений с ними, переориентировавшись на подготовку диверсантов. Другой выходец с Южного Дагестана — Ярамир Абдурахманов («Тальха», убит 6 февраля этого года в Дербенте), уроженец с. Советское Магарамкентского района, оказался причастен к теракту в аэропорту «Домодедово».

В то же время, в Табасаранском районе, откуда родом Гасан Абдуллаев, сильны позиции «традиционного» ислама в его суфийской интерпретации. Вместе с тем, местные имамы также находятся  в оппозиции по отношению к структурам ДУМД, и пока ещё сохраняют свою самостоятельность. Из этого же района родом был шейх накшбандийского тариката Сиражутдин Хурикский (убит 27 октября 2011 года). Помимо него выходцами из этого района были и другие суфийские наставники, входящие в генеалогическое духовное древо (силсила) убитого шейха. Табасаранский район также является наиболее исламизированным районом в Южном Дагестане, в котором функционирует около 80 мечетей и медресе.

Смещение центра

Отметим также, что зачастую некомпетентная работа силовиков и жёсткость полицейских во время проведения КТО по отношению к предполагаемым пособникам и боевикам, приводит лишь к увеличению сочувствующих оным. Последний случай произошёл как раз в Южном Дагестане в с. Татляр Дербентского района, где произошло осквернение Корана силовиками. Можно вспомнить полицейский погром в мае прошлого года в мечети с. Советское Магарамкентского района. Нариман Мирзамагомедов является пока единственным из лидеров южнодагестанского подполья, которого убедили сдаться. Здесь, прежде всего, необходимо отметить активную работу в регионе Дербентской Комиссии по адаптации боевиков к мирной жизни, в частности, её секретаря Севиль Новрузовой.

За несколько лет изменилась и география салафитского сопротивления в Южном Дагестане. В период с 2008—2010 гг. «горячими» по факту были Табасаранский, С.-Стальский, Магарамкентские районы и сам Дербент. Приблизительно с 2011 года ядро сопротивления салафитов сместилось почти полностью в Дербентский район. А если быть точнее, в её северо-западную часть. Косвенным подтверждением этого является планы по размещению в Дербентском районе, наряду с шестью другими районами республики, сводных оперативных групп из числа сотрудников МВД, ФСБ, ВВ МВД. Например, расквартировка в п. Белиджи в учебном центре пограничного управления ФСБ по г. Дербенту спецподразделения СОГ-4 (Специальная Огневая Группа), которая, предположительно, войдёт в состав новой сводной оперативной группы.

Наконец, нельзя не отметить последнее перемещение спецподразделений МВД. Во второй декаде марта с военной базы Ханкала в Грозном в Дагестан была переброшена крупная группировка силовых структур. Очевидно также, что от всех этих военных перемещений чувство страха перед реальной войной у рядовых дагестанцев лишь усиливается. Стабильными в Южном Дагестане остаются следующие районы: Агульский, Ахтынский, Хивский, Курахский, Рутульский, за последние годы в которых не было зафиксировано каких-либо боестолкновений.

Автор: Алихан Амрахов

Комментарии 0