Просвещение

Успел

Начинался мелкий дождик. «Ну вот, а обещали без осадков! Но все равно, мне настроение не испортишь». Арсен увлеченно продолжил вертеть в руках новенький мобильник, не переставая радоваться новым функциям, форме, цвету, сенсорному экрану и возможностям, которые, как он полагал, помогут ему возвыситься в глазах своих сверстников еще больше. Мобильник он хотел давно и, наконец, получил то, что желал. Сейчас он шел через парк, к своему двоюродному брату. Идти, с одной стороны, не хотелось. Брат как всегда начнет приставать с занудными вопросами о смысле его жизни, рассказывать о великолепии Аллаха и такое прочее. В глубине души Арсен понимал правоту брата, но какое-то внутреннее упорство, упрямство не давало признать это в открытую, и он до белого каления доводил своего братца вопросами и противоречивыми доводами то в пользу существования Единого, то против. Как-то с детства повелось, что если Азиз говорит, что это правильно, то Арсен упорно продолжает отрицать это, пока его буквально носом не ткнут в факты. Это была как игра в соперничество, вечное подтрунивание, которое вскоре из детской игры как-то проникло в манеру разговора Арсена.

Он вспомнил последний разговор на кухне у Азиза, его мать как раз была на смене. Они как всегда сидели и вместе готовились к семинару. Их совсем не смущало, что семинары у обоих были по разным предметам, главное возможность посидеть вдвоем и поболтать вместе на кухне на общие темы после завершения работы. И как всегда Арсен не упускал случая начать атаку:

– Вот говоришь, что ангелы существуют?

– Конечно.

– Отлично, а какого они пола?

– Аллах создал их бесполыми.

– Разве это где-нибудь указано? Ведь сказано, что они просто из чистого света. А вот к Пророку (с.а.с.) ангелы и то в облике мужчин являлись.

Азиз невольно пришел в замешательство, а Арсен воодушевленно продолжал:

– А может просто Аллах не дал возможности ангелам иметь детей, или нам не сообщил о таких их возможностях, а вдруг они двуполые?

– Ну, знаешь, давай верить в то, что нам позволил знать Аллах! А что там с ангелами, узнаешь в Судный день. Ты же еще и шахаду не сказал, задумался бы лучше над этим!

Раздосадованный Азиз поставил турку с кофе на огонь и проворчал:

– Хотя я рад, что ты все же спрашиваешь меня об Исламе, пусть и с такими вопросами, но ты интересуешься, это радует!

Арсен скривился и глянул на спину Азиза. Как всегда, тот все-таки выкрутился!

– Ты из какой чашки будешь?

Мать Азиза обожала чашки различных форм размеров и раскрасок, и гостю всегда давалась возможность выбрать себе по вкусу.

– Конечно из чистой! – невинно протянул Арсен.

– Ну, ты!!! – Азиз развернулся, но увидев ухмылку брата, тоже невольно улыбнулся в ответ.

Вот так всегда было. Иногда, правда, ругались и по-крупному, но это было достаточно редко. Частенько именно Арсен приходил на помощь брату, особенно если дело касалось драк. Щупленький Азиз хоть и был старше на два года, а в схватках чаще прикрывал тыл Арсена. А сейчас есть повод похвастаться телефоном, хотя что-то подсказывало, что Азизу на этот факт будет наплевать. Он вообще спокойно относился ко всем новинкам техники. Его раздражало искусственное раздувание потребительского интереса и ненужные затраты на то, что никогда бы и не понадобилось человеку, не будь этого могущественного двигателя как мода, реклама и извечная гонка – «у кого круче?». У него самого был телефон без особых функций, «бизнес –телефон» – только для связи. Он давно продвигал идею ненужности большинства технических новинок используемых в быту человеком. Эти новинки только отягощали и в большинстве своем не были актуальны. Но шанс подразнить Азиза Арсен упустить не мог.
Он радостно протер телефон от капель дождя, который еще несмело, но все более уверенно падал сверху. Юноша уже предвкушал, как будет опять злиться брат и с пеной у рта доказывать бессмысленность его, Арсена, жизни.
Вдруг что-то темное налетело на него, ударило в бок, вырвало из рук мобильник и пронеслось мимо. 
– Эй! Какого…?! – Арсен повернулся вслед и увидел только темную фигуру, быстро удаляющуюся по тропинке вглубь парка. Рванувшись вслед, парень невольно охнул и схватился за бок, куда пришелся удар. Взглянув, Арсен обмер, по рубашке растекалось красное пятно, и резкая боль, наконец, ворвалась в сознание ошеломленного юноши. Растерянно он задрал рубашку и увидел, как под ребрами слева зиял аккуратный разрез. Он казался небольшим, но через края раны все увереннее и сильнее текла темно алой струйкой кровь. В голове мелькнуло слышанное в новостях о криминале – «проникающее ножевое ранение в живот»…

И, наконец, рухнул дождь. Именно рухнул, полил, просто упал стеной. Хороший летний ливень. Арсен попытался скомкать подол рубашки, как можно сильнее зажать рану, преодолевая боль. Он понимал, что главное остановить кровь и как можно быстрее выйти к людям за помощью. Боль разрывала сознание, а страх все сильнее сжимал сердце и он же подстегнул его торопиться к выходу из парка. Бежать он попытался, но не смог. Боль, словно колючая проволока, вырывала внутренности. Струи дождя били по лицу, принося временное облегчение, смывали кровь с рубашки и стекали по брюкам розовыми потоками, а кровь все не останавливалась. Парень чувствовал, что слабеет. Некоторое время он еще шел в полную силу, но слабость накатывала все сильнее, к горлу подступала тошнота и все тело бил озноб. Как назло, идя через парк, он выбрал не основные аллеи, а пошел напрямик, по едва заметной, безлюдной тропинке. И юноша понимал, как маловероятно, чтобы сейчас, кто-то пошел по этой тропинке в такой дождь через парк и смог помочь ему. Одежда облепила тело, ноги подкашивались, и становилось все трудней переставлять их по упрямой, ставшей какой-то скользкой, тропе. Свое тело казалось неимоверно тяжелым и неуклюжим, только боль при движении еще держала ясность разума парня. Мысли в голове путались и все больше холодный ужас охватывал Арсена: «Неужели конец?!!!! Не хочу вот так, из-за ножа какого-то проходимца, так глупо и бездарно умереть! Да хоть как, НЕ ХОЧУ! Мне ведь столько хотелось еще сделать, по стольким местам проехать, а тут так глупо! Родители, сестренка, что же теперь будет, смогу ли я дойти?».

Перед глазами все кружилось, и больше уже не хотелось никуда идти, а сесть прямо здесь, в мокрую траву. Уже не интересовало, что он промок, что в кроссовках уже хлюпала то ли кровь, то ли вода. Но тот же животный страх, жажда жизни подстегивали идти вперед. Деревья стали как-то странно колыхаться в глазах, а земля покачиваться под ногами. Арсен шел все медленнее, с трудом переставляя ноги.

«Азиз, это ты во всем виноват, зачем я к тебе пошел, все время с тобой какие-то проблемы! То это не так, то это не то! Как я устал всем что-то доказывать! А ты вот брат весь такой уверенный! Все-то ты знаешь!».

Боль ослепила, неловко пошатнувшись, он стукнулся раненным боком о дерево. Это на мгновение заставило его сосредоточится на дороге, но постепенно паника и беспомощность все больше охватывали юношу. Никого нет рядом, никто не может ему помочь.

«Зачем, зачем мне понадобился этот мобильник! Вот ведь, мне надо быть не хуже других! Для кого, для чего? Чтобы однажды вот так все закончилось?».

Парень не замечал, что уже практически не идет по тропинке вперед, от все более усиливавшейся слабости ноги тяжелее было подчинять своей воле, а пелена застилала глаза. Уже не было сил держаться за рану, пальцы сами разжались, не в силах удержать жизнь, просачивавшуюся сквозь рубашку и пальцы.

«Ну, вот и все… Аллах поставил жирную точку на моем рождении и смерти, вот кто Владыка, а не я. Хотя как-то всегда это знал, сейчас в меня просто ткнули железным фактом! Неужели это все? Я буду гореть в аду?!! Вместе с язычниками? Значит это конец? Я ничего не могу сделать? Упорствовал, искал оправдания и лазейки для своей гордыни!.. Но нет, стоп! Я вспомнил! Нет, я успею! Успею! Успею хотя бы так! Аллах Милостив! Азиз говорил, что даже так, можно еще УСПЕТЬ! Пусть я ничего не сделал и никак не показал своей любви, покорности, страха, хотя страха сейчас хоть отбавляй, но есть кое-что в моих силах, и даже сейчас Великий Аллах дает мне силы сделать этот выбор, дает мне шанс!».

Приняв решение, Арсен остановился. Ему уже не было так страшно, он уже не так боялся неизвестного впереди. Парень шатался и чувствовал, что еще чуть-чуть и упадет. С трудом разлепив, ставшие вдруг такими непослушные губы, Арсен проговорил:

«Ашхаду аль ля иляха илля Ллаху ва ашхаду анна Мухаммадин абдуху ва расулюху!»

И как в ответ, дождь стал утихать, также внезапно, как и начался. Впереди замаячил просвет между деревьями и конец тропинки, но у Арсена уже не было сил, земля наклонилась, и то, как он упала в ее объятья, его уже не волновало...


«Белое, белое, больно смотреть. Пить, пить…»

Что-то влажное коснулось лица и принесло облегчение. И вновь накатила темнота. Когда Арсен снова открыл глаза – белое оказалось потолком. Он лежал, вероятно, в больничной палате, что подтверждало наличие капельницы рядом и заглядывающей в лицо медсестры в белом халатике. Впрочем, она исчезла, а через некоторое время появился мужчина, как выяснилось его врач. Осмотрев парня, он сказал:

– Ты большой везунчик.

Как оказалось, на него в парке наткнулся санитар, который шел на смену в больницу. Операция прошла успешно. Родители обо всем знают, а порог ординаторской скоро сотрется, и оторвется ручка двери, так их замучил его брат Азиз. И еще одно врачу интересно, они даже в отделении пари заключили. Арсен в бреду все твердил, что он УСПЕЛ. Твердил, не переставая, как заклинание.

– А что успел?

Пациент впервые, за весь, большей частью монолог врача, улыбнулся, и хрипло проговорил:

– Самое главное в своей жизни! Успел!

Автор: Юки

Комментарии 5