Политика

Колесниченко против Ислама

Народный депутат Вадим Колесниченко свою законодательную инициативу под названием «Закон про протидію екстремізму» объяснил в записке, прилагающейся к документу. Из нее следует, что главный враг законодателя – « экстремизм» и «ваххабизм». Среди «поставщиков» экстремистских идей автор законопроекта назвал Объединенные Арабские Эмираты, Турцию, Афганистан и страны Африки. Уже подобное перечисление заставляет усомниться в компетентности автора. Хотя, при всей очевидной поверхностности и небрежности в работе над этим документом, прослеживается вполне ясная линия на борьбу не с экстремистами, а с мусульманами вообще. Об этом свидетельствует и приведенное в самом законопроекте определение «экстремистских действий». Среди них: «пропаганда исключительности, превосходства или неполноценности человека (социальной группы) по признаку его социальной, расовой, национальной, этнической, религиозной, языковой принадлежности или отношения к религии».

Все мусульмане стоят на том, что именно религия Ислам является самым точным и полным откровением Всевышнего, переданного через Пророка Мухаммада (с.а.с.). В отличие от иудаизма и христианства, Ислам не был искажен вмешательством людей, обуянных земными страстями. И в этом его превосходство над остальными авраамическими и всеми другими религиями. Это основы, которые известны каждому мусульманину, имеющему минимальные знания своей религии. Но публичное утверждение этих основ, в случае принятия законопроекта господина Колесниченко, превратило бы всех мусульман Украины в преступников.

В законопроекте « О противодействии экстремизму» есть вполне здравая идея законодательно определить понятие «экстремизм». Ведь сейчас представители силовых структур Украины используют его где и когда им вздумается. Впрочем, автора инициативы это не беспокоит. На вопрос газеты «Возрождение»: «Располагает ли МВД кадровыми, интеллектуальными ресурсами, готовыми квалифицированно отличить экстремиста от обычного гражданина?», господин Колесниченко заявил, что никаких специальных знаний милиционерам для этого не требуется. «Нужны быстрые и жесткие действия сотрудников МВД. Экстремизм проявляется, прежде всего, в действиях, которые очевидны», – считает автор законопроекта. О том, как экстремистские идеи, о которых так же идет речь в документе, отличить от всех остальных, господин Колесников говорить отказался.

Украинские эксперты говорят о наличии в антиэкстремистском законопроекте противоречий с украинским и международным законодательством. В частности, директор Центра исследований проблем гражданского общества (Киев) Виталий Кулик отметил, что предложенное Вадимом Колесниченко определение «экстремизма» оставляет простор для толкований. Украинский депутат говорит о «препятствовании законной работе госорганов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений, должностных лиц названных органов…, совершенных с применением насилия или угрозой его применения». Виталий Кулик в комментарии «Возрождению» напомнил, что, к примеру, Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом толкует экстремизм как действия, направленные на насильственный захват или удержание власти, насильственное посягательство на общественную безопасность. «Законопроектом не определен госорган, на который возлагается обязанность вести досудебное следствие по таким преступлениям. Это противоречит не только существующему законодательству о неправительственных организациях и политических партиях, но идет в разрез с рекомендациями Совета Европы относительно функционирования институтов гражданского общества, обязательств Украины перед СЕ», – отметил Виталий Кулик.

Между тем, некоторые общественные организации проанализировали и раскритиковали инициативу Вадима Колесниченко. «Правозащитное движение Крыма» (Симферополь), среди прочих спорных моментов, отметило стремление законодателя ущемить права религиозных меньшинств, в частности мусульман. Предложение относить к признакам и причинам экстремизма «неприятие правовых норм или иных правил поведения (социальных норм)» может стать основанием для преследования мусульманок, соблюдающих предписания Ислама о ношении хиджаба в общественных местах». Кроме того, крымские правозащитники обращают внимание на манипуляторное использование термина «фундаментализм». «В этот термин вкладывается негативный смысл, намеренно связывает экстремистов с мусульманами, поскольку чаще всего его применяют в словосочетании «исламский фундаментализм». От этого документ приобретает противоречивый ксенофобский характер» – отмечается в заявлении «Правозащитного движения Крыма».

При этом сам депутат Вадим Колесниченко утверждает, что при разработке документа учел опыт, как стран Евросоюза, так и России. Поскольку уровень правосознания украинских милиционеров ближе скорее к уровню российских, а не британских или немецких полицейских, то стоит внимательнее присмотреться к опыту этой страны в борьбе с «экстремизмом».

В России достаточно долго считали: полиции не нужны эксперты для того, чтобы отличить «ваххабита» от «неваххабита». Избиения и пытки десятков молодых верующих, по собственному усмотрению записанных спецслужбами в «ваххабиты», спровоцировало в 2005 году вооруженное восстание в столице Кабардино-Балкарии Нальчике. Процесс обвиняемых по этому делу продолжается до сих пор. Несколько человек во время следствия были выпущены на свободу из-за отсутствия состава преступления. По свидетельству очевидцев, все освобожденные оставили свои зубы в милицейских застенках. Подобные действия «правоохранителей» продолжаются и сейчас – в Кабарде, Карачаево-Черкессии, Ингушетии, Чечне, Дагестане. Правозащитники ежегодно фиксируют десятки и сотни случаев исчезновения мусульман, тела которых затем находят со следами пыток и огнестрельными ранениями.

По свидетельству преподавателя Дагестанского государственного университета Зухума Зухумова, в этой республике представители некоторых суфийских тарикатов с благословения властей взялись определять кто экстремист, а кто нет. «Это некие явные или скрытые консультанты, эксперты, проникшие в недра российских силовых структур, и взявшие на себя это тяжкое бремя: определить, кто является экстремистом (вахабистом), а кто нет. Если кто-либо не соответствует их штрих коду, то его квалифицируют как экстремиста. А этот «экстремист-ваххабист» может оказаться вполне нормальным и адекватным мусульманином, просто с иной точкой зрения на некоторые ответвления в исламских доктринальных основоположениях, не совпадающие с официальными», – отметил в комментарии «Возрождению» кандидат философских наук З. Зухумов. Взаимодействие дагестанских ручных священнослужителей с российской властью напоминают тенденции, которые прослеживаются в Украине, когда вслед за СБУ некоторые мусульманские священнослужители регулярно повторяют заклинания об угрозе «ваххабизма» и экстремизма в Украине. При этом, всех мусульман, чьи вероубеждения отличаются от их, клеймят как вероотступников. Закономерно, что рекрутировать экспертов по вопросам Ислама украинские спецслужбы будут именно из такой среды.

Советник Президента Украины Дмитрий Выдрин считает, что все конфликтные ситуации на межконфессиональной и межэтнической почве должны исследовать специалисты в этих областях, пользующиеся авторитетом в обществе. В комментарии «Возрождению» советник Президента отметил, что сегодня существует тенденция относить к экстремизму все, что как-то отличается от общепринятого. «Я надеюсь, что Россия одолеет этот недуг, а Украина не заразится им», – сказал господин Выдрин. Он выступает за создание в Крыму своего рода Гражданской палаты, которая объединила бы всех моральных авторитетов региона. «Если такие люди решат, что в конкретной ситуации, в литературе или в действиях нет признаков экстремизма, суду или милиции будет трудно утверждать противоположное», – добавил советник Президента. Между тем, действия и заявления представителей исполнительной власти и в автономии, и в Киеве свидетельствуют об иных умонастроениях. Новый премьер Анатолий Могилев объяснил усиленные меры безопасности при проведении пресс-конференции в Совмине тем, что где-то у кого-то якобы была изъята «экстремистская литература». Что имел в виду известный своими ксенофобскими высказываниями чиновник – неизвестно. А милиция и СБУ продолжает активно клеить ярлыки «экстремистов» и «ваххабитов».

Все потуги МВД Украины в поисках «экстремизма» ни к чему хорошему не приведут, а начнут расшатывать ситуацию как в Дагестане в начале 90-х, считает философ Зухум Зухумов. «Мусульмане, где бы они ни были, очень чувствительны к проявлению несправедливости и остро могут реагировать на упреки и подозрения. Нужно искать контакт с мусульманами, знать их проблемы, …доверять им, не оставлять их за бортом социальных процессов. Нужно учитывать их мобилизующую силу, богобоязненность и желание быть полезными для украинского общества», – отметил господин Зухумов.

Хотя Вадим Колесниченко объясняет необходимость принятия закона « О противодействии экстремизму» стремлением защитить личную свободу граждан и порядок в государстве, есть серьезные основания ожидать прямо противоположных результатов. Похоже, многие законодатели в Киеве это понимают: 16 ноября профильный комитет Рады рекомендовал отклонить законопроект. Это дает надежду, что спецслужбы не получат в ближайшее время дополнительных полномочий для преследования мусульман.

 

Автор: Всекрымская общественно-политическая газета "Возрождение"

Комментарии 0