Общество

О «ЕДИНСТВЕ» И «РАЗОБЩЕННОСТИ» РОССИЙСКИХ МУСУЛЬМАН

Как известно, на недавней встрече Путина с официальными религиозными деятелями России глава Совета муфтиев России (СМР) шейх Равиль Гайнутдин посетовал на попытки "искусственного разобщения российских мусульман", апеллируя при этом к примеру объединения РПЦ МП и РПЦЗ(Л), которое произошло при непосредственном и активном участии "нацлидера", тогдашнего президента РФ.

А ведь поводом для начала опалы на Равиля Гайнутдина стала как раз его попытка провести такое объединение в мусульманской среде, собрав в один Совет все основные централизованные религиозные организации ислама в России. Поговаривали даже, что это объединение должно было увенчаться созданием мусульманского крыла партии "Единая Россия".

Трудно объяснить практическими соображениями, почему вместо поощрения этого начинания государственные чиновники обрушили на ее инициаторов свой "праведный" гнев, запустив после этого спойлера СМР – РАИС. Ведь по факту сегодня именно руководители мусульманских республик дают Кремлю наибольшее количество нужных голосов, в связи с чем русским гражданским обществом существующая власть воспринимается скорее как "азиатская", а не русская. Об ангажированности такого понимания мы уже писали на "Портале-Credo.Ru" в статье "Мусульмане и РОГ". Влиятельные силы в Администрации президента РФ решили: "Что позволено Юпитеру, не позволено быку", в связи с чем консолидация условно мусульманского контура нынешней системы была сорвана. Вместо этого начался политический погром мусульманского сообщества страны, о котором мы также писали, равно как и том, что лишь элементарная некомпетентность государственных кураторов ислама не позволяет им спрогнозировать взрывоопасные последствия этой политики.

Тем не менее, парадоксальным образом, как это часто бывает, инициированное недругами ислама это начинание может оказаться более выгодным для российских мусульман, чем искусственные планы их "объединения". И осознание в этой связи проблемы "разобщения" и "единства", которое пытаются навязать российским мусульманам внешние силы, крайне важно как в нынешней ситуации, так и в том случае, если устранение авторитарного режима позволит им решать эти вопросы самим.

Насколько объективно едины все мусульмане России по отношению к основным факторам, порождающим единство или разобщенность?

Например, политически – насколько единодушная позиция всех официальных мусульманских организаций в поддержку существующей власти отражает позицию всех мусульман страны?

Я бы сказал, что среди мусульман России существует три основных позиции по отношению к политической системе Путина.

Первая – это ее активная (применительно к номенклатуре) и пассивная (применительно к массам) поддержка достаточно архаичным населением национальных республик. Среди этой категории преобладают как непрактикующие этнические мусульмане, у которых исламская идентификация причудливо совмещается с культом Великой Державы и "крепкой руки", так и часть тех, кто относит себя к "традиционному" исламу, который мы постараемся разобрать в отдельной публикации.

Вторая – это ее полная противоположность, представленная антисистемно настроенными практикующими мусульманами, главным образом принадлежащими к салафитскому направлению и группам вроде Хизб ут-Тахрир, Таблиг Джамаат и т.д. Приверженцы этих групп являются противниками не только существующей власти, но и в принципе рассматривают любую неисламскую государственность как чуждую и даже враждебную. Отличительной чертой их электорального поведения является идейное отрицание выборов с противопоставлением им антисистемного протеста, будь то вооруженная борьба или просто жесткий бойкот.

Наконец, третья – это мусульмане, имеющие активную исламскую позицию, но при этом хорошо интегрированные в модернизированную среду российских горожан, которая с подачи Белковского определяется сегодня как РОГ ("русские образованные горожане"). Этой группе мусульман свойственно стремление к защите своих идентичности и прав в рамках институтов российского гражданского общества, не ассоциируя себя с властью, с одной стороны, и с вооруженным или антигосударственным сопротивлением, с другой.

В этом смысле интересны результаты голосования за допущенных к выборам кандидатов в президенты РФ на сайте "Ансар.Ру", являющемся одним из маяков для данной группы российских мусульман: Владимир Путин получил всего 34 % голосов против 80-90 %, рисуемых за него обычно в "мусульманских республиках", а Михаил Прохоров – 26 %, Сергей Миронов – 20 %, а против всех и за бойкот в общей сложности – 15 %.

Естественно, что сам характер нынешней системы признает "право голоса" от имени и по поручению всех мусульман России только за первой категорией, предполагая жесткое подавление второй и молчаливое игнорирование третьей категорий. Но что будет в том случае, если на место "суверенной демократии" рано или поздно придет обычная для большинства развитых стран демократия либеральная, в которой различные общественные и религиозные группы и выразители их интересов сами могут озвучивать свою позицию, вместо того чтобы выслушивать вещающих от их имени назначенцев?

В этом случае при наличии такового разнобоя в столь принципиальном вопросе политическим силам российского общества придется вступать в диалог с различными группами мусульман, а власть, представляющая интересы всего государства, а не одной партии, сможет вести диалог с мусульманами только на платформе конференций, собирающих различные ассоциации мусульман для обсуждения общих проблем.

Вторым фактором, объединяющим или разобщающим мусульман в наше время, являются их теологические платформы. В условно суннитской части уммы в России таковых можно выделить главным образом три: традиционалистскую, салафитскую и центристскую (ихвановскую, или васатистскую).

Две первые в общероссийском масштабе официально, по сути, никем не представлены, хотя существуют их неформальные объединения и образовательные проекты. Те же салафиты могут проникать в те или иные официальные структуры только в личном качестве, но возможности создать открытой ассоциации своих последователей не имеют, хотя это и одно из наиболее массовых течений среди практикующих мусульман в России. Более парадоксальна ситуация с традиционалистами – формально существуют целые духовные управления, выступающие с позиций защиты традиционалистских принципов (мазхабности, калама и суфизма), однако на поверку оказывается, что все они своим якобы традиционализмом маскируют обычный сервилизм по отношению к государству и власти, что категорически неприемлемо для подлинных традиционалистов.

Васатистская ("умеренная") линия, хотя и имеет в России свои первые опорные точки, пока подвисает в воздухе – центризм по определению предполагает наличие двух радикальных флангов и попытку наведения между ними мостов, что в принципе малопродуктивно в условиях, когда они лишены и субъектности, и права голоса.

Схожая ситуация и с шиитами – хотя мусульмане России исторически являются суннитами, шииты в России есть и даже проявляют некоторую активность. К чему приводят попытки заретушировать ее под монолитное "единство российских мусульман"? Например, в свое время Совет муфтиев России выступил против планов строительства в Москве шиитской мечети. Казалось бы, эта позиция была продиктована защитой суннитов от шиитского прозелитизма, но чем это обернулось на практике? Лишенные возможности иметь свое культовое помещение, шииты развернули активность в Соборной мечети Москвы, конфликты с ними неоднократно возникали и в других мечетях. Разве не было бы более разумно дать возможность как им, так и другим теологическим направлениям российских мусульман создать свои площадки, не предполагающие активной демонстрации в них своих взглядов представителями конфликтующих с ними течений?

То же касается и национального вопроса – как бы его ни пытались замалчивать, но очевидно, что, плохо ли это, хорошо ли, но он есть, и простым игнорированием его не решить. Если пять лет назад это были главным образом конфликты между татарскими имамами и кавказскими джамаатами, то сегодня в крупных городах зачастую наблюдается уже проблема отчуждения между преобладающим вахтово-гостевым контингентом гастарбайтеров и более укорененными местными сообществами. Кавказское землячество годами ставило вопрос о строительстве в Москве мечети, ориентированной главным образом на кавказцев, однако дальше нескольких арендованных помещений продвинуться им так и не удалось. Причина, по-видимому, та же, что и в случае с препятствиями строительству шиитской мечети – не надо разрушать монолитное "единство", даже если на практике это единство оборачивается взаимной отчужденностью, парализующей любую активность.

На Западе свободно существуют мечети не только суфийские, салафитские, ихвановские, таблиговские и представляющие другие теологические лагеря. В любом крупном городе Германии спокойно можно найти исламские центры турок, боснийцев, албанцев и арабов – та же картина существует во многих других западных странах, где представлены и смешанные, интернациональные, и более национально ориентированные исламские центры и мечети. В России вместо всего этого многообразия культивируется "единство", причем все расхождения сводятся лишь к тому, "под кем" быть этому единству и кто в нем будет главным, как в старом анекдоте про русских патриотов: "Первое, надо спасать Россию, второе – спасать Россию буду я".

В итоге мы имеем аморфное мусульманское даже не сообщество, а население, с несовпадающими устремлениями и с массой внутренних противоречий, которые от их замалчивания никуда не исчезают. Зато при этом мы не имеем тех действительно способных консолидировать вокруг себя мусульман структур, которые могут быть созданы только добровольно, идейными единомышленниками, а не по разнарядке сверху.

Поэтому как только жизнь российских мусульман перестанет строиться "по разнарядке", можно будет ожидать появления не только площадок объективно существующих теологических и культурно-лингвистических групп, но и соответствующих общероссийских исламских структур.

Во-первых, это ассоциации исламских ученых и студентов (Дар уль-улюм), объединяющие тех, кто стоит на совместимых позициях.

Во-вторых, это общины прихожан мечетей и советы (шура), объединяющие представителей исламских организаций и авторитетных людей на низовом уровне населенных пунктов (городов, районов, регионов).

В-третьих, что касается нынешних Духовных управлений мусульман, то они могли бы эффективно существовать и дальше, реформировавшись в хозяйственные управления мусульман, то есть организации, осуществляющие уход за религиозной инфраструктурой (мечети, медресе, кладбища, халяльные бойни и т.д.).

В-четвертых, профильные организации - правозащитные, профсоюзные, медийные и т.д. - могли бы эффективно объединять мусульман поверх теологических и культурно-лингвистических признаков – вокруг общих интересов, проектов и дел.

Что же касается заклинаний о необходимости как можно большего единства, сплочения и т.п., то если уж говорить совсем откровенно, оно необходимо только для ответа на общие вызовы и защиты общих интересов, так как во всем остальном отдельные организации и сообщества прекрасно могут развиваться самостоятельно. Но вот как раз в том, для чего нужны эти "единство" и "сплоченность", толку от призывающих к нему официальных деятелей пока немного, если даже во время предвыборной встречи с кандидатом в президенты они говорят не о насущных проблемам мусульман, а о своих корпоративных проблемах.

Как мы уже писали ранее на Портале, куда эффективнее в этом смысле была бы мобилизация мусульманских избирателей через Съезд мусульманских выборщиков в рамках предвыборных кампаний (праймериз). В этом случае партии и кандидаты, претендующие на голоса избирателей-мусульман, были бы вынуждены выходить на них с адресными предложениями, что дало бы последним возможность сравнивать их программы, исходя из своих интересов. Однако в условиях такой конкуренции результаты выборов по мусульманским регионам, скорее всего, были бы ближе к приведенным выше результатам опроса на сайте "Ансар.Ру", чем к продемонстрированным официальным итогам последних парламентских и президентских выборов. Поэтому не приходится сомневаться, что обслуживающие интересы власти духовные управления именно этому будут из всех сил препятствовать.

Автор: Вадим Сидоров

Комментарии 0