Среда обитания

Как не сделать террориста героем

 «Террористом №1» в России долгое время значился Шамиль Басаев. Шесть лет назад, когда он был уничтожен, я по заказу «Политического  журнала» подготовил две статьи. Обе они тогда же опубликованы. Сегодня факт нейтрализации «главного террориста» я бы прокомментировал  с иных позиций.

На Северном Кавказе  за шесть лет изменилось многое. Перемены, позитивные,  произошли, прежде всего, в Чечне. В то же время доказали свою живучесть и стереотипы, которыми мыслит российское общество. Они постоянно «рекламируется» политиками, экспертным сообществом, СМИ. В результате этот регион уже не воспринимается как часть единого правового, экономического, социального, культурного поля России. Что, в свою очередь, загоняет в тупик и власть – как центральную, так и региональную. Предпринимаемые ею меры все чаще направлены на то, чтобы угодить «улице», в ущерб делу. И государство понемногу превращается во множество плохо слепляющихся друг с другом «шариков ртути» – незримой, но неумолимо подтачивающей здоровье общества заразы.

В 2000 году, оценивая операцию федеральных сил по ликвидации вторгшихся на территорию Дагестана банд Басаева-Хаттаба, Ахмат-Хаджи Кадыров назвал ее «подковой»: НВФ получили «коридор» для отступления в Чечню, где их, а заодно и население, потом  «мочили» всей мощью армии и спецслужб.

Свою «подкову», в которой они продолжают действовать, тогда же получили и дагестанские «джихадисты», входившие в костяк напавших на Дагестан отрядов Басаева-Хаттаба, а затем оформившиеся в самостоятельную, наиболее мощную сегодня ветвь «сопротивления» на Северном Кавказе. Эти силы, – видимо, следуя примеру басаевских «интербригад», – сделали своим основным оружием методы борьбы, суть которых еще в начале 90-х годов прошлого века Джохар Дудаев определил предельно ясно: «Валлах1и, небольшая по численности, но хорошо организованная группа может поставить на колени ядерную державу». Тактику использования женщин-смертниц в качестве таких групп эффективной вслед за Басаевым признают, видимо, и боевики Дагестана.

Как оценивать происходящее? Как стремление наказать террориста превращается в «возмездие» для народа и во что оно перерождается? Об этом – шестилетней давности  статья.

Басаев свою войну не проиграл

Узнав о смерти Шамиля Басаева, никто, кажется, не испытал ни сожаления, ни скорби. В Чечне как будто бы и вовсе значения не придали ни самому факту гибели террориста №1, ни объявленному успеху спецслужб.

На фоне затишья, граничащего с абсолютным равнодушием, я попытался вызвать хоть какую-то живую реакцию у давно знакомого старшего офицера милиции. Он посмотрел на меня с немалым удивлением, сказал: «Что тут комментировать?! Крысоед стал не нужен».

В старые времена моряки специально выращивали «крысоедов». Сажали в бочку с десяток крыс и ждали, когда они перегрызут друг друга. Через несколько недель оставалась одна, наиболее сильная, которую и выпускали на корабле. Привыкшая съедать без остатка всех себе подобных, эта крыса уничтожала всех грызунов в трюмах, и тем спасала съестные припасы команды…

Комментарии тут действительно были ни к чему: если Шамиля и вправду использовали для выполнения подобной роли, то он, пожалуй, точно был «последним из могикан». То есть, выполнил задачу более чем успешно.

Кажущаяся простота этой «схемы» меня почему-то сильно смущает. Может быть, оттого, что я помню о многолетнем руководителе Финляндии, который употребил все свои старые и прочные связи с КГБ для блага своей страны. Употребить слова «для блага» чего-то и кого-то применительно к Шамилю сложно, но есть смысл подозревать, что он извлекал некую пользу от «контактов» с представителями спецслужб, которые у него установились на «заре юности туманной». Возможно, не являясь ни «двойным», ни «тройным» агентом, он просто удачно разыграл собственную «карту».

Можно исходить и от прямого, как стрела, утверждения, что Шамиль был и остается чудовищем, ставшим на путь террора. Но в таком случае надо признать и то, что он свою войну не проиграл. Даже Усама Бен Ладен может позавидовать “успехам” Шамиля на данном поприще. Если считать, что на одной чаше весов – жизнь самого Басаева, а на другой – все то, что он совершил за свою сравнительно недолгую жизнь, то не остается никаких сомнений: речь идет о несопоставимых вещах. Шамиль – даже не капля в океане зла, которое сотворил.

Что значит жизнь одного человека, например, в сравнении с тем, что за последние полтора десятка лет в Чечне убиты и ранены десятки тысяч человек? На все 100% разрушена экономика этого в свое время одного из наиболее промышленно развитых регионов страны. На 85% перестала существовать социальная инфраструктура. Уничтожен полумиллионный российский город – Грозный. С чем сравнить Буденновск, Беслан?..

Комментируя трагедию в Буденновске, газеты тех дней писали, что на колени поставлена вся Россия. Чем это измерить и как исправить?

«Заслуженное возмездие» – эти два слова прозвучали сразу после сообщения о гибели Басаева. В моем понимании, возмездие – это «око за око, зуб за зуб». По какому праву или закону жизнь одного террориста рассматривается, как возмездие за жизнь и страдания тысяч его жертв?

Подобное отношение к памяти этих жертв – кощунство.

Никаким национальным героем Чечни Басаев никогда не был. Если и был, то перестал быть им, когда начал расстреливать мирных жителей. В республике хорошо помнят телевизионные кадры первых таких расправ. Никогда не забыть, например, как он еще в первую войну расстрелял в Ведено главу районной администрации.

Жизнь самого Шамиля – слишком малая цена за жизнь даже одного этого человека, не согнувшегося, не сломавшегося перед варваром ХХ века. А тут кто-то хочет приучить нас к мысли, что за все и сполна заплачено. Это – то, на что всегда рассчитывал Басаев.

Поставить знак равенства между его личным бытием или небытием и жизнями детей Беслана – как такое вообще может придти в голову?!

Все эти дни, что прошли после взрыва на окраине ингушского села Экажево, я ждал, что в комментариях по этому поводу появится не только и не столько перечисление терактов, совершенных самим Басаевым или по его приказу. Когда, если не сейчас, подводить некие итоги антитеррористической операции на Северном Кавказе, к которой государство было принуждено Басаевым и Ко? Достигнуты ли цели, которые были объявлены? Стал Северокавказский регион безопаснее? Защищены ли конституционные права, свободы и законные интересы граждан? Ликвидированы ли последствия разрушительных событий последних 15 лет?..

Я не могу сказать “да” ни по одному из этих вопросов. Больше того, конфликт расползся, ситуация имеет признаки общей неуправляемости. И при этом меня хотят убедить в том, что Басаев побежден, что есть иные результаты, кроме тех, к которым он стремился?

Мне представляется, не было и не будет в отечественной истории человека, который бы дискредитировал российское государство, особенно на Северном Кавказе, больше, чем Басаев. Оно все эти годы шло как бы на поводу у этого человека, прибегая к помощи тех же методов и средств, которыми пользовался сам Басаев. Он как бы говорил, смотрите, я действую вполне по-бандитски, но и государство не стесняет себя в выборе средств, применяя авиацию и артиллерию против безоружных сел и городов, “зачищая” их самым варварским способом. Да, говорил он, я совершаю теракты и диверсии, безнаказанно убиваю, кого хочу. Но чем лучше те, кто похищают ваших отцов и братьев по ночам, практикуют внесудебные расправы? «Вы, – говорил он, – не знаете, как защититься от меня, но вы также не находите защиты у государства, которое по одной только национальной принадлежности объявило вас такими же бандитами и террористами, как и я. И вы не находите этого достаточным, чтобы отвернуться от такого государства и примкнуть ко мне?..»

«За каждым серьезным преступлением в стране хотят видеть и находят «чеченский след», а не басаевский, так зачем ждать, когда его обнаружат за каждым из вас? В неверности, неблагонадежности, в готовности к предательству подозревают даже национал-предателей, которые этому государству служат, так почему вы думаете, что эта страна когда-либо поверить вам, простым смертным?»

…Трагедия Чечни состояла и состоит в том, что эта басаевская «пропаганда» есть результат «эффективных действий» государственной военной машины в республике. Не под бомбами и ракетами активной фазы антитеррористической операции, а в жерновах зачисток, беспредела, творившегося федеральными силами в последующий период, истреблено, покалечено и бесследно исчезло людей, может быть, даже больше, чем на поле боя. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть списки пропавших без вести, похищенных, найденных убитыми с весны 2000 г.

Конечно же, именно этот фактор, а не какие-то денежные посулы  или сколько-нибудь активная агитация, играл и продолжает играть решающую роль в постоянном пополнении рядов незаконных вооруженных формирований.

Знают об этом «федералы»? Безусловно. Могут что-то изменить? Наверное, нет, ибо была установка «мочить». Только в последние месяцы наблюдаются некие подвижки в пересмотре подходов к проведению антитеррористической операции.

Пройдя через горнило двух войн, Чечня буквально все и вся «примеряет» к себе. Если смотреть на ситуацию именно с этих позиций, то действия федерального центра в республике вообще представляются лишенными какой бы то ни было логики. Вот, скажем, буквально на днях прилетел в Грозный вице-премьер, министр обороны РФ Сергей Иванов. Обещал, что деньги на расчистку завалов в городе (один миллиард рублей) начнут переводить в Чечню на этой же неделе. Вся республика чуть ли не в экстазе: масса людей получит работу, а, значит, столица залечит часть военных ран. В условиях, когда Федеральная целевая программа восстановления республики не финансируется, миллиард – огромные деньги.

Однако восторг угас, едва только Сергей Иванов перелетел в соседний Дагестан, в Ботлих, и сказал, что на строительства одного только военного городка в этом горном райцентре будет отпущено 7 млрд. рублей. Вряд ли, министр обороны хоть раз подумал о разнице в суммах, которые в этот день назвал, и целях, под которые они выделяются.

Смысл же, чтобы вдуматься, есть, и немалый: столице республики, по поводу уничтожения которой Сергей Иванов через день-два выразил сожаление, отпускается в семь раз меньше средств, чем военному городку. Как и чем ответить злорадствующей «басаевщине»: «Вот вам, выкусите-ка!»

Я понимаю, есть вещи, которые власти ни под каким соусом не нравятся. Но, наверное, даже «суверенная демократия» (как я понимаю, независимое, самостоятельное народовластие) предполагает, что верховная власть, оградив себя новым термином от «иностранного вмешательства», не перестает слушать “demos” -народ.

Так вот, в многочисленных комментариях ведущих и прочих политиков страны по поводу уничтожения Басаева невозможно найти ни слова о том, что он, всемирно известный террорист, поддержкой чеченского народа никогда не пользовался, и этот народ напрасно охаивали на протяжении многих лет. Доказательства? Они есть. И, прежде всего, итоги выборов в 1997 году президента Чечни, прошедших под присмотром международных наблюдателей и признанных Россией легитимными.

На этих выборах, как известно, с огромным перевесом победил Аслан Масхадов, недвусмысленно поддержанный Кремлем. А якобы национальный герой Басаев (даже если бы в нарушение всех законов ему были переданы голоса сторонников других “лидеров” – Закаева, Удугова, Яндарбиева) таким доверием чеченцами не был наделен.

Не вредно вспомнить и то, что происходило это за несколько лет до нападения на Дагестан, которое явилось началом контртеррористической операции. И этого чеченцы никогда не забудут и не простят Шамилю. Не было и в помине Беслана, нападения на Ингушетию и событий в Нальчике. Не было готовности “в приемлемой форме взять на себя ответственность за Волгодонск и Москву”. Так неужели, в представлении российских политиков, чеченцы столь чудовищно не по-человечески устроены, что не могут отличить, где их враг и где друг?

Или же, на взгляд этих политиков, чеченцы столь наивны, что не понимают: потребуй эти же политики от спецслужб любой ценой ликвидировать Басаева – не было бы ни Дагестана, ни Дубровки, ни Беслана, ни многих других общих и личных трагедий сотен тысяч граждан страны? Спросить меня, если в России есть пособники международного терроризма, то это – те, кто могли, но не отдали в свое время приказа о нейтрализации Басаева и ему подобных.

Действительно мудрые люди признают свои ошибки. Мудрым может и должно быть государство, в котором мы живем. То, что сегодня происходит в стране, в моем народе со стародавних времен известно, как «стремление перевязать голову, которая не болит». От того, что Россия постоянно будет «перевязывать» чеченскую «голову», международный терроризм не перестанет существовать.

Больше того, последнему выгодно, что “стрелочник” определен, и весь гнев обрушен на него, “стрелочника”. Пока власти, и не только России, продолжают кромсать тела нескольких “мальчиков для битья”, он, терроризм, набирает силу. Пентагон и башни-близнецы Нью-Йорка, “Норд-Ост” в Москве и Беслан – не случайные цели. Усама Бен Ладен и Басаев доказали, что супердержавы с ядерным потенциалом, способным несколько раз уничтожить планету, также уязвимы, как и “банановые” государства, где смену власти может произвести майор – морпех США во главе двух десятков бойцов.

Феномен Шамиля Басаева и в том, что он открыл миру известную ему Россию, со слабой армией, не способную адекватно реагировать даже на внутренние угрозы. В силу этой слабости Россия сама позволила Шамилю превратиться в некий символ, с которым ей еще долго придется иметь дело.

Всегда можно обнаружить внутреннюю логику даже во взаимоисключающих действиях человека. По своим, неписаным, законам во всяком человеке живет и одному ему принадлежащая внутренняя правда, которая диктует те самые действия-шаги, ведущие по лестнице жизни куда-то вверх. В случае утраты этой для собственного потребления правды – неизменно вниз, в пропасть, к деградации. В представлении многих людей в самой Чечне, Шамиль Басаев всегда существовал, как особый тип нравственного урода, который и сам знает, что у него “не все дома”. Если на этот счет у кого-то и оставались сомнения, то после провокации с вторжением в Дагестан они рассеялись, как дым.

В России же в этот период только и началась настоящая «раскрутка звезды». Провокационная вылазка была названа нападением на страну, а целью его – создание халифата от моря до моря. Логика у политиков и военных оказалось не менее извращенной, чем у Шамиля: выходило, малая часть одной страны напала на всю страну (если, конечно, Россия осознавала Чечню частью самой себя). Озвученная устами ядерной державы, вполне реальной стала выглядеть и цель – халифат.

Таким образом, Россия поставила сама себя перед необходимостью иметь дело и со «всемогущим» Басаевым, превратившимся теперь в символ могущества террориста-одиночки, и с мифом о халифате. Судя по озабоченности и уровню, на котором эти “придумки” озвучиваются, обе они скоро превратятся в одну из страниц новейшей истории страны. И будет совершенно непонятно, как быть с «великодержавностью», само существование которой подвергалось угрозе со стороны чеченца Шамиля Басаева. С чем и поздравляю всех «авторов» этой странички новейшей истории Отечества.

Автор: Абдул Ицлаев

Комментарии 2