Общество

Хорошо постояли

В общем, как и сообщалось ранее, 10 декабря, в Махачкале, на проспекте Расула Гамзатова, на аллейке перед Республиканской библиотекой должна была состояться "ВСТРЕЧА, НЕ МИТИНГ (санкции как таковой нет)". Начало было назначено на 15:00. Докладываю: ВСТРЕЧА состоялась. 

Мило пообщаться собрались около 15 человек: без лозунгов, без транспарантов, даже без белых ленточек (если не считать белый с черными вкраплениями шарф одной из пришедших девушек). Примерно пятую часть от собравшихся составили журналисты, которые совместили работу с участием во встрече. Две трети собравшихся оказались не старше 30, было четверо девушек. Мы успели заметить, что через дорогу, возле Русского театра, расположилась группа сотрудников полиции, большая часть из которых были в штатском. 

Буквально через пару минут после того, как к основной группе встречающихся присоединились несколько ребят и наша численность достигла 15-ти человек, к нам подошли трое. Сначала мы приняли их за очередное пополнение в наших рядах, но практически сразу они дали понять нам, кем являются на самом деле. Самый старший из них по возрасту предъявил удостоверение. Как только понял, что происходит, я попытался начать снимать процесс на видеокамеру мобильного телефона, и тут же внимание сотрудников Советского РОВД переключилось на меня. Один из них, заметив мои действия, бросился ко мне со словами: «Ты чо, снимаешь?!». Тут же он выхватил у меня мобильный телефон и потребовал проследовать с ним. В меня вцепился один из моих товарищей, дав команду собравшимся - не позволять забирать нас поодиночке. Он потребовал у сотрудника, схватившего меня под локоть, предъявить документы, удостоверяющие его принадлежность к какой-либо правоохранительной структуре. Тот развернул удостоверение, в котором я успел прочесть фамилию Абдулмаликов. Чтобы пресечь наши попытки возразить на незаконность их действий, один из полицейских (тот самый, старший) многозначительно произнес: «Вы что, оказываете сопротивление сотрудникам правоохранительных органов?..». Когда мы попытались выяснить причины, по которым нас уводят в РОВД, он буквально ответил: «Для отождествления личности». 

После этого я и ещё несколько ребят, у части из которых тут же отобрали паспорта, двинулись к машине, которая была припаркована на боковой улице, прилегающей к Русскому театру. К некоторым, скажем так, применялось насилие, не опасное для жизни и здоровья (вели под руку). Один из сопровождаемых таким образом ребят заметил своему конвоиру: «Да куда я убегу? У тебя мой паспорт!». 

Четверых из нас, меня в том числе, посадили в «девятку», и полицейский Абдулмаликов повез нас в Советский РОВД. У входа в здание отдела нас ждала сотрудница пресс-службы МВД, которой успел дозвониться журналист местного телеканала, также задержанный и находившийся с нами в машине. Она попыталась войти с нами в РОВД, чтобы хоть как-то повлиять на ситуацию и, как я понял, кроме всего прочего попытаться ограничить проявления обычной ментовской бесцеремонности хотя бы в отношении задержанного журналиста. Игнорируя предъявленное ею удостоверение сотрудницы МВД, полицейские не только не захотели пускать ее в райотдел, но и нагрубили ей. В итоге она всё же прорвалась в здание, дозвонившись, как мне потом сказали друзья, до какого-то полицейского начальника и, по всей видимости, получив его высочайшую протекцию, которой, наконец, оказалось достаточно для сотрудников РОВД. Не стану рыться слишком глубоко в мотивах её поведения, но обороняла нас эта сотрудница пресс-службы отчаянно, за что ей моя огромная персональная благодарность. В контексте той ситуации её усилия выглядели гораздо большим, чем банальной попыткой защитить свои частно-служебные интересы. 

Когда мы все вошли в РОВД, эхо этого скандала, случившегося на проходной, еще не успело затихнуть, и в ответ на прозвучавший в очередной раз вопрос задержанного с нами журналиста о причинах задержания один из сотрудников отдела раздражённо ответил примерно следующее: «А зачем ты матом сотрудника крыл?». Естественно, матом тот никого не крыл (никто из других задержанных также себе этого не позволял). Довольный произведённым эффектом полицейский через некоторое время «успокоил»: «Да я пошутил». 

Нас, всех шестерых (как выяснилось позже, задержанных было больше – восемь или девять, и среди них оказался и лидер дагестанского регионального отдела партии «Яблоко» Артур Бабаев, которого привезли не с нами), завели в небольшую комнату. Абдулмаликов, подойдя ко мне с моим телефоном, потребовал при нём удалить сделанные видеозаписи с сегодняшней встречи. Возражать в той ситуации, как мне показалось, смысла не имело, и я подчинился, удалив две видеозаписи, на первой из которых было зафиксировано моё и моих знакомых продвижение к месту встречи, а на второй, совсем коротенькой, в пять секунд, – момент первого нашего контакта с тремя сотрудниками полиции на проспекте Гамзатова. Абдулмаликов оказался добрым малым и позволил не удалять фотографии моих племяшек, сделанные мной за много дней до этого. 

Потом один из сотрудников полиции принялся записывать наши данные: ФИО и домашние адреса. Позже ему на помощь пришёл еще один. Первый сотрудник, прежде чем начать процедуру, заставил нас выключить мобильные и выложить их ему на стол, позволив, правда, одному из нас сделать разрешённый в таких случаях законом звонок. Несмотря на такую щедрость, этот полицейский произвёл в целом весьма неприятное впечатление своей беспардонностью (понятное дело, что, говоря о беспардонности, я беру в расчёт то, что она вообще характерна для многих ментов, и в данном случае имею в виду замечательную беспардонность). Хотя вспомнить, в чём именно это всё выражалось, уже не смогу – осталось довольно размытое, просто неприятное впечатление. Сложно представить, каким бы было обращение с нами, если бы не вмешательство той самой сотрудницы пресс-службы МВД. Что-то подсказывает, что ещё гораздо менее деликатным… 

После того, как мои данные и данные журналиста были записаны, нас с ним выпустили. «Что ж вы раньше не сказали, что вы журналисты? – развёл руками один из полицейских, встретив нас в коридоре. – К журналистам отношение другое…». Любопытно, что задержанный с нами телевизионщик предъявлял своё удостоверение, когда его задерживали. Но эффекта, по его словам, оно не произвело никакого. Что говорить о журналистском удостоверении, если даже документ сотрудника пресс-службы МВД не защитил ее обладательницу от хамства своих же коллег-правоохранителей?.. 

Нас с ТВ-шником попросили покинуть здание РОВД. Мы вышли вместе с нашей благодетельницей, которая несколькими минутами позже покинула нас, отправившись дальше по своим делам. Стали ждать на улице остальных задержанных. Их - всех вместе - выпустили примерно через час после нас. Все это время я держал связь с одним из них по «аське» (телефоны им через некоторое время вернули). Позже к нам двоим с моим коллегой-журналистом присоединились две девушки из числа участников встречи (лиц женского пола полицейские задерживать в этот день, к счастью, не стали) и ещё двое парней. Наших товарищей, находившихся в РОВД, тем временем сфотографировали и сняли у них отпечатки пальцев. После чего им пришлось около сорока минут ждать в коридоре райотдела, пока их освободят. Это время, по их словам, они уделили фотосъемкам на мобильники на фоне располагавшихся в соседнем коридоре клеток для задержанных. После того, как все были освобождены, мы довольно быстро разбрелись, разделившись на несколько групп по принципу «кто с кем знаком».

 

Автор: БомЖЖ

Комментарии 0