Общество

ИНТЕРВЬЮ ОБ ИСЛАМЕ И МУСУЛЬМАНАХ В РОССИИ


Ас-салям уалейкум, Нафигулла хазрат. Я представляю новое мусульманское информационное агентство "Info-Ислам", которое открылось в Казани 3 месяца назад. Хотели бы вы в связи с открытием нового медиа-ресурса сказать несколько слов нашим читателям?

Уа-алейкум ас-салям. С большим удовольствием. Появление такого сайта это большое дело. Я надеюсь, что он станет не только информационным, но и просветительским ресурсом. Дело в том, что на сегодняшний день исламское информационное поле сильно запущено и появление такого информационного агентства замечательное дело.
Вообще, развитие информационной сети для мусульманской уммы не менее важно, чем развитие сферы образования. В информационном плане мы очень отстаем от других конфессий, которые уже давно имеют свои радиотелевизионные программы, печатные и интернет издания.
Хочется пожелать вашему информационному агентству постоянства и долгих лет работы, ведь, к сожалению, многие начавшиеся интересные проекты, со временем почему-то прекращают свою работу. У кого-то пропадает интерес, а у кого-то просто не хватает денег. Ведь для развития информационной сферы необходимы как финансовые вложения, так и энтузиазм тех людей, которые за этим стоят.

И здесь мы касаемся вопроса в благотворительности…

Что касается благотворительности, то думаю, в рамках Татарстана как республики со значительным мусульманским населением положительные подвижки еще возможны. Например, Гусман хазрат Исхаков в своем выступлении на конференции по хаджу поднял жизненно важные вопросы, такие как вакф и закят, на которые испокон веков опирались и мусульманское просвещение и широкая благотворительность. Это очень важный момент, потому что Аллах, в Коране отмечая тех людей, кто будет спасен в Судный день, сказал: "Усердствуют на пути Аллаха своим имуществом и своими душами. И это лучше для вас, если бы вы только знали". Физическое и материальное участие каждого мусульманина в подобных благих делах непременно должно быть и над этим необходимо нам всем серьезно работать. Тем более это исторически характерно для нашего народа, ведь татары раньше выгодно отличались от многих народов империи, как высоким уровнем грамотности, так и активной благотворительной деятельностью. Даже Ленин в своих трудах касающихся национального вопроса отмечал, что на каждых 100 татар приходилось одно учебное заведение (мектебе или медресе), для сравнения в целом по России у русских на 1000 человек было одного учебное заведение.
Как так получалось? А потому что при каждой мечети строили медресе или мектебе. В Казани, Уфе, Тобольске, Оренбурге, Троицке были известные медресе, такие как "Хусания", "Галия", "Мухамадия", "Госмания", "Хакимия" и др. Все они в свое время были построены и содержались на деньги татарских меценатов. Кроме того, за их счет в большом количестве печатались книги. Большинство литературы напеченной на общем для нас тюркском языке издавалось в Казани, еще какая-та часть выходила в Уфе и Оренбурге. Поэтому если на современном этапе возродить вопрос меценатства, вернуть понимание его важности как усердие на пути Аллаха, то многие проблемы, стоящие перед мусульманами и их общинами снимутся.
Однако если быть откровенным, то нужно отметить, что многие бизнесмены сегодня боятся давать деньги на исламские проекты. Почему? Потому что нет гарантии, что община, которой предприниматель помогал, потом не окажется в чиновничьей опале, по причине чьего-то волевого, надуманного, а иногда не бескорыстного решения. Или, например, предприниматель даст деньги на издание книги, а потом ее, на основе заключения некомпетентных экспертов могут внести в список экстремистской литературы. В таком случае у бизнесмена, искренне желавшего помочь своим единоверцам, могут возникнуть трудноразрешимые проблемы. Ведь ни для кого не секрет, что бизнес у нас очень сильно зависит от личного отношения к нему местных чиновников. Многие из них, продолжая хранить в памяти реликты имперского сознания, воспринимают ислам не как равную, а только как терпимую религию.
Когда мне пришлось быть на экскурсии в Храме Христа Спасителя, то я обратил внимание, что в списке спонсоров его строительства десяток процентов татарских мусульманских фамилий. На проекты, которые не имеют отношения к исламу, давать деньги они не боятся. Ведь за пределами мусульманских республик, таких как Татарстан и Башкортостан предприниматели и чиновники из мусульман боятся близко подходить к мечетям. Они могут начать помогать только тогда, когда власти дадут отмашку.

Действительно, есть разница между жизнью мусульман, например, в Татарстане и других регионах России. Как то вы, после избиения в московском метро мусульманки, даже предложили создавать в крупных городах особые мусульманские кварталы. Реакция на это предложение была неоднозначная. Расскажите, пожалуйста, поподробнее какова была цель такого заявления? И как вы представляли себе эти кварталы? Может это новая форма традиционной махалли?

Одной из главных целей такого заявления было желание заострить внимание на существующей проблеме. Ведь даже руководство МВД рапортует, что ежегодно в Москве неофашисты совершают десятки убийств на национальной почве. И что нам, нашим женщинам и детям в такой ситуации остается делать? Нам людям, отличающимся по одежде, по разрезу глаз, по чертам лица от доминирующего в стране славянского населения? Наши дети каждый день спускаются в метро, наши женщины в хиджабах выходят на улицу, а там их нередко поджидают национал-фашистские группировки, которые при попустительстве органов правопорядка квалифицируются как бытовые хулиганы. Поэтому я высказался так, чтобы обратить внимание на эту острую проблему. Ведь кроме некоторых правозащитников больше никто не хочет видеть этих проблем, грозящих вылиться в крупные межнациональные конфликты. Да и правозащитники порой занимаются этими вопросами, всего лишь рассчитывая на получение какого-нибудь зарубежного гранта.
В предложенной мною идее нет ничего нового, а тем более противозаконного. Все люди хотят иметь какие-то комфортные условия для существования. Тем более если они хотят в рамках своего государства, в рамках своих же законов, создать условия для более безопасной жизни, воспитания детей, то в этом нет ничего предосудительного. Но даже это оказалось для нас невозможным и порицаемым.

Грубо говоря, вас обвинили в геттоизации?

Да, совершенно верно. И самое обидное, что меня обвинили в этом некоторые мусульманские деятели. Например, некоторые говорили: "мы не позволим создать резервации, гетто, анклавы!". Но я не говорил не о гетто, не об анклавах, не о резервациях. Видимо некоторые либо плохо владеют русским языком, что не исключено, либо сознательно в угоду кому-то усугубляют ситуацию. При этом крупные политические деятели, члены Совета Федерации более трезво рассуждали. Да, они, конечно, говорили, что мое предложение неприменимо, ведет к расслоению населения, однако они хотя бы признавали, что проблема есть и, что надо искать пути решения. Некоторые же мусульманские деятели выступили с жесткой критикой, но при этом не предложили ни каких рациональных решений. Это как раз тот случай, когда они могли бы промолчать. Тогда бы они и перед мусульманами не опозорились и себя бы в такое неудобное положение не поставили.
Я ведь, на самом деле, говорил о создании жилищных кооперативов, комплексов. В этом нет ничего нового. Сейчас Лужков собирается для иностранных рабочих из Средней Азии построить специальный городок, где они будут жить, откуда их автобусами будут увозить на стройку. При неадекватном воображении это тоже можно было бы назвать как угодно, раскритиковать. Но почему то на подобную инициативу мэра Москвы критиков среди наших мусульман не нашлось.

То есть произошла замена понятий?

При том умышленная. Проблема мусульман в том, что у нас нет твердых лидеров, которые бы боролись за права мусульман, которые четко гарантированы законами нашей страны. На самом деле, если бы в отношении мусульман просто работали те законоположения, которые сегодня имеются, то многих проблем просто не было бы. То есть вполне можно отставать свои права в рамках существующих законов.
Цель Духовных управлений - помогать мусульманам в реализации своих религиозных потребностей, защищать их нарушенные права или же просто не мешать им. Работа в Совете Муфтиев России, в некоторой степени, построена именно на таком принципе. Мы не должны заниматься ограничением инициативы мусульман, особенно молодежи или огульным осуждением обвинением мусульман, основываясь на фактах из желтой прессы. Для этого у нас в стране есть специальные органы, которые должны выявлять и доказывать, а потом обвинять, они этим занимаются, а не духовные управления или религиозные деятели.
Мы не имеем права поддерживать совершающих преступления, но мы и не должны руководствоваться принципом толпы, когда чье-то не проверенное обвинение подхватываются услужливыми лицами и тиражируется, в том числе и с трибун наших российских мечетей. Сейчас с легкостью, без участия авторов и издателей, без ведома мусульман запрещаются многие мусульманские книги и мы должны с этим легко согласиться? А завтра, может быть на основе чьей-то некомпетентной экспертизы, и Коран может, запретят? У многих наших религиозных деятелей совсем отсутствует чувство справедливости, умер дух сопротивления несправедливости, а это одно из главных качеств мусульманина. При этом под сопротивлением я имею в виду борьбу за свои религиозные, человеческие права в рамках существующих, предложенных нам законов. Я подчеркиваю - в рамках российских законов. Мы же имеем сейчас полную апатию. Конечно, какие-то визуальные успехи есть: открываются медресе, издаются книги, люди ездят в хадж, но дух ислама во многих людях ощущается слабо. Например, в хадж ежегодно едут десятки тысяч мусульман, но мусульман в наших городах не видно. В западных странах, если в городе есть 10-20 тысяч мусульман их видно на каждом шагу, там какая-та мусульманская общинная жизнь кипит. Чисто визуально кажется, что в таком, например, маленьком городе как Мальмо в Швеции мусульман больше чем в Казани. А в Казани половина населения мусульмане, а их практически не видно. Где они?

Но если пойти в Старо-татарскую слободу, где самая большая концентрация мечетей, медресе, мусульманских магазинов, то мусульмане будут попадаться на каждом шагу...

Ты хочешь сказать, что мусульмане только вокруг этой слободы должны ходить? Да, в мечетях их много, а, когда по городу ходишь, это не ощущается. А в городе ведь половина населения мусульмане! В Москве 2миллиона мусульман, но их и там не видно. Такое ощущение, что мусульман просто нет. Они ни чем не отличаются, ни поведением, ни одеждой, ни манерами общения. Мусульманин вышел за пределы мечети и его не отличишь от других. Не зря же Пророк, предостерегая от подобного, сказал, что "Тот, который подражает какому-либо народу, то он становится одним из этого народа". В этом хадисе заложен очень большой смысл. Что-то должно отличать мусульман от не мусульман, хотя бы внешне или поведением. Ведь древние булгары приняли ислам от арабских торговцев, отмечая их достойные благие качества, верность слову и справедливость. Сегодня во многом произошла перестройка повседневной жизни, перестройка мышления в соответствии с теми условиями, в которых мы живем. И это, если человек не воспитывает в себе качества, предписанные его религией, то все это постепенно растворяет его индивидуальность, размывает характерные для мусульманина черты.
На сегодняшний день восемьдесят процентов татар, которые ходят в мечеть являются т.н. "жомгистами", то есть людьми, которые только на жомга-намазы ходят. Да, какая-та часть ходит за зухр намазы. Подавляющая же часть наших татар это "гаитчеляр" (то есть те, кто только на праздники ходит). Это же не нормально. Вот в чем беда наших мусульман, а тут еще все чаще и чаще раздаются голоса о необходимости нашей интеграции в современное общество! Кто может сказать, что мы не достаточно интегрированы? Интегрированы на столько, что большинство нашей молодежи свой родной язык забыли, не говоря уже о религии, а те которые знают не всегда готовы на нем говорить.

Что касается проповедей в мечетях. На ваш взгляд, на каком языке должна вестись проповедь в мечетях? Знаю, что в Москве были споры по этому поводу: одни настаивал на том, чтобы проповедь велась на татарском, другие требовали русскоязычной проповеди. Даже в Казани появились мечети, где проповеди стали на русском читать. Например, в Бурнаевской мечети. Какой ваш взгляд на этот вопрос?

В мечети должна быть проповедь на общепонятном для мусульман языке. В Москве надо на русском языке проповедь читать, ведь если по-татарски вести проповедь это создавать муку людям, незнающим татарского языка. Когда человек не понимает смысла проповеди - это просто потерянное время. А заставить людей ради проповеди учить татарский язык невозможно. Надо сначала многих татар татарскому языку еще научить, а потом уж возможно, хотя это не реально, требовать этого от дагестанцев, чеченцев, таджиков, русских. И почему они должны сидеть и напрягаться?
А в Казани я думаю, надо из потребности исходить. Тут и русскоязычные мечети должны быть. Но в Татарстане использование татарского языка оправдано, потому что здесь самое большая концентрация татарского населения. Но ведь в московских мечетях татар менее десяти процентов. Поэтому нет никакого смысла затягивать проповедь: на арабском, татарском, а потом еще русском. Еще надо учитывать то, что люди отпрашиваясь с работы, через всю Москву едут в эти маленькие тесные мечети, где большинству молящихся вообще не хватает места. При этом большинство молящихся сидят под открытым небом, под дождем или на снегу. И слушать проповедь на языке, который не понимают им сложно, это вызывает у многих раздражение.
Вообще в мечетях должны быть единомышленники, они должны строиться по махаллинскому принципу и это самый лучший вариант. Н мой взгляд, у нас есть 2 вида мечетей. В первом виде, самом распространенном, есть четкое разделение на администрацию мечети и прихожан. Администрация мечети чувствуют себя полными хозяевами, а прихожане (приходящие и уходящие) не имеют элементарного права голоса. Во втором виде такого четкого разделения нет, здесь есть полноценный джамаат. В таких мечетях есть лидер, которому права делегировали сами мусульмане. Это не просто назначенный имам, его выбирают сами мусульмане, они за ним следуют, его финансируют. И это реальный лидер общины мусульман. Такие общинные мечети самодостаточны. Они не нуждаются ни в арабских, ни в государственных деньгах. И такие мечети у нас постепенно появляются.

Беседовал Данис ГАРАЕВ (приводится с сокращениями)

Автор: Марат

Комментарии 0