Общество

Шейх Сиражудин Хурикский: Власть не считается с духовными лидерами

 Беседа Руслана Гереева с шейхом Сиражудином Хурикским 29.01.2011

______________________________ 

Я, например, в селении работаю, и я не знаю, кто здесь бунтарь, а кто верующий, кто бандит, кто убийца, кто чем занимается, не знаю? Всё мы знаем

Древнейший уголок исламского мира – Дербент и вообще Южный Дагестан – по-прежнему остается средоточием всех существующих направлений, тарикатов правоверной религии. Возрождающийся и динамично развивающийся ислам в регионе наталкивается на различные трактовки как на месте, так и в стране в целом. За некоторыми разъяснениями, а также с вопросами о ситуации в республике и месте духовенства в нашей повседневной жизни, мы обратились уважаемому шейху Сиражудину-эфенди Хурикскому.

– Глубокоуважаемый шейх Сиражудин-эфенди, позвольте поблагодарить вас, что нашли время и согласились ответить на наши вопросы. Как Вы знаете, недавно прошел Съезд народов Дагестана. На Ваш взгляд, ожидания народов Дагестана оправдались?

- Бисмилахи рахмани рахим! Вкратце скажу, – да. Чем больше будем объединяться, взывать к народу, чем больше будем призывать к добру, к миру – тем быстрее мы найдём счастье и уверенность в завтрашнем дне. Я лично считаю, что это необходимо. иХочу предложить и прошу продолжить, чтобы часто проводили такие съезды, не обязательно такого уровня, но хотя бы по регионам, на районном уровне, в городах.

- Президент Дагестана создал специальную комиссию по адаптации боевиков. Скажите, пожалуйста, почему вас и других, уважаемых алимов не включили в состав этой комиссии?

- У правительства свои подходы. Это вопросы государственные, свой совет, свои планы. В плане того, чтобы мы взяли оружие, пошли в леса или прочёсывали – это не наш вопрос. Это обязанности правоохранительных органов, но наша обязанность объяснить людям, которые берут оружие, довести до них правоту ислама. Поэтому, наверное, решили не включать нас в комиссию. А так наша посильная борьба, работа она и отражает и видят они, что мы неустанно зовем, призываем, чтобы сохранить мир, чтобы не ходили никуда, не взялись за оружие. Эти люди слабоумные, которые не хотят быть с нами, чтобы мы построили веру нашу, довели до всех наши убеждения. Вовсе не обязательно всем участвовать в комиссии.

– Сейчас много говорят о налаживании связей с крупными мусульманскими центрами. На ваш взгляд, как и с кем должны взаимодействовать Саудовская Аравия и другие арабские страны здесь, у нас – с МИДом, Духовным управлением Дагестана, Управлением по делам религий, шейхами, алимами? Ведь во многих случаях наши ребята, находясь на учебе в исламских странах попадают в диверсионные сети. Как с этим быть, как надо построить работу, чтобы она имела хотя бы какой-то успех?

– Иметь связи со всеми, не только с исламским миром, со всем миром надо иметь, связи людей постоянные должны быть. Долгое время отсутствовала любая связь, это отражалось и отражается на сегодняшнем дне тоже, от того, что будем налаживать связи вреда нет, надо продолжить эту работу. То, что появляется там радикальная молодежь – это правда. Но и здесь тоже появляются они, никуда не поехав. Это не только от нас зависит, это системная работа. Есть люди, которые занимаются этим, хотят вносить смуту среди нас, но это до поры до времени, а так налаживание связи жизненно необходимо не только с исламскими, а любыми общественными организациями, другими течениями, и не только сегодня, но и на все времена.

- Серажудин-эфенди, немало мер предпринято президентом, чтобы исправить ситуацию у нас в Дагестане. Очевидно, есть какие-то успехи, но очевидны и провалы, чтобы вы посоветовали в определенных каких-то позициях президенту республики, чтобы исправить ситуацию?

- Каждый, кто приходит на этот пост, старается что-то изменить, но не получается изменить. Если с позиции ислама подумать президент тоже имам, руководитель. Сердца людей чтобы изменить, сам должен сторонником быть, и должна быть у него хорошая команда, которая отразила бы интересы народа. Вчерашний президент, позавчерашний президент обещают, когда они становятся у руля власти, не могут работать, потому что нет рывка в жизни, должен быть талант, умение, от того что я говорю не получается, я должен создавать, я должен работать, я должен неустанно дышать воздухом народа. Просто, официально проводимая политика ничего не даст, надо работать, надо идти к народу, а народ не чувствует, а чтобы почувствовал нам надо на встречу идти народу и народ пойдёт с нами. Поэтому мы не только сегодняшнего президента, всё время чаянием, надеждой ждём когда это произойдёт, а мы готовые люди, чтобы исправить что-то, ситуация должна наконец-то исправиться, потому что мучения людей, страдания, чаяния переполняются.

Для власти нужны врожденные качества. А так одни и те же лица остаются, приходят президенты и уходят, а команда остается та же, если я вас знаю вчера, сегодня тоже вас знаю, поэтому такая форма не подойдет. Мы духовные люди – оптимисты, мы видим, что только в исламе, в вере в убеждении и надежде на наших руководителей, что поймёт и сделает соответствующие шаги – это модель устаревшая. Дагестанский народ – они мужественные люди, кто только не проходил, что только не видел наш народ, они знают, поэтому с народом надо аккуратно работать, объяснить и всё получится, мы оптимисты, с надеждой ждём и стоим и говорим и зовём. А так моё личное мнение, этот президент молодой, энергичный, но ему надо больше идти в народ, с народом надо напрямую работать. Не надо много показателей на публику, его работу народ отразит, народ сам скажет.

– Создание Духовного управления мусульман Южного Дагестана. Насколько это актуально сегодня, назрела ли такая необходимость?

– Не стоит такой вопрос. Чем больше будем разделять, тем больший урон нанесём нашему обществу, нашему Дагестану, нашей мусульманской умме, да и все будут смеяться над нами. Дагестан – это исламская республика. Здесь не этот вопрос стоит, здесь стоит другое, что Духовное управление не может работать, нет специалистов, нет качества, с каким можно управлять. Дагестан исламская республика здесь должны руководствоваться с позиции всех народов – такое надо создавать духовное управление. А то духовное управление, которое у нас есть, оно никогда не работало, и не будет работать. А что касается Южного Дагестана – почему именно разделяем, мы не разделяем, не должно быть в религии разделения, мусульманин хоть в другой части света, хоть на этой – мусульманин есть мусульманин, если мы делим, значит, мы сами уже не люди, мы стараемся духовное управление вообще обновить. Мы противники раздела, на какие-то уголки как Южный Дагестан и Северный Дагестан, это само Духовное управление делает. Потому что вы сами журналисты видите, что сегодня нужно только единство и мы его сторонники. Нет Северного и Южного направления, это Духовное управление само создает, а на Южный Дагестан с 1990 года никогда духовное управление внимание не уделяло и не уделяет, только раскол, раскол и такое духовное управление не нужно нам, она ничего не даёт ни Северному Дагестану, ни Южному. Наш общий дом должен быть со всех сторон укреплён, нужно религиозное развитие. И должно быть единое духовное управление. 

– Вышел федеральный закон «О передаче имущества религиозного назначения религиозным организациям» смогут ли религиозные организации сохранить фонд, который им передадут?

- Тот, кто своровал, кто поджог, кто натравил - они будут ответственность нести перед Аллахом и перед обществом. Надо вернуть имущество, а сохранить... это вы лучше меня знаете, - не только сохранять будут, но и умножать будут, и строить будут, и создавать будут, и кадры будут и молодое поколение пойдёт, расширять будут – это уверенность наша. Более двух тысяч мечетей у нас, и ни одному имаму деньги не дают. Но мы же живём, хоть государство делит нас, разделяет по взглядам, мы же не говорим дайте нам зарплату, мы говорим, если вы один народ, вы – гражданин России, Дагестана, – не делите нас. Почему в Дербенте 25 университетов государство финансирует, а один духовный университет не финансирует. Значит, у самого государства рычаги не правильные, законы не правильно составлены, мы не хотим такого подхода.

– Уважаемый шейх, вы очень мобильны и оперативны в действиях и в работе, ездите по стране, выезжаете за рубеж, в ведущие мусульманские центры. Словом, вы сами идете к верующим, но при этом мало востребованы властью. Почему?

– Ездить надо по стране, за границу тоже надо ездить – это интересно, это не только исламский мир, изучать надо народы, культуры, обычаи, традиции. И только тогда мы становимся готовыми в любое время призывать к миру в любой форме. К сожалению, руководители, начиная с президента и на местах не считаются с духовными авторитетами. Главную причину я вижу в этом. Мы собираемся, общаемся, постоянно ведём пропаганду, идём дома, города, сёла, за рубеж, а власти все нипочем.

– Чтобы немного оживить нашу беседу, расскажите, пожалуйста, как складывается ваш обычный рабочий день – день суфийского шейха.

- Огромный поток людей, много вопросов и для раздумий тоже мало времени остается. На семью времени вообще не – словом, занят, но это приятная занятость. В религии выходных нет, отпусков нет, скидки нет, отхода нет от религии, слабину давать нельзя. У шейха интересная работа, если бы имам, если бы учитель то можно было бы выкручиваться, но здесь не получится выкручиваться, потому что один неправильный шаг, неправильное слово, взгляд, уже тебя исследуют, где-то сразу скажут вот он так проявил себя, вот так он сделал. За нами постоянный контроль, контроль верующих, нашего джамаата. И мы потому должны постоянно контролировать себя сами. Это очень тяжело, но необходимо.

– Уважаемый шейх, в Дагестане несколько тарикатов, и все они пересекаются в Южном Дагестане. Что делать верующим, какой именно тарикат выбрать?

– Верующий имеет право идти к любому шейху. Это, во-первых. Во-вторых, шейхи должны объединяться, сидеть вместе за столом и у нас объединено идёт работа всё налажено всё системно идёт, но народ должен сам выбирать кому пойти из шейхов, какому ученному, какую школу выбирать. А так показывать свое высокомерие и показывать, сколько у меня там людей, сколько пришли – это не ислам, это запрещено. Самое главное, много ли верующих людей количество Аллах знает, а один мюрид может заменить весь мир, поэтому важно качество, а не количество. Мюрид он должен исполнять слово и закон Создателя, Пророка, учителя и законы того государства, где мы живем. Это необходимо. Относится к этому, также как ты относишься к своему учителю с большим уважением, чтобы быть примером всем остальным. Словом любой человек должен уметь все эти формы и модели поведения и жизни мусульманина сохранить, стараться соблюдать и призывать людей, вот такая у нас форма работы.

– Серажудин-эфенди, на сегодняшний день в Дагестане действует 23 шейха. Мечетей стало больше – 2,5 тысячи, шейхов и алимов тоже стало больше, а положение ухудшилось, причем, оно продолжает ухудшаться. Почему, как вы думаете?

- Это вы так думаете и ваша такая позиция, оттого, что шейхов много стало, мы знаем только тех, кто на виду, а сколько есть, которых мы не знаем. Оттого что университетов много становится, мюридов и шейхов много, оно только к лучшему приводит. Я вам приведу один пример. Скажите, пожалуйста, в каком-нибудь духовном университете, медресе или мечети или у любого шейха или их помощников мазунов вы видели, чтобы они вели какую-нибудь идеологию против государства? Вот скажите, пожалуйста, где-нибудь, в какой-нибудь мечети, селе, ауле, городе, Дагестане, где компактно живут мусульмане вели такую агитацию? Нет этого. Мы довольны, и мы знаем и вчера знали и сегодня тоже, именно такая работа она как раз и обусловливает и даёт нам шанс, чтобы завтрашнему поколению смотря на нас брать пример и идти на основе религиозных принципов. А то что у нас рычаги у государства и законы не действуют то что правоохранительные органы, прокуратуры, судья и другие структуры не контролируют ничего, это не в нашей компетенции, это их работа. А анализ, если мы будем делать с вами, я вам скажу это сильный анализ, ни одном месте, где светские институты есть, аналитики есть, психологи есть, и есть другие специалисты посмотрите, пожалуйста, как аккуратно работают, всё налажено, красиво.

Вы видели где-нибудь, чтобы верующий человек сеял смуту? Это заблудшие люди, не привыкшие или примкнувшие к религии, где-то там примкнулись, и где-то там живут. С надеждой на лучшее мы хотим войти в завтрашний день, когда научимся понимать друг друга, когда не пожмем друг другу руки, пока этого не сделаем, ничего хорошего у нас не будет. Президентом Магомедсаламом я лично доволен. Дай Аллах, на съезде тоже сказал я, я даже не слышал от духовных людей, от шейхов, ученых, муфтиев, от служителей университетов первый раз видел человека, который с высокой трибуны звал на намаз, призывал людей к вере к объединению и сам идёт, не только говорит, но и делает. Я первый раз вижу такого человека. И с надеждой я говорю, зову всех людей, кто равнодушен, я говорю, давайте полюбим, окружим его, давайте создадим вокруг него климат хороший и людей тоже конечно нам надо подобрать в такой форме, чтобы они полюбили нас с вами и наш край.

– На Северном Кавказе продолжается отстрел муфтиев и духовных лидеров. Все привыкли, что обвиняют только сторонников радикального ислама. Только ли в них причина? И главное – как это остановить?

- Я, вначале вам сказал, что об этом хорошо знают государственные структуры. Кто поднимает руку на духовных людей, на муфтиев, на учённых – это не люди, их нельзя считать людьми. Не только муфтиев, просто рядового человека, поднимать на него руку, целиться в него, нельзя. Если человека убили, и мы не можем найти преступника, кого хотите винить? На Северном Кавказе думаете, мы не можем найти? Я, например, в селении работаю, и я не знаю, кто здесь бунтарь, а кто верующий, кто бандит, кто убийца, кто чем занимается, не знаю? Всё мы знаем. Почему этот человек должен по этой земле ходить? А ведь ходят, их нередко отпускают, для них закона нет. Вообще нет правосудия. А милиционер, солдат ничего не может сделать, они ничего не знают, им только дай команду. А тот человек, который идёт намерено убивать и этого человека, если мы не знаем, если мы не можем поймать его, это не наша с вами беда, а тех людей, которые вооружены, которые занимаются этими вопросами и которые ходят вместе с нами сидят и мы почему-то молчим. Нельзя молчать.

А то, что вы говорите радикальный ислам… Какой верующий человек, даже если он ваххабит, сможет взять оружие и пойти в лес? Причем, если он верующий, как он может убить человека? Откуда у него оружие? Сколько он продержится там, в лесу, если ему не будут деньги давать, одевать, если ему жильё не будут представлять, сколько дней он сможет прожить там? Вот из дома еду сюда чуть ли не каждый день и мне на бензин денег не хватает, а почему мне не дают, как же они их содержат в лесу. Здесь должна быть скоординированная работа школы, сельсоветов, глав районов, имамов, участковых и общества. И попробуй человек, который идёт по земле и убивает наших братьев сестёр и притом духовных, это не допустимо, а мы еще не можем их найти. Как это мы не можем найти? Вот в нашем в Дагестане, минуя чиновников кто может знать, что происходит в Дагестане? Сами руководители всё знают и молчат. Так нельзя, надо всем миром работать и выявить всех этих убийц. Во все времена от Адама (а.с.с.), не раскрытым ничего не было, а почему сегодня не можем раскрывать? Посмотрите в историю, даже в маленьких слабых, неразвитых странах, где нет ни милиции, ни специалистов, ни автоматов, и то там находят преступников, почему у нас не можем найти? 

– Уважаемый шейх, очень много разговоров про взаимоотношения шиитской общины. Какова ситуация сейчас? Каково ваше отношение к нашим братьям из других религиозных общин и других вероисповедований?

- Никаких отношений у нас с шиитами нет, потому что мы в своей жизни видим, что Аллах создал религию и во все времена создал Пророков и ни одной конфессии, в том числе и шиитской нет. Зачем нам смотреть на ненужные конфессии на какие-то течения, какие-то формы служения. Перед нами картина чистая, Пророк, его уммат и его дорога ислам, а те, которые находятся в конфессиях, пусть они ищут правду. Нам от них нет никакой помехи, салам алейкум, ва алейкум салам, если и этого нет тоже салам алейкум, а так мы противники того, чтобы натравлять их на нас или нас на них. Это они могут быть против нас не дружелюбны, но у нас верующих людей другой подход, мы видим что вера, ислам, течение шиитское далёка от ислама, пусть они приближаются к чистому и правильному пути, и также христиане и другие конфессии тоже. Многобожия нет и многоверия нет, одна религия – один Создатель. Поэтому мы в этом вопросе живем мирно, если шииты хотят свою форму показывать, то, пожалуйста, круглый стол – мы готовы. А если методы физические, угрозы – значит, это слабые люди. Мы говорим, делайте намаз, служите Аллаху, и вам место есть и нам и всем есть место. Притягиваем руку, а эти люди пускай спасибо скажут нам, мы духовные люди, мы мирные люди, мечеть – это дом Аллаха любой человек имеет право принимать веру, выбирать себе веру, по своему направлению идти. Но главную цель в жизни должен знать каждый – за что ты служишь, для какого счастья ты служишь, надо определиться, пускай ищут.

- Уважаемый шейх, чтобы вы могли пожелать нашим читателям, простым верующим?

– Люблю много совещаний, собраний, встреч. Молодёжь ударилась в идеологию, которую за последние сто лет, мы не могли тот сок, который выжили наши предки, которые тысячелетиями служили создателю, и всё время сохраняли свой очаг не предавали свои интересы своего народа, не предавали свою религию, свою совесть. То, что они нам оставили мы не можем сохранить, потому, что большой разрыв образовался между нами в течение 100 лет, и потому много ошибок делаем, заблуждаемся. Учимся поэтому и больше встречаемся. Это дает нам надежду на завтрашний день, постоянно с надеждой на исправление общества, и я вам говорю – общество исправляется. Вы можете подумать, что я навязчив, я открытый и духовный человек, я говорю, что с приходом нового президента очень многие люди открыли глаза не только на религию, просто на мир открыли глаза. Этот человек пришел с нами, верующими людьми, сказал я тоже верующий, стою с вами делаю намаз. В исламе сказано: хоть король, хоть раб, хоть верующий мужчина, хоть женщина все на поклон идут, дай Аллах, чтобы все пошли на поклон. Вы не думайте, что с каждым приходом не только президента даже главы села мы ждём, чтобы побольше они на встречу шли с нами, тогда будет у нас любви больше, добра и укрепляться будем, а религия не такая вещь, чтобы обманывать людей, приманить на свою сторону или себе авторитет заработать. Все мы выигрываем, если мы поймём, для чего нас создали, кто мы такие, рабы перед Создателем и для чего живем. Мы здесь, на этой земле можем строить счастливую жизнь, чтобы это построить мы духовные люди боремся, но если не получается, просим Аллаха и братьям тоже тянем руку. Получалось и получается и получится инша Аллах.

– Огромное спасибо вам, достопочтенный шейх Сиражудин-эфенди, за то, что дали нам интервью, здоровья вам и вашим последователям.

– Не вам, это неправильно, а нам всем. Никто не хочет в огне гореть, никто не хочет на стороне быть. Никто не хочет быть обиженным, плакать, быть оскорблённым, униженным. Просто наши братья, которые на нас руку поднимают, кто убивает нас, не хотят видеть истину, пусть Аллах нам всем спокойствие даёт и терпение даёт и всем нам вместе. Рай пускай Всевышний приготовит, потому, что если на «мы, вы» будем разделять, Аллах нас не простит и изначально нас не разделял. У нас цвет кожи другой, имя другое, у нас взгляды на этот мир разные, но всё-таки наш основной смысл жизни человека – найти счастливую жизнь в этом мире и рай в будущей жизни. 

Комментарии 0