Среда обитания

Блок-пост отчуждения

Вмешательство глав Ингушетии и Северной Осетии помогло предотвратить обострение межнациональных отношений из-за бытовой ссоры на границе.

Граница между каждым регионом Северного Кавказа – это некая линия отчуждения между республиками и народами. На каждом блок-посту, расположенном по этим границам, ломаются судьбы, пропадают люди, перекачиваются огромные денежные потоки. Стычки и провокации на них происходят практически ежедневно.

Весьма показательным в этом отношении является случай, произошедший на выезде из Назрани в сторону Северной Осетии, на перекрестке «Камаз-Центр». Эта история вызвала большой резонанс и в Ингушетии, и в Северной Осетии. Дело дошло до вмешательства в ситуацию глав обеих республик.

 

Причем этот случай является показательным и в том, как бытовая стычка представителей различных национальностей может начать подогревать старые национальные обиды. А началось все с того, что 28 декабря прошлого года сотрудники ингушского блок-поста ДПС на выезде из Назрани остановили грузовую «Газель». Ее водитель Артур Сидаков направлялся домой, во Владикавказ, после доставки груза.

Его обвинили в нарушении правил дорожного движения (он проехал знак, предписывающий остановку - М.Т.). Дальнейшее разбирательство закончилось для водителя избиением сотрудниками ДПС, заключением под стражу на 1,5 месяца в изолятор временного содержания и перспективой получить срок до 5 лет лишения свободы.

10 февраля, Артуру Сидакову изменили меру пресечения на подписку о невыезде и он был передан сотрудниками силовых структур Ингушетии его родителям. Это событие сняло межнациональный накал вокруг данного инцидента в информационном пространстве. Подобное стало возможным благодаря усилиям Глав двух республик Таймураза Мамсурова и Юнус-Бека Евкурова.

Государство в государстве

Стандартная процедура проезда через административные границы между различными субъектами в СКФО в среднем занимает порядка 30 минут. Здесь каждый пост ДПС – является блок-постом. А функция каждого такого блок-поста не только правоохранительная. Она в огромной степени и фискальная.

Водителей заставляют выйти из машины, открыть багажник, заглядывают под сидение… Если за это время водитель не сообразит, как сократить время такого тесного общения, то его попросят еще и пройти на блок-пост, чтобы зарегистрироваться. Процедура заключается в том, чтобы сообщить сотруднику поста, который производит соответствующую запись в регистрационном журнале: «кто», «откуда», «зачем» и «насколько едешь»?

Способ избежать всего этого очень прост. Тут действует негласный прейскурант: частник, как и таксист -100 руб, водитель маршрутки, совершающий несколько рейсов в день – 50 руб, водитель грузового такси – 200 руб и т.д. Причем плата взимается в обе стороны. Водители очень часто идут на это, чтобы избежать потери времени, которое стоит гораздо дороже.

Плата освобождает от досмотра и регистрации. А там вези хоть оружие, хоть отряд террористов, как это было в 2004 году в Беслане. Заплатил по установленному тарифу и герой нашего расследования, только в одну сторону. «Несообразительность», по пути обратно, стала причиной того, о чем пойдет речь ниже

Досье

Сидаков Артур Казбекович, 1986 г.рождения, уроженец г.Владикавказ, РСО-Алания. По-национальности – осетин. Образование – высшее. В настоящее время работает в сфере грузоперевозок, водителем грузового такси. Ранее не судим. К административной ответственности не привлекался. Артура обвиняют по ст.318, ч.1 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти – М.Т.)

Злосчастный перекресток

В тот день Артур осуществлял доставку кровельных материалов заказчику из Ингушетии. На обратном пути, пересекая перекресток, на выезде из Назрани не остановился на запрещающий знак, который стоит прямо на перекрестке, и продолжил движение. Его остановил сотрудник ДПС.

- Я проехал вперед, чтобы не создавать аварийную ситуацию. С учетом того, что на меня справа неслась машина, а знак «полная остановка» был прямо на перекрестке, я проехал вперед, не остановившись на знак, - рассказывает Артур, - при этом таким же образом поступали все водители, однако остановили в этот момент лишь меня, наверное, из-за региона.

С его слов, сотрудник ДПС забрал у него документы и попросил проследовать за ним на пост. Когда Артур подошел, внутри уже составляли протокол. Как он утверждает, попытка объяснить, что он не остановился, чтобы избежать столкновения с машиной, находившейся справа, просто игнорировалась.

- Я понял, что спорить бесполезно, не стал возражать против составления протокола, а сам решил произвести фото и видеофиксацию места, где установлен знак, на телефон, чтобы в дальнейшем опротестовать протокол о нарушении, - рассказывает Артур.

-После того, как я произведя съемку подошел обратно к посту ДПС, Башир Баркинхоев потребовал у меня телефон в грубой форме, но без оскорблений, - говорит Артур.

Сидакова попросили зайти на пост, но он отказался, опасаясь противозаконных действий по отношению к себе.

-Тогда он схватил меня за шиворот и попытался силою затащить в помещение, - говорит Артур, - при этом я сопротивлялся. Тогда они завели меня за бетонные блоки, где один сотрудник меня держал, чтобы я не сопротивлялся. Его звали Адам. А Баркинхоев стал наносить мне удары по лицу, по туловищу, целенаправленно бил ногой в пах несколько раз.

Я пытался его вразумить и пристыдить, что он мне годится в отцы и пользуется тем, что он в погонах, и я не могу ответить. И так низко себя ведет. На что Баркинхоев ответил: «Если бы я не был сейчас в погонах, я бы тебя убил и закопал, что тебя никто бы не нашел».

- Я сказал, что сниму побои и обращусь в прокуратуру. После этого он начал душить меня воротником кофты. Я пытался вырваться, держался за какой-то выступ от бетонных блоков, но Баркинхоев схватил меня за кадык, от чего у меня в глазах потемнело. Я начал кричать: «Люди, помогите!». После этого меня начали бить еще сильнее.

Со слов Артура, на его крик подбежали 2 человека, один в гражданке, второй сотрудник. Его завели в помещение поста. Башир наносил удары, а Артур пытался его образумить, призывая успокоиться. Затем сотрудники вызвали наряд. Приехало 4 человека с автоматами во главе с капитаном, а до них подъехал старший лейтенант.

- Баркинхоев говорил с ними на-ингушском, потому я не понимал о чем речь, - вспоминает Артур, - Меня доставили в ГОВД Назрани. В отделе завели в комнату, заставили вывернуть карманы, там было очень много сотрудников. Начали составлять протокол задержания. На мою просьбу дать мне бумагу и ручку для того, чтобы написать заявление мне ответили отказом

После этого Артура спустили в подвал, в камеру, где он просидел более суток. Охранники ему рассказали, что Баркинхоев написал заявление, обвинив его в нападении  и избиении 4-х сотрудников ДПС. И что все эти действия Сидаков производил, выкрикивая слова ненависти и вспоминая осетино-ингушский конфликт 92 года.

Очевидно, Баркинхоев не успел сосчитать, что Сидакову на момент событий 92 года было 6 лет, и у него отсутствуют любые воспоминания об этой трагической дате.

Процессуальные действия в непроцессуальных условиях

Все это время с 28 по 30 декабря до позднего вечера все допросы, очные ставки производились без присутствия представителя защиты. Адвоката предоставили лишь 30-го вечером. 31 декабря была избрана мера пресечения в отношении Сидакова – арест.

Родителям видеть Артура не позволили, да и узнали они о его аресте от одного из сотрудников, который по просьбе Артура позвонил им 28-го вечером. Официальное же уведомление о задержании своего сына Сидаковы получили по почте, аж 20-го января.

Баркинхоев в тот же день снял с себя побои. Из медзаключения следует, что у него повреждены мягкие ткани нижней челюсти без вреда для здоровья, на руке глубокая ссадина. Из показаний, которые дал Башир Баркинхоев следует, что конфликт возник с самого начала, и что Сидаков был возмущен тем, что его остановили.

Далее из показаний Баркинхоева следует, что Сидаков совершенно неожиданно нанес ему удар правой рукой в челюсть, после которого он, чуть было не потерял сознание. Из показаний Баркинхоева также следует, что Сидаков пытался сломать ему палец, после чего Сидакова скрутили.

Каким образом Сидаков, при росте 170 см и весе в 63 кг смог в одиночку избить 4-х сотрудников полиции, каждый из которых был весом от 85 до 100 кг, правоохранители не поясняют. Самого Сидакова повезли на медосвидетельствование 30 декабря. Судмедэксперт его не осматривал. Осмотр провели сотрудники медучреждения. Осмотрели до пояса, очень поверхностно.

На вопрос: «Где побили Сидакова» следствие не отвечает. Баркинхоев от подобных обвинений в свой адрес отказывается и говорит, что не прикасался к Сидакову. При этом следственные действия не проводились, хотя назначались несколько раз.

Круиз по застенкам

Все это время Сидакова перевозили из отдела в отдел. Так с 29 декабря по 5 января его держали в ИВС Назрановского ГОВД, затем 5 января перевезли в ИВС г. Малгобек, где он находился до 12 января.

С 12-го по 17-е его отвезли в СИЗО г. Грозный, затем снова вернули в Малгобек, затем в станицу Слепцовская и последний раз в ИВС г. Карабулак, где он пробыл около 4-х дней, после чего его выпустили под подписку о невыезде.

Необходимость в такой «турпоездке» непонятна и последнему адвокату Ахмеду Гадиеву. За все это время он уже третий адвокат, которого прикрепляют к Сидакову на общественных началах. Он приступил к защите Сидакова спустя десять дней, после его задержания.

На вопрос допускает ли он, что Сидаков мог избить сотрудников ДПС, Гадиев ответил: «Если давать визуальную оценку, то Артур худощавый, весит 63 кг. А против него 4 сотрудника ростом 185-190 см, весом под 100 кг каждый. Даже если и предположить, что Артур мог один раз ударить, но он не создает впечатление глупого человека. Он понимал, что находится на посту, сотрудники в форме, с автоматами. Он не мог так поступить»

- Кроме того, - продолжает адвокат, - ему было предложено подписать признательные показания и уехать под подписку. Это было в Слепцовской, когда мы приехали туда с его отцом. Но он отказался, так как считает себя невиновным. Я убежден, что это позиция невиновного человека.

-Мы подавали ходатайство на выемку записи с камер наблюдения с поста ДПС на котором произошел инцидент. На запрос следствия пришел ответ, что камера в этот момент не работала. Наличие такой записи могло бы легко определить обвиняемого и потерпевшего, - заключает адвокат Сидакова

- Во время содержания в различных ИВС Ингушетии и грозненском СИЗО мои права не нарушались, ни со стороны сотрудников, ни со стороны заключенных, - говорит Артур. Ощущалась моральная поддержка, сотрудники были готовы даже материально поддержать, спрашивали, нужно ли мне что-либо купить? Все понимали, что дело в отношении меня сфабриковано.

Твит на объединение

Около недели назад Интернет-пользователи LiveJournal, Twitter и социальных сетей организовали флэшмоб в адрес Глав Республик Ингушетии и Северной Осетии с вопросом о похищенной в конце 2010 года на территории села Чермен жительницы Ингушетии Залины Елхороевой. Эта акция стала ярким ростком гражданского общества на Кавказе, в которой объединились представители ингушской и осетинской национальностей.

Интернет становится площадкой, на которой консолидируются зачастую разрозненные пласты российского общества, выражая посредством этого свои требования, защищая права и становясь, таким образом, политическим механизмом, оказывающим влияние на власть.

В период проведения этой акции, в Управление коммуникациями Главы РСО-Алания, поступило обращение от жительницы г.Владикавказ Риты Сидаковой, которая обращалась к Таймуразу Мамсурову с просьбой оказать содействие в освобождении из под ареста ее сына, героя нашего материала, Артура Сидакова. Тогда обращение не было зафиксировано, а Глава РСО-Алания, Таймураз Мамсуров не был проинформирован.

Я очень надеюсь, что предложенный сотрудниками Управления пресс-службы Таймураза Мамсурова, на официальной странице в LiveJournal, ответный флэшмоб был предложен из соображений принести практическую помощь в освобождении Артура Сидакова.

Как бы там ни было, но 10 февраля осетинский журналист и блоггер Мадина Сагеева перехватила инициативу и обратилась к своей френд-ленте с просьбой поддержать акцию и попытаться оказать помощь в освобождении Артура Сидакова.

Тогда уже эта информация была доложена Главе РСО-Алания Таймуразу Мамсурову, который связавшись со своим ингушским коллегой Юнус-Беком Евкуровым попросил обратить внимание на дело Сидакова. Вечером того же дня Сидаков был выпущен под подписку о невыезде. Следствие передало материалы в суд. Судебное заседание назначено на 28 февраля.

Беззащитная полиция

В последнее время, работники МВД различных республик Северного Кавказа все чаще подвергаются избиениям. Причем на вооруженных сотрудников различных отделов в разы превышающих по количеству численность нападающих покушаются все чаще самоотверженные «энтузиасты-одиночки». Вроде Артура Сидакова, который «избил» сотрудника МВД Ингушетии Башира Баркинхоева и трех его коллег.

До этого начальник РОВД г.Карабулак Назир Гулиев и его заместитель Ильез Нальгиев были «жестоко избиты» худощавым чеченским парнем Зелимханом Читиговым, который над ними надругался и унизил. Очевидно, совершал он это в перерывах между нечеловеческими пытками и издевательствами, которыми два этих высокопоставленных оборотня в погонах истязали молодого парня, отца троих младенцев, в течении четырех суток заставляя его взять на себя преступления, которые он не совершал.

Кавказским общественникам остается надеяться на то, что дело Баркинхоева будет также взято под личный контроль Главой Ингушетии Юнус-Беком Евкуровым. Иначе жестокий, но все же бытовой инцидент, грозит послужить осложнению и без того непростых отношений между двумя соседними народами.

Автор: Maga_rso

Комментарии 0