Политика

Дело Ходорковского — политическое

«У нас, по-моему, политических заключенных нет, слава богу, хотя все время говорят об этом, не называя фамилий», — сказал кандидат в президенты РФ премьер Владимир Путин. «Хотя бы показали хоть одного человека, который сидит по политическим соображениям», — добавил премьер. Показываем

Еще в конце декабря Совет при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека подготовил доклад «о результатах общественной правовой экспертизы по делу М.Б. Ходорковского и П.Л. Лебедева (так называемое «второе дело ЮКОСА»)». Свою экспертизу по делу в качестве специалиста в области экономики и корпоративного управления представил и ректор Российской экономической школы профессор Сергей Гуриев.

«Получив предложение принять участие в независимом общественном экспертном анализе документов по уголовному делу Ходорковского М.Б. и Лебедева П.Л., завершившемуся вынесением обвинительного приговора, который был оглашен 27.12.2010 года (далее — «Приговор»), я внимательно изучил официальный текст Приговора, а также другие относящиеся к делу материалы, находящиеся в открытом доступе.

Я готов подтвердить
под присягой

Я не являюсь специалистом в области юриспруденции; моя изложенная ниже позиция основана на моих знаниях в области экономической науки и корпоративного управления. Я готов подтвердить нижеизложенную позицию под присягой. Я уверен, что мою точку зрения поддержит каждый эксперт, разбирающийся в современной экономической науке.

Я подтверждаю, что у меня нет никакого конфликта интересов в отношении НК «ЮКОС», группы «МЕНАТЕП» или аффилированных компаний. Анализируя относящиеся к делу материалы, я не принимал во внимание ни политические соображения, ни вопросы «избирательности» правосудия, ни мои личные политические или иные пристрастия.

Результаты моего анализа Приговора, а также других относящихся к делу материалов, находящихся в открытом доступе, таковы.

1. Описываемый в Приговоре процесс построения и функционирования НК «ЮКОС» сам по себе не является доказательством противоправных действий ее руководителей. Все крупнейшие нефтяные компании (как российские, так и зарубежные) являются вертикально-интегрированными. Это обусловлено целым рядом факторов, анализируемых в современных экономических исследованиях, — в первую очередь необходимостью создания и регулирования стимулов к инвестициям на различных стадиях производственной цепочки. Безусловно, функционирование в режиме вертикальной интеграции не имеет никакого отношения к нарушению закона. Как и у НК «ЮКОС», у большинства вертикально-интегрированных компаний есть добывающее подразделение (Exploration and Production) и перерабатывающее/розничное (Refinery and Marketing). Использование офшорных компаний для торговли нефтью и нефтепродуктами также является скорее нормой, чем исключением — как в России, так и за рубежом.

2. Внутри вертикально-интегрированных компаний торговля неизбежно происходит по трансфертным ценам. Установление заниженных трансфертных цен действительно нарушает права акционеров. Если трансфертные цены занижены по сравнению с рыночными (если таковые можно определить), страдают акционеры добывающих подразделений, если завышены — страдают акционеры перерабатывающих. При этом, если имеет место полная вертикальная интеграция (то есть и добывающими, и обрабатывающими подразделениями владеют одни и те же акционеры), трансфертные цены не имеют значения. Хотя занижение трансфертных цен на первый взгляд наносит ущерб добывающему подразделению, оно не наносит никакого вреда его акционерам* * Это разъясняется дополнительно в п. 5. заключения. — Прим. эксп.  — и в этом смысле отличие трансфертных цен от рыночных по определению не является хищением. При этом существует целый ряд факторов, которые могут обусловить назначение трансфертных цен как выше, так и ниже рыночных — это связано с созданием стимулов к инвестициям в добывающих и перерабатывающих подразделениях.

3. Впрочем, само определение рыночных цен и, следовательно, заниженности или завышенности трансфертных цен не всегда возможно. В частности, это особенно проблематично в рассматриваемом случае вертикально-интегрированных нефтяных компаний в России. Хотя Приговор неоднократно сравнивает данные трансфертные цены с рыночными, данное сравнение не вполне корректно: рыночные цены устанавливаются на внешнем рынке, в то время как трансфертные цены — это цены продажи добывающими подразделениями внутри страны. При этом рыночные цены на нефть внутри России не просто ниже, чем в Роттердаме или на Средиземном море, — внутрироссийские рыночные цены не существуют. Дело в том, что крупнейшие российские нефтяные компании являются вертикально-интегрированными, поэтому в России отсутствует ликвидный внутренний рынок нефти* * В отсутствие ликвидного рынка рыночные цены трудно определить. Несовершенным индикатором цен на российскую нефть является цена REBCO (Russian Export Blend Crude Oil) по котировкам Нью-Йоркской товарной биржи (NYMEX) — по контрактам с поставками в Новороссийске. Но эти котировки начали определяться только с 2006 г. (Также с 2006 г. начали котироваться и фьючерсные контракты на нефть Urals на бирже RTS). — Прим. эксп. . В Приговоре и других материалах отсутствует обоснование оценки уровня заниженности трансфертных цен.

Подсудимые уже были осуждены по этим обвинениям в 2005 году и не могут преследоваться судом за эти же
правонарушения во второй раз


4. Тем не менее, если предположить, что трансфертные цены были занижены и что вертикальная интеграция была неполной, то есть у добывающих подразделений были внешние акционеры, которые не были представлены в перерабатывающих/розничных подразделениях, то занижение трансфертных цен действительно наносило ущерб данным акционерам. В этом случае дело должно рассматриваться по иску пострадавших внешних акционеров и классифицироваться как неправомерные сделки с аффилированными лицами и нарушение прав миноритарных акционеров* * Такое обвинение не предъявлялось. — Прим. сост. , а не как «хищение нефти». По всей видимости (если принять установленные в Приговоре оценки рыночных цен), именно такие нарушения осуществлялись в отношении миноритарных акционеров ОАО «Томскнефть» ВНК (в том числе в отношении упоминаемых в Приговоре «Кроуфорд Холдинг Лимитед», «Асирота Лимитед» и «Кармиком Лимитед»). Безусловно, данные действия мажоритарных акционеров ОАО «Томскнефть» ВНК (включая руководителей Group Menatep Limited) нанесли материальный ущерб миноритарным акционерам.

5. С другой стороны, в случае полной вертикальной интеграции (когда добывающие подразделения полностью принадлежат головной компании или когда одни и те же акционеры владеют и добывающими, и перерабатывающими подразделениями) вышеизложенный аргумент теряет силу. Хотя, как указано в Приговоре, добывающие подразделения НК «ЮКОС» продавали нефть по ценам ниже рыночных, это само по себе не наносило ущерба их акционерам, так как они получали соответствующий доход в качестве акционеров перерабатывающих и розничных подразделений вертикально-интегрированной компании. Это в полной мере относится к ОАО «Юганскнефтегаз» и ОАО «Самаранефтегаз», которые были дочерними компаниями НК «ЮКОС».
24_490.jpg
6. Вполне возможно, что использование заниженных трансфертных цен использовалось руководителями НК «ЮКОС» для снижения совокупного налогового бремени НК «ЮКОС». Однако даже если такие действия и были противоправными, подсудимые уже были осуждены по этим обвинениям в 2005 году и не могут преследоваться судом за эти же правонарушения во второй раз.

7. Все упомянутые в Приговоре правонарушения в отношении ОАО «Томскнефть» ВНК (см. п. 4) имели место до 2000 года включительно. Следовательно, в их отношении истек 10-летний срок давности. Следует отметить, что Постановление о прекращении уголовного дела М.Б. Ходорковского и П.Л. Лебедева в части ВНК учитывает этот факт и освобождает подсудимых от ответственности по обвинениям в присвоении акций ВНК. Аналогичным образом подсудимые должны быть освобождены от ответственности и по обвинениям в «хищении» имущества миноритарных акционеров ОАО «Томскнефть» ВНК.

Итак, я могу утверждать следующее: за исключением эпизода с нарушением прав миноритарных акционеров ОАО «Томскнефть» ВНК (см. п. 4 выше), текст Приговора не содержит убедительных доказательств вины подсудимых. В остальном описанные в Приговоре действия являются нормальной практикой ведения бизнеса вертикально-интегрированной компании в рыночной экономике. Впрочем, и в случае обвинений в хищении имущества ОАО «Томскнефть» ВНК подсудимые заслуживают освобождения от ответственности в связи с истечением 10-летнего срока давности.

Автор: Гуриев Сергей

Комментарии 0