Общество

Коррупция получает подкрепление снизу

Точка зрения относительно высокого уровня коррупции на Северном Кавказе в сравнении с другими регионами России отчасти верна. Однако целый ряд регионов России мало в чем уступают Северному Кавказу по этому параметру, а подчас и опережают его. Стоит начать со столицы страны: уровень коррупции в Москве просто зашкаливает, а о размерах откатов и взяток ходят легенды.

По данным исследования фонда «Индем», на протяжении последнего десятилетия самый высокий уровень коррупции установился в ряде регионов Юга России (Ставропольский и Краснодарский край, Ростовская область) и в Приморском крае. Достаточно вспомнить трагическую историю станицы Кущевская, чтобы убедиться: феномен организованной преступности, к сожалению, жив, и процветает не только в республиках Северного Кавказа. А там где организованная преступность, там и коррупция, и «серо-черная» экономика.

В большинстве регионов страны средний уровень коррупции, который, однако, по мировым стандартам чрезвычайно высок: Россию ставят в один ряд со странами третьего мира, типа Нигерии.

Но в России есть и такие регионы, где со взяточничеством и коррупцией дела обстоят значительно лучше, чем в целом по России. Это достигается за счет личной социальной ответственности губернаторов.

Но в силу социально-культурных и этнополитических особенностей Северного Кавказа эти коррупционные импульсы не гасятся, а, напротив, получают подкрепление снизу. Определенной части федеральной элиты выгодно иметь такие регионы, где можно легко осуществлять операцию «распил-откат-занос», по меткому выражению Станислава Белковского.

В связи с реальной борьбой с коррупцией, начатой в Дагестане его бывшим президентом Муху Алиевым, я вспоминаю такой эпизод. Это было в августе 2006 года на совещании по проблемам Южного федерального округа, на котором присутствовали высокопоставленные федеральные чиновники, такие как генеральный прокурор, министр внутренних дел и другие. Высокие чины привычно переводили «стрелки» на местные элиты, обвиняя их в чрезмерном росте коррупции. И тогда президент Дагестана выступил с заявлением, смысл которого сводился к тому, что коррупция в регионе поддерживается именно федеральными ведомствами. Он привел пример: каждый день браконьеры выходят в Каспийское море, а пограничная служба, которую курирует ФСБ, имеет с этого каждый месяц неплохие деньги. «Что об этом не знают в прокуратуре, МВД, или их начальники на месте; те лица, которых назначают федеральные власти?» – спросил тогда Алиев. Федеральным высоким чинам нечем было крыть.

Скажу так: на 60-70% коррупция на Северном Кавказе подпитывается из федерального центра, в основном по линии силовых структур и ряда других ведомств. В этом плане верна поговорка «рыба гниет с головы».

Вертикаль власти превращена в стране в вертикаль коррупции. Эту вертикаль – коррупционную – попытался разрушить экс-президент Дагестана. И тем нарушил сложившиеся «правила игры», хотя позднее, он понял, что эта система непробиваема, и сам, по разным данным, попытался вписаться в неё. Но система – коррупционная – тоже действует избирательно; слишком он не подходящая кандидатура для новой своей роли.

Деньга Халидов Сопредседатель Российского конгресса народов Кавказа

 

Автор: Деньга Халидов, "КАВКАЗСКАЯ ПОЛИТИКА"

Комментарии 1