Их нравы

Kavkazpress необходим, как бывает необходимо рвотное

Когда у меня плохое настроение, я пользуюсь набором несложных приемов для его поднятия. Один из таковых – залезть на сайт kavkazpress.ru и почитать, что нового обо мне пишут в этом сливном бачке. Поскольку я являюсь регулярным героем этого сайта, с большой долей вероятности я обнаруживаю новую порцию полива в мой адрес, и ко мне возвращается уверенность: не зря небо копчу.

Вчера я в целях психотерапии в очередной раз набрал в браузере адрес сего анонимного блога и наткнулся на заглушку Роскомнадзора. Так я узнал недельной давности новость о том, что kavkazpress заблокирован за экстремизм.

Внятного сообщения, что же именно незаконного изрек этот анонимный рупор «дагестанской ментовни», я не нашел, пришлось воспользоваться VPN для визита на заблокированный сайт. Там я обнаружил слезливый рассказ о том, как авторы kavkazpress’а долгое время разоблачали главу Верховного суда Дагестана Руслана Мирзаева как взяточника, торговца должностями, покровителя ваххабитов, нарушителя правил дорожного движения и т. д., и т.п. В итоге этот самый судья Мирзаев сам обратился в суд, и его родная контора, разумеется, признала kavkazpress экстремистами, возбуждающими вражду к «социальной группе "судьи"».

Смешно, стоило главному копу Северного Кавказа Сергею Ченчику покинуть свой пост, перейдя на повышение в нацгвардию, и сразу же его основной пропагандистский инструмент объявили запрещенкой, словно кусок пармезана.

Надо признать, kavkazpress был вершиной агитационно-пропагандистских потуг дагестанских силовиков, у которых проблема сводилась к простой формуле: любой кавказский мальчишка в нулевые твердо знал, что мент – это западло, а абрек – это народный мститель. А тем, кто пеняет мне, что я героизирую террористов, советую просто вспомнить, какими граффити были исписаны махачкалинские стены лет 5-7 назад.

Противопоставить этому могли только унылый бубнеж про конституционный порядок и законность, на что подполье отвечало целым букетом суперпопулярных сайтов. Миллионы вбухивались в бессмысленную казенную агитацию, но один единственный ролик Саида Бурятского собирал больше просмотров, чем вся официальная пропаганда вместе взятая за все время.

В конце концов борцы с терроризмом осознали, что на длинной дистанции побеждает не тот, у кого больше штыков или крупнее калибры, а тот, кто берет верх в информационной войне. Они предприняли несколько любопытных попыток выйти в неформальное информационное пространство. 

Были анонимные блоги kiberotrad и hardingush, по своему неплохие. Первый изображал из себя некую группу хакеров, обнародующих в сети добытый компромат на ваххабито-экстремисто-террористов и их пособников, второй – типа, дневники мента-спецназовца, готового поделиться с читателем, «как оно на самом деле». Несмотря на то, что с первого взгляда было очевидно, что kiberotrad’у сливают спецслужбы, а hardingush – это коллектив авторов, они получили свою долю популярности. Однако именно kavkazpress стал по-настоящему успешным.

Изначально он специализировался на разоблачении интимной жизни противника: любовная переписка, подробное перечисление: кто, сколько раз и за кем был замужем, смакование последнего телефонного разговора боевика с матерью перед смертью, фото подброшенного при обыске фалоимитатора, видео, запечатлевшее стоны истекающего кровью моджахеда. 

Идея была простая: те кто пошел против власти – вовсе не сверхчеловеки, они занимаются любовью, бояться боли и смерти, они – обычные люди, ничем не лучше тех, с кем они борются.

«Сливная достоверность» усиливалась разнузданным стилем, за которым угадывался автор – пошляк и провинциал, но с бойким пером. Мне навсегда запомнилась фраза «...и он попал в объятия тесные как плавки стриптизера», это про какого-то боевика, примкнувшего в джихадистскому джамаату, суть статьи не помню, а вот оборот врезался в память, уж больно хорошо описывает не столько сабж статьи, сколько автора.

По сути, это было перенесение приемов «желтой прессы» в сферу контртеррористической пропаганды. На сохранивший остатки советской девственности Дагестан это действовало примерно, как в начале 90-х на все еще очень совковое население России действовали «Комсомолка», «МК», «СПИД-Инфо», доказательно объяснявшие читателю, что «принцессы тоже какают». 

Однажды в Дагестане я оказался в составе статусной делегации на официальном обеде. Напротив сидел дагестанский чиновник, он пытался поддерживать интересный обоим разговор:

– А что вы думаете про эффективность такой журналистики, как kavkazpress, у них ведь появляется ТАКАЯ информация?

Чиновник смотрел на меня глазами с младенчиковой незамутненностью, у местных чиновников часто бывает такой взгляд, и было ясно, что он не издевается, а искренне интересуется.

Секунд 30 я даже не знал, как ответить, а потом решил снизить уровень ответа до порога доступности.

– Понимаете, это не журналистика, вот я – Орхан Джемаль, и под любой моей статьей это написано, с меня в любой момент можно спросить за базар. Если, к примеру, в «МК» статья под псевдонимом, то там есть главред Павел Гусев, который тоже теоретически должен отвечать за базар. А kavkazpress – это кто? Никто? Значит это по определению фуфло, считай, что на заборе написано.

Анонимность была объяснима, кавказпресцы, как и все дагестанские силовики, до истерики боялись, что «лесные» их убьют. В ту пору о том, что МВД приглашает на работу, давали объявления по радио, но несмотря на безработицу в республике, все равно людей не хватало, а те, что были, боялись лишний раз появиться на улице в форме.

Но именно анонимность и была ахилесовой пятой kavkazpress’а, в итоге она и сгубила этот ресурс, в противном случае они проиграли бы иск о защите чести и достоинства судьи Мирзаева, заплатили бы ему моральный ущерб, так сказать, ответили бы за базар, и работали бы дальше. Но отвечать было некому, охранителей режима закрыли так, как позволял неуклюже скроенный российский закон, за неимением возможности решить вопрос иначе.

То, что это их губит, было ясно задолго до того. Анонимность развращает, так как позволяет не заботиться о личной репутации.

Несколько лет назад мой коллега с телеканала «Дождь» рассказал мне, что с ним связались представители kavkazpress’а с предложением сотрудничества. Вроде как предлагали делиться эксклюзивной информацией. «Дождь» в ту пору был площадкой, которой не брезговал и тогдашний президент России Медведев. В ходе переговоров оказалось, что кавказпресцы видят начало сотрудничества как трудоустройство на канал жены одного из них, а потом уж они отблагодарят эксклюзивчиком.

Коллега звонил советоваться:

– Пишет, мол, жена – дипломированный журналист, а в Дагестане профильной работы нет, и, мол, надо ее на «Дождь» пристроить. Что это, внедрение агента?

Я успокоил его:

– Не парься. Это, скорее всего, дура, не способная связать двух слов и абсолютно профнепригодная, действительно чья-то жена, а вас просто пытаются развести как лохов: ее зарплата взамен на мутные посулы. Сиди вы не в Москве, а в Махачкале, вам бы предложили ее трудоустроить в обмен на общее покровительство. Обычный мусорской подход.

В итоге переговоры закончились ничем, муж некоторое время слал неявные угрозы, но потом исчез. А я понял, что kavkazpress обречен, потому что из дерьма пули не слепишь. Люди, способные эффектность своего появления в блогосфере менять на трудоустройство жены, обречены.

И как в воду глядел: чем дальше, тем меньше kavkazpress занимался ваххабито-террористо-экстремистами, тем больше лез в разборки дагестанского чиновничества, как гражданского, так и силового. Было видно, что бюджета, отпущенного на контртеррористическую пропаганду, на жизнь не хватает, и ребята активно зарабатывают тем, что на телевидении называется джинса, а в бумажных изданиях – косуха. Кавказпресцы начали публиковать заказные наезды и сливать компромат уже не на боевиков, а на министров, депутатов, коллег, судей. На этом и погорели.

При этом мне искренне жаль, что ресурс закрыли, я надеюсь, они продолжат работу, невзирая на смешные запреты Роскомнадзора, которые, в принципе, никому не мешают, лишь бы сами кавказпресцы не решили свернуть свою деятельность, лишь бы им из-за этого недоразумения не урезали финансирование. Они играют важную роль в обществе, как, например, телепередача «Дом-2» или уже несуществующий музыкальный коллектив «Ласковый май».

О последнем лет 25 назад ходил такой анекдот:

Мамаша обхаживает сына, проснувшегося с тяжелым похмельем.

– Может, водички?

– Не!

– Может, 50 граммов водочки?

– Не!

– Может...

– Мам, поставь «Ласковый май», может, проблююсь.

Kavkazpress необходим, как бывает необходимо рвотное. Мир таков, что иногда требуется напоминание, что рядом слишком много мусора, и нельзя убраться раз и навсегда, а потом успокоиться, если не выносить на помойку, вокруг его будет слишком много. Да, ресурс смердел, но напоминал, как пахнут ремесла, в данном случае ремесло мусора.

Комментарии 0