Среда обитания

ФСБ назначила психиатрическую экспертизу обвиняемому по делу о «Нурджулар»

16 марта 2012 г. стало известно о том, что следователь следственного отдела Управления ФСБ по Калининградской области Артем Войченко вынес постановление о назначении судебной психиатрической экспертизы заместителю имама религиозной организации мусульман г. Калининграда Амиру Абуеву. Ему вменяется причастность к организации «Нурджулар», запрещенной в России решением ВС РФ от 10.04.2008 г. Сторона защиты опасается, что в случае проведения экспертизы в условиях стационара, нельзя исключить риск применения к Абуеву методов репрессивной психиатрии.

Обвиняемый и его адвокат вызваны на 19 марта к следователю для ознакомления с указанным постановлением.

Уголовное дело в отношении Амира Абуева было возбуждено следственным отделом УФСБ по Калининградской области 10 февраля текущего года. На первом же допросе Амир заявил, что ничего не знает о существовании организации «Нурджулар». Тем не менее, уже 16 февраля ему было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 282-2 УК РФ («Организация деятельности экстремистской организации») в создании ее ячейки в Калининграде. Основанием для этого УФСБ сочло труды мусульманского богослова Саида Нурси, изъятые у него при обыске, и совместные с единоверцами чаепития, во время которых обсуждались вопросы толкования Корана. Что же касается изъятой литературы, то единственные 2 книги Саида Нурси – «Слова» и «Письма», – названия которых фигурируют в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, не входят в федеральный список экстремистских материалов, размещенный на официальном сайте Минюста РФ. (В список Минюста включена книга из собрания сочинений Саида Нурси  «Рисале-и Нур»  «Краткие слова» в переводе  М.Г. Тамимдарова  (№ 57 в списке), однако нет никаких указаний на то, что она по своему содержанию идентична книге «Слова», изъятой у Абуева).

В качестве меры пресечения Абуеву избрана подписка о невыезде.

31-летний уроженец Дагестана Амир Абуев, уже 7-й год проживающий в Калининграде, работает заместителем имама официально зарегистрированной местной религиозной организации. Таким образом, как и в аналогичном новосибирском деле о «Нурджулар», где одним из двух обвиняемых является известный общественный и религиозный деятель Ильхом Меражов, уголовному преследованию подвергается человек, пользующийся уважением и авторитетом в мусульманском сообществе.

Если же учесть, что, по мнению множества экспертов, организации «Нурджулар» вообще не существует, а правоохранительные органы расценивают как «членство» в ней изучение мусульманами трудов Саида Нурси, то нетрудно прийти к выводу, что в рамках данной репрессивной компании осуществляется преследование людей в связи с их вероисповеданием.

Адвокаты Амира Абуева утверждают, что какие-либо объективные основания для назначения ему психиатрической экспертизы отсутствуют: он никогда не страдал психическими заболеваниями, не обращался за медицинской помощью ни к психиатрам, ни к неврологам, не имел травм головы. Он, наконец, благополучно отслужил действительную службу в армии по призыву, что уже, само по себе, свидетельствует о его психическом здоровье. В связи с этим, соответствующее постановление следователя защита считает необоснованным и намерена его обжаловать.

Что же касается опасений о возможном применении к Абуеву методов репрессивной психиатрии, то в данном контексте необходимо напомнить о событиях середины «нулевых» в Татарстане. В частности, в период, предшествовавший судебному процессу о признании экстремистскими 14 переводов трудов Саида Нурси на русский язык, в Набережных Челнах имели место случаи принуждения почитателей этого богослова к якобы «добровольному» согласию на прохождение психиатрических экспертиз, по результатам которых делались одиозные выводы о «зомбирующем» влиянии этой литературы на сознание верующих.

Между тем, люди, в отношении которых осуществлялась подобная «профилактика», неоднократно заявляли правозащитникам, что именно жесткое психологическое давление, которому они подвергались со стороны силовиков, оказывало сильное деструктивное воздействие на их жизнь.

В заключение следует отметить, что уголовное преследование за изучение трудов Саида Нурси является одним из наиболее ярких проявлений неправомерного применения антиэкстремистского законодательства.

Автор: Елена Рябинина, руководитель программы «Право на убежище»

Комментарии 7