Среда обитания

Хроники отверженных

Религиозную среду Северной Осетии сотрясают жесточайшие удары. Последние массовые аресты мусульман в этой северокавказской республике заставляют обратить более пристальное внимание на происходящие здесь процессы.

 Осуществленная в начале лета 2011 года полицейская провокация в отношении владикавказской общины мусульман вскрывает глубокий кризис государства на Северном Кавказе, усугубляющееся отчуждение власти от общества и усиление уровня недоверия населения к правоохранительной системе страны.

 

Этапы сложного пути

Осетинское общество знакомо с исламской традицией с XVI века. Сложности и трения между общинами верующих различных конфессий у осетин были всегда, как был и период фактического доминирования ислама в Осетии. Усиливающееся влияние царской России на Северном Кавказе поставило мусульманскую общину Осетии в новые условия.

Кровопролитная Кавказская война, кульминацией которой стало мухаджирство (переселение) значительной части мусульманской общественности и, в первую очередь, носителей знаний, мусульманской интеллигенции в Турцию, Сирию и Иорданию, сильно ослабило позиции ислама в осетинском обществе.

Период Советской власти фактически привел к исчезновению исламской, как и любой другой религиозной жизни в обществе, и свел все на уровень отправления ритуального культа. После краха Советского Союза в республике началось возрождение всех религиозных общин, претендующих на то, чтобы восстановить дореволюционный паритет, исторически сложившийся в осетинском обществе между православием, исламом и традиционными языческими культами.

Но конфликты и проблемы, с которыми столкнулась современная мусульманская община Осетии в постсоветский период, возникли в условиях стремительного роста самосознания мусульманской части осетинского общества, опережающего те же процессы в иных религиозных общинах.

Начало испытаний

На этом фоне мусульманская община Осетии, начиная примерно с середины 90-х годов XX века, начала сталкиваться с необъяснимыми провокациями в свой адрес. Обратимся к фактам. В 1996 году после возвращения исторической мечети Владикавказа Духовному управлению мусульман происходит взрыв у ее южной стены.

Инцидент случился в один из дней месяца Рамадан, в вечернее время, когда на коллективную молитву собирается большое количество верующих. По счастливой случайности никто не пострадал, так как взрыв произошел уже после совершения коллективной молитвы, когда мечеть была практически пуста.

2004 год. Страшный теракт в Беслане, унесший жизни 334 человек, большинство из которых были детьми, еще далекими от конфликтов, раздуваемых поколением их отцов. Исламская община Осетии фактически была поставлена в республике «вне закона».

В этот период мусульманская община республики пережила на себе все «прелести» запредельного уровня исламофобии, как со стороны властей, так и со стороны общества, СМИ и даже бизнес-структур. К примеру, осетинский провайдер «Alanianet» в этот период удаляет со своего сервера сайт и форум исламской газеты «Да’уа», которой эта структура предоставляла услуги хостинга.

Подбросы в мечети

Враги Осетии и мусульманской общины республики, в частности, предпринимали одну попытку за другой расколоть осетинское общество по конфессиональному признаку на «друзей и врагов». В цепи этих событий стояла и попытка строительства на месте теракта в Беслане церкви и усиленное лоббирование этой идеи руководством владикавказской и ставропольской епархии РПЦ.

Следующий факт связан с началом реставрации мечети города Беслана. На третий день начала работ во дворе мечети находят подброшенные ночью патроны и взрывчатку. Муфтий РСО-Алания Али-хаджи Евтеев созвал тогда экстренный совет Духовного управления.

По его результатам было принято обращение к руководству республики и силовых структур с требованием найти и привлечь к ответственности совершивших данную провокацию. Но столь срочная реакция на произошедшее со стороны муфтията не пришлась по вкусу местному руководству УФСБ по РСО-Алания.

Ведь теперь ход событий был переигран в пользу мусульман и, судя по всему, такой оборот дел кого-то не устраивал. Еще удивительнее это выглядит в свете того, что начало реконструкции бесланской мечети было инициировано самим главой республики – Таймуразом Мамсуровым.

Кроме того, к восстановлению мечети в качестве генподрядчика была привлечена аффилированная с властями структура. Даже более того, восстанавливаемый объект охранялся представителями структур близких к главе республики. Таким образом, на этом этапе сами мусульмане не имели никакого отношения к восстановительным работам.

Следующий факт. Октябрь 2011 года, начало реставрации мечети селения Эльхотова. И тут же здесь взрывается граната, брошенная внутрь мечети. Как и в предыдущих случаях, виновных никто не ищет, и наказывать не собирается.

Информационные атаки

Чуть ранее житель одного из селений Куртатинского ущелья решает возвести минарет на собственном участке. В ответ на это была организована молниеносная протестная акция общественности с требованием снести минарет.

Причем инициаторами и заводилами этой акции выступили некие неопознанные лица, выдававшие себя за местных жителей. Данная общественная «спецоперация» против минарета была поддержана шквалом статей в осетинских СМИ, направленных против местной мусульманской общины.

До сих пор не утихли страсти и по недавнему «свержению» молодого муфтия Али-хаджи Евтеева. Напомним, он возглавил Духовное управление мусульман Осетии и за короткий промежуток времени у руля мусульманской общины сумел консолидировать все ее разрозненные группы.

Ему удалось наладить системное изучение верующими основ ислама и направить энергию молодых мусульман в созидательное русло. Все это способствовало мирному процессу в республике и интеграции мусульман в осетинское общество.

Моздокские расстрелы

Несколькими годами ранее провокации были совершены в отношении отдельных членов владикавказской, моздокской и заманкульской общин мусульман. Так, в 2010 году в Моздоке прямо у здания районного отдела ФСБ расстрелян пожилой мусульманин Юнус Умаров.

По странному стечению обстоятельств, именно в это время «не работали» камеры наружного наблюдения. И, конечно же, в самом здании ФСБ дежурные сотрудники не слышали выстрелов автоматных очередей, которые буквально изрешетили пожилого человека. Преступников до сих пор никто не ищет и это при том, что численность жителей Моздока составляет всего-навсего 40 тысяч человек.

В 2009 году в этом же городе на центральной улице был расстрелян из автомата прихожанин Моздокской мечети Айдаров Адильби, который вместе с друзьями мирно шел по улице. Убийство было совершено неопознанными вооруженными людьми, подъехавшими на автомобиле УАЗ без опознавательных знаков, но удивительно смахивающем на машины спецназначения.

Как и в предыдущих случаях, сотрудники спецслужб лишь пожимают плечами: «Лиц причастных к убийству юноши установить не удалось». И это в городе, где число прикомандированных сотрудников спецслужб, внутренних войск и дислоцирующихся здесь спецподразделений, ведущих контртеррористическую операцию в соседних с Северной Осетией регионах, приближается к числу самих местных жителей Моздока.

Чуть позже прихожанину Моздокской мечети Хаджимурату Темирову подкидывают наркотики. Причем происходит это в здании Военкомата, куда его вызвали повесткой для медосвидетельствования.

Возможно, читатель не сталкивался с подобной ситуацией, когда бы в военкомате проверяли не только состояние здоровья будущего солдата, но и содержимое его карманов. Но подобным здесь никого удивить уже нельзя. Темиров сегодня отбывает 3 года в колонии общего режима.

Мы вынуждены в данном материале подробно останавливаться на событиях именно в Моздокском районе ввиду показательности происходящих здесь процессов. Тут имеет место четкое размежевание жителей по национальному и конфессиональному признаку, обусловленное этнической конкуренцией за доминирование в различных сферах общественной и политической жизни района и города.

Наибольшие по составу общины представлены конкурирующими за влияние осетинами, кумыками и чеченцами. Кроме того, распространение ислама в Моздокском районе воспринимается осетинами, как инструмент идеологической экспансии со стороны мусульман и претензий на доминирование над остальными этническими группами, проживающими здесь.

Крутой поворот

Ситуация в районе кардинально отличается от того же Владикавказа, где более ста национальностей проживают в одном городе и успешно интегрированы в североосетинское общество.

Исключительным случаем для Владикавказа и его пригорода могут быть названы представители ингушской общины. С ингушами у местных осетин около 20 лет назад случился жестокий территориальный конфликт.

Кульминацией этих разрушительных процессов внутри североосетинского общества стало чудовищное убийство, произошедшее в конце весны 2011 года. Тогда 26 мая на окраине города Владикавказ был найден обезглавленный труп декана Северо-Осетинского Университета, известного осетинского поэта Шамиля Джигкаева.

Убитый получил широкую известность среди мусульманского населения Северного Кавказа после опубликования в центральном литературном издании Северной Осетии, журнале «Мах дуг» («Наше время») явно провокационного и антиисламского произведения под названием «Отправляется волчья стая в Хадж».

После этого убийства в жизни мусульманской общины Осетии и в жизни самой республики наступает совершенно новый этап…

Автор: Мухаммад Туаев

Комментарии 0