Среда обитания

Как «Мусульмане» ушли с российского телевидения

Более десяти лет на федеральном телеканале «Россия 1» телезрители каждую пятницу могли смотреть единственную в своем роде на всем отечественном ТВ программу об исламе и мусульманах. Однако довольно длительный период времени программа «Мусульмане» не выходит в эфир. Мало кто знает, что ее закрыли.

О том, как родилась идея создания программы «Мусульмане» на федеральном канале, как и кто руководил процессом выпуска сюжетов в эфир, какие темы затрагивались в программе, о сложностях с выбором эфирного времени и его нехватке, об отношении к мусульманам в России и о роли самих мусульман в обществе в своем интервью КАВПОЛИТу рассказала телеведущая Динара Садретдинова.

- Динара, расскажите, как появилась программа «Мусульмане»?

- До того, как в эфире телеканала «Россия» появилась программа «Мусульмане», на канале существовала другая программа, которая называлась «1000 и 1 день». У нее, по словам руководства, были низкие рейтинги, и она собирала очень маленькую зрительскую аудиторию. 

Создателям программы «Мусульмане» руководство телеканала поставило задачу выйти на рейтинги хотя бы в 500 тысяч человек. Если новая программа соберет у экранов телевизоров такое количество зрителей, то передача останется в эфире, если нет, то ее закроют.

Однако уже первые выпуски программы собрали аудиторию примерно в 1,5 миллиона зрителей. А согласно исследованиям, эти цифры сохранялись все тринадцать с половиной лет, вплоть до последних эфиров. Иногда чуть больше, иногда чуть меньше, но стабильно около полутора миллионов, то есть примерно 20-25% от всех телезрителей, смотрящих телевизор в это время.

Интересно, что самые высокие рейтинги в двухтысячных у нас были на Дальнем Востоке. При этом в регионах России, где титульное население исповедует ислам, приборы, контролирующие рейтинг, не были установлены.

Таким образом, абсолютно не учитывалась наша аудитория в республиках Северного Кавказа. Думаю, что показатели были бы значительно выше.

Изначально программа «Мусульмане» создавалась для того, чтобы сократить дистанцию между Западом и Востоком. Две чеченские компании, теракты в московском метро, на улице Гурьянова и в театральном центре на Дубровке («Норд-Ост») повлияли на то, что отношения в нашем обществе были накалены до предела, в частности, между представителями разных конфессий.

Обстановка была очень напряженной, несмотря на то что Россия многоконфессиональная и многонациональная страна с богатой историей мирного сосуществования разных культур и религий. Нужно было сглаживать проблемы и углы. 

Программа «Мусульмане» задумывалась как культурно-познавательный тележурнал для представителей разных конфессий, то есть не только для мусульман. А скорее, даже для немусульман, чтобы рассказать им об исламе, о добром лице этой религии и ее представителях.

Героями программы стали не только выдающиеся религиозные деятели, ученые, космонавты, знаменитые представители культуры и искусства, известные врачи и именитые спортсмены. Героями программы также стали обычные мусульмане: сельские учителя, рабочие, инженеры, фермеры, солдаты.

Конечно, далеко не все из них соблюдали предписания религии. Но самое главное, они считали себя мусульманами. Поэтому в программе был сделан акцент на традиции, обычаи и культуру народов, исповедующих ислам. И при этом велось ненавязчивое и мягкое разъяснение основ веры.

Мне кажется, что корреспондентам и всему коллективу программы удавалось интересно рассказывать телезрителям о простых людях, которые делились историями своей жизни, отношением к вере, к Всевышнему.

Мы часто освещали события, происходившие в российской исламской умме (общине – прим. КАВПОЛИТ). Сотрудничали с корреспондентами из разных регионов России. В программе постоянно появлялись добрые, открытые, интеллигентные и социально активные люди, в противовес тому, какими представляли мусульман другие СМИ.

Фото: Ирина Манн

- А как вы стали ведущей данной программы?

- После окончания Российской академии театрального искусства (ГИТИС) в течение двух лет с небольшими перерывами я вела передачу «Мир Ислама» на спутниковом телеканале «АСТ-Прометей».

Хиджаб я надела на одной из первых съемок и уже не сняла. Это была религиозная программа по стилю и содержанию. Помню, что мне даже не разрешали улыбаться в кадре. И вела ее я не одна, а с соведущим Дамиром Вагаповым.

К сожалению, этот проект продлился недолго, около двух лет. Я уже начала думать, чем же я буду заниматься дальше, поскольку не видела своего будущего в театре: это шло вразрез с моими религиозными убеждениями.

Я решила получить второе высшее образование и прибрести новую специальность. Как раз вернулась из долгосрочной командировки моя старшая сестра Найля. И, работая в газете «Все об Исламе» в Духовном управлении мусульман России, она совершенно случайно познакомилась с режиссером новой программы, которую планировали запустить на телеканале «Россия».

Елена Коршак [режиссер] пришла в мечеть для того, чтобы наладить новые связи, и в одном из коридоров столкнулась с моей сестрой. Елена Ивановна, пораженная сочетанием ее красоты и интеллекта, после непродолжительной беседы пригласила ее вместе со мной в редакцию, на Шаболовку.

Там мы познакомились с руководителем нового телепроекта Василием Антиповым. Оказалось, что он, как и я, выпускник ГИТИСа, и у нас много общего. И хотя новая программа изначально планировалась без ведущего, Василий Иванович все же предложил мне сделать телепробы. А я почему-то сразу почувствовала, что мы сработаемся.

Кстати, первые два выпуска вел муфтий Равиль хазрат Гайнутдин. В день его записи были сделаны и мои телепробы. Меня спросили, почему платок завязан таким образом? И даже порекомендовали его повязать назад, чтобы выглядеть по-светски. Но на тот момент я соблюдала предписания религии более двух лет и перевязывать платок, даже для того, чтобы появиться в эфире государственного телеканала, не собиралась.

Честно говоря, несмотря на очень доброжелательную обстановку на съемочной площадке и мое внутреннее ощущение, что все возможно по воле Всевышнего, сомнения в том, что мой внешний вид может понравиться руководству телеканала, безусловно были.

Тем не менее пробы были утверждены руководителем отдела, а затем и руководством канала. Причем в хиджабе, по всем канонам шариата. Это была моя маленькая победа. Потому что до этого подобного рода прецедента не было ни на российском телевидении, ни на государственных каналах многих арабских стран. И это способствовало разрушению стереотипов об униженном и бесправном положении женщины в исламе.

С этой задачей я и шла работать в программу. И, конечно, я очень благодарна генеральному директору ВГТРК Олегу Добродееву, что он принял такое решение и взял меня на работу в качестве ведущей.

Совсем недавно от коллеги я даже узнала подробности просмотра телепроб. «Что ж», – сказал Олег Борисович, – пусть работает! Смешная!». Вот так я попала на федеральный канал. Практически с улицы. И это было провидение Всевышнего.

- А что сейчас с программой? Ее закрыли?

- Да. На канале произошли пертурбации. Сменился генеральный продюсер, теперь это Игорь Шестаков. Руководство канала приняло решение, что программа «Мусульмане» выходить в эфир больше не будет.

- На ваш взгляд, программа себя исчерпала, нужно какое-то переформатирование или что-то еще?

- Как мне объяснили, это связано с сокращением штата телеканала и службы цикловых и тематических программ. Программа производилась на государственные деньги, и, хотя была малобюджетной, она не приносила никакого дохода телеканалу: в нашем 13-минутном шаге не было рекламы.

Не думаю, что программа себя исчерпала. Несмотря на то что корреспонденты программы побывали более чем в 60 регионах нашей страны и за рубежом, тема исламского образа жизни необъятна! Нам, конечно же, есть что показывать и о ком рассказывать.

Динара Садретдинова в лагере «Муслим». Фото: dumso.ru

Безусловно, мы были своего рода долгожителями на канале, немногим программам удается просуществовать в эфире столько лет. Иногда даже было ощущение, что мы какие-то нетленные (смеется). 

Ну, я совершенно спокойно к этому отношусь, потому что понимаю, что все происходит по воле Аллаха. Значит, Всевышний уготовил для нас нечто лучшее. Насколько мне известно, планировалось создание программы на канале «Россия-24». Но она уже будет с иными задачами и контентом, в новой студии и с другим ведущим.

- С другим ведущим?

- Да, с другим ведущим – мужчиной.

- Не хотят чтобы вела женщина в платке?

- Вот об этом остается только догадываться (смеется).

- А когда состоялся последний выпуск программы «Мусульмане»?

- Летом, как правило, в июне, мы обычно уходили в телевизионный отпуск, а в августе возвращались. За несколько дней до начала месяца Рамадан вышел в эфир последний выпуск программы.

- Сразу после трагических событий в Париже, после серии терактов, на вашем уже прошлом телеканале «Россия-1» в экстренном выпуске программы «Вечер с Владимиром Соловьевым» среди гостей был имам московской Мемориальной мечети Шамиль Аляутдинов. И в диалоге с ведущим он посетовал, что благодаря многолетней негативной работе СМИ по-прежнему очерняют мусульман.

И как отметил Аляутдинов, было бы неплохо, чтобы на российском телевидении была хотя бы одна программа, которая могла бы объяснить, кто такие мусульмане и что такое ислам. На что Соловьев ответил: «Такая программа есть, и она регулярно выходит на нашем телеканале». 

Более того, когда Аляутдинов отметил, что она есть (видимо, не хотел спорить с ведущим), но она больше о культуре, Соловьев продолжил, сказав: «Ничего не знаю, это делают ваши единоверцы, мы в контент не лезем». Как вы расцениваете такой ответ вашего экс-коллеги по каналу?

- Я, конечно, очень тронута, что Владимир Соловьев знает о существовании программы «Мусульмане», но, скорее всего, уважаемый коллега очень давно ее не смотрел.

Владимир Соловьев и Шамиль Аляутдинов о программе «Мусульмане»

Что же касается того, что программа делалась целиком мусульманами, то кроме меня и одного из корреспондентов (в разное время с нами работали Камиль Фаткуллин, Игорь Рябцев, а последние несколько лет Айсылу Хафизова), а также оператора – в коллективе программы мусульман больше не было.

Не говоря уже о том, что большую часть времени я была единственной практикующей (соблюдающей религиозную практику) мусульманкой в коллективе. Но мои коллеги очень профессионально делали свою работу и выполняли поставленные задачи. Признаюсь, меня больше удивила реакция Шамиля хазрата, который знал, что программы в эфире нет, но при этом не стал возражать ведущему.

- А от кого зависело, что будет в конкретном выпуске программы?

- Верстка передачи составлялась заранее руководителем программы, учитывая пожелания и просьбы Духовного управления мусульман России. Я принимала участие в обсуждении верстки на заключительном этапе.

Вместе с Василием Ивановичем писала и редактировала тексты подводок к сюжетам корреспондентов, приглашала гостей для беседы в студии и отвечала за интервью. В полной мере влиять на контент программы я не могла, хотя бы потому, что сюжеты были авторскими. Могла только высказать свои пожелания.

Я понимаю, какую ответственность я несу прежде всего перед Всевышним за каждое сказанное мною в эфире слово. И я полностью отвечаю только за свою работу.

Безусловно, редакция программы каждый раз советовалась по поводу контента с представителями ДУМ. Многие темы предлагали зрители, и корреспонденты неоднократно выезжали на съемки по письмам.

Когда программа вышла в эфир, оказалось, что основная зрительская аудитория – это представители не ислама, а других религиозных конфессий, в основном интеллигенция, которая интересуется историей, культурой, традициями и обычаями народов, исповедующих ислам.

Но также нам активно писали зрители из разных регионов России – как этнические мусульмане, которые хотели больше узнавать об исламе, так и социально активные единоверцы, которые хотели поделиться своими достижениями и успехами в области исламского просвещения. 

Аудитория разношерстная. Потому необходимо было составлять такую программу, которая бы представляла интерес для разных людей. И в этом режиме программа просуществовала тринадцать с половиной лет.

Сначала передача состояла из трех сюжетов. Первые выпуски были записаны в мечети на Поклонной горе, за что огромное спасибо имаму Шамилю Аляутдинову, он любезно предоставил пространство мечети для съемок.

Это время я вспоминаю с большой ностальгией, потому что ни одна телестудия не заменит мечеть с ее особой атмосферой.

Мемориальная мечеть на Поклонной горе. Фото: poznamka.ru

А потом появилась студия на Шаболовке, и мы стали приглашать гостей. Каждый выпуск программы координировался с Духовным управлением мусульман Российской Федерации, без их одобрения программа не выходила в эфир.

Если не ошибаюсь, нам всего лишь два раза вернули программу перед выходом в эфир. Например, зрители так и не увидели кадры из Мордовии, из села Белозерье, нашего специального корреспондента Андрея Шелкова, где мусульмане, очень колоритные мужчины, с длинными бородами, в перерыве между таймами хоккейного матча, при наступлении времени молитвы, молились на льду в коньках. Это было очень трогательно…

- А что могло не понравиться в данном сюжете?

- Даже не знаю, как прокомментировать… Может быть, молитва в коньках?

- Но ведь пророк Мухаммад (мир ему) молился в обуви. А молясь на льду босиком, можно и заболеть... 

- Это был очень красивый и искренний сюжет. Мусульмане Мордовии известны своей строгостью в соблюдении религиозных предписаний, и этот сюжет очень интересно раскрывал их отношение к сунне пророка Мухаммада (мир ему).

- Значит, программа «Мусульмане» не могла никак выйти без одобрения не только вашего руководства, но и Духовного управления?

- Конечно.

- Уж очень много руководителей получается...

- Каждую неделю программа отсматривалась представителем Духовного управления, и только после этого выпуск передавали в эфир. Хочу отметить, что на федеральном канале только у мусульман была своя программа, и представители других конфессий были этим не очень довольны.

- А телеканал «Спас»? Да и нынешний Патриарх Кирилл долгое время вел программу...

- Да, но не на канале «Россия 1».

- На Первом канале!

- Не всем нравилось, что я появляюсь на экране в хиджабе и приветствую телезрителей словами «Ассаляму алейкум уа рахматуллахи уа баракятух». Наши редакторы даже на странице программы на сайте телеканала написали, что это приветствие в исламских странах является светским...

Ведь программа «Мусульмане» была культурно-познавательным журналом для всех. Каждый мог найти в этой программе что-то интересное для себя. Иногда, очень редко, все же выходили выпуски, в которых, например, все сюжеты и беседа в студии подбирались в исламской тематике, и это очень вдохновляло. 

Единственное, чего мы никогда не касались – это политики. В программе политика была под запретом. Мне очень радостно, что после того как я стала выходить в эфир в хиджабе на канале «Россия», в разных регионах нашей страны появились программы с покрытыми ведущими.

- Это были в основном мусульманские регионы?

- Нет, не только. Это Екатеринбург, Саратов, Томск. Естественно, Татарстан, Башкортостан, Дагестан, Чечня. Раньше даже никто не мог представить себе, что женщина-мусульманка может работать телеведущей.

Мне приходило много писем от людей, которые интересовалисья исламом, от немусульман. Они писали, что им нравится программа, и они хотят больше узнать об исламе. Просили прислать Коран в переводе на русский, религиозную литературу.

Я, кстати, в первые годы высылала много литературы в тюрьмы. Часто обращались с просьбой прислать молитвенные коврики и другую исламскую атрибутику. Были и те, кто принимал ислам и потом писал мне об этом. Это самые дорогие для меня письма.

Совсем недавно я создала профиль в Instagram, и мне написала девушка о том, что, посмотрев программу о хадже, она заинтересовалась религией и впоследствии приняла ислам. Очень часто такого рода истории мне пишут и на официальную страницу в Facebook, аудитория которой составляет уже почти 10 тысяч человек.

Да, программа «Мусульмане» – культурно-познавательный журнал, но нельзя отрицать того, что – может быть, не так активно, но распространение религии происходило. Для меня всегда было важно заинтересовать и подтолкнуть людей к изучению религии. Думаю, что программа постепенно меняла представление ее постоянных зрителей об исламе и мусульманах.

Кадр со съемки программы о футболисте Руслане Нигматуллине. Мяч с его автографом, 2002 г. 

Мне кажется, что будущее телевидения за тематическими каналами. Если бы у российских мусульман был свой телеканал, как, например, «Спас» у православных, и мы могли бы, свободно располагая временем, знакомить зрителей с новостями, успехами и достижениями исламского мира, посвящать время религиозному образованию, обсуждать важные вопросы социального характера, уделять внимание семье, воспитанию детей, в общем, охватить большой спектр вопросов, связанных с исламом, то это был бы неоценимый вклад в дело распространения достоверной информации о религии. 

В режиме, в котором выходила программа «Мусульмане» – всего 13,5 минуты раз в неделю, – многие серьезные темы поднимать было просто невозможно. На это элементарно не хватало времени.

Но благодаря высокому профессионализму коллектива в эти 13 минут моим коллегам удавалось вместить массу интересной и полезной информации, и все это делалось очень профессионально и качественно. От лица многих моих единоверцев я бы хотела поблагодарить своих коллег за прекрасную работу.

- А почему она была столь непродолжительной? И в последние годы она выходила в эфир больно уж в ранние часы...

- Это целиком и полностью установка телеканала «Россия 1». Мы неоднократно писали, просили увеличить хронометраж или хотя бы сделать повтор в другое время, но, к сожалению, нам отказывали, и приходилось довольствоваться тем, что имели. Соответственно, на время выхода в эфир мы также не могли влиять, нас кидали по сетке с 7:40 на 8:15, 8:40, потом на 11:50, затем и вовсе перенесли на время пятничной молитвы.

- В тот момент, когда ты молишься в мечети, явно не удастся посмотреть эфир...

- Естественно. Потом, по просьбе руководителя программы Василия Антипова, нам вернули утреннее время, и тележурнал выходил в 8:55. Как вы понимаете, далеко не в прайм-тайм.

Кстати, нынешний главный продюсер канала Игорь Шестаков руководил программой «Утро», и в пятницу мы отнимали у этой программы 5 минут эфира. Нас уже давно предлагали разделить на сюжеты и время от времени демонстрировать их на утреннем канале. Но руководство канала все же решило оставить программу в том виде, в котором она выходила: с ведущей и беседой в студии.

А предыдущий главный продюсер телеканала Дмитрий Медников, вступив в свою должность, отметил, что у программы «мощная ведущая», и программа, безусловно, останется в эфире «России 1».

- А у простого зрителя не могло появиться ощущение, что данную программу руководство телеканала, будто бы стесняясь, пыталось «задвинуть» куда-нибудь туда, где ее увидит минимальное количество людей?

- Как я уже говорила, время, предоставленное для эфира, было далеко не праймтаймовым. И несмотря на то что программа путешествовала по сетке, наш зритель всегда шел за нами, и тележурнал набирал стабильные рейтинги.

В последние несколько лет на сайте канала «Россия» был сформирован архив. И выпуски программы «Мусульмане» можно смотреть в интернете.

Хочу сказать, что редактор сайта заверила нас, что архив программы сохранится, и его смогут посмотреть все желающие, набрав в строке поиска «программа Мусульмане видео». Откроется страница передачи с последними выпусками.

- Мне как-то довелось присутствовать на одной из первых пресс-конференций нынешнего Полномочного представителя Президента в Северо-Кавказском федеральном округе Сергея Алимовича Меликова. На этой встрече с журналистами в своей резиденции в Пятигорске он отметил программу «Мусульмане», сказав, что много полезного и интересного узнал из нее.

Более того, он рассказал, что эти знания ему пригодились на службе, когда он был командующим объединённой группировкой войск по проведению контртеррористических операций на Северном Кавказе.

- Мне очень приятно это слышать, т.к. это говорит о том, что мы работали не напрасно. Надо отметить, что программу в разные годы высоко оценивали представители власти. На третий год ее существования, в ходе визита президента России Владимира Путина на саммит «Россия-АСЕАН», я представляла российских мусульман в Малайзии.

Принимала участие в открытии выставки о мусульманах России и в прямом эфире телевизионных программ рассказывала о том, как живут мои единоверцы в нашей стране. На тот момент уже было понятно, как высоко оценивают нашу работу.

Благодаря программе «Мусульмане» я побывала в разных странах и приняла участие в международных форумах.

Например, в качестве почетного гостя на фестивале документального кино телеканала «Аль-Джазира» в Катаре, на международной выставке Корана в Исламской Республике Иран и на Всемирной конференции женщин-журналистов, где я вошла в число шести лучших журналисток исламского мира, и мне была вручена премия «Слово Зайнаб».

Фото: salamnews.org

Неоднократно моих коллег и меня поощряли главы республик нашей страны благодарственными письмами и почетными званиями. Духовное управление мусульман России и ДУМ Москвы также не оставляли нашу работу без внимания.

- Многолетний труд на телевидении наверняка не смог пройти бесследно. Вас узнают на улице, в общественном транспорте?

- Мало того, других мусульманок часто принимают за меня, радуются, приветствуют, говорят какие-то добрые слова. И мне от этого тоже очень радостно!

- А к вам лично подходят?

- Да, подходят.

- Что говорят?

- Обычно говорят что-то хорошее. Что много лет смотрят программу, что им нравятся интересные сюжеты… Радуются, когда видят меня в эфире с улыбкой и в хиджабе, что с удовольствием отвечают на мое приветствие в начале и конце выпуска. Отмечают красивые костюмы и доброжелательный голос. Говорят, что за столько лет я стала им как родная! Многие с нетерпением ждут программу и надеются, что она снова появится в эфире…

- А подходят только мусульмане?

- Не только мусульмане подходят. Вот, например, в конце прошлого года я участвовала в работе замечательного и очень нужного форума «Международный фестиваль семейных династий», который проходил в старинном русском городе Суздале. Скажу откровенно, я была удивлена тем, что местные жители узнавали меня там практически везде: в отеле, музее деревянного зодчества, Кремле и кафе.

Я даже не думала, что в центре православной культуры может быть такой интерес к нашей программе. Скажу больше, например, в Татарстане такого и близко не было! Тем более передача уже несколько месяцев не выходила в эфир.

По степени узнаваемости могу это сравнить только с Чечней, Карачаево-Черкессией и Адыгеей. Это те республики, в которых я побывала – и, конечно, не могу забыть то радушие и гостеприимство, с которым меня встречали, как родного и близкого человека. 

Искренняя забота моих дорогих единоверцев тронула меня до глубины души, и теплые воспоминания живут в моем сердце. Мечтаю побывать и в других республиках Северного Кавказа и регионах России.

- А негатив в ваш адрес был?

- Обычно это имеет место после терактов и взрывов в Москве. Один из последних терактов произошел в метро несколько лет назад. Буквально за день до случившегося, в московском метро можно было встретить трех-четырех девушек в платках чуть ли не на каждой станции метро. А после трагических событий все исчезли. Братья, мужья, отцы не разрешали своим женщинам заходить в метро, дабы избежать острых ситуаций.

Но так как мне нужно было работать, я всегда спускалась в подземку – и, конечно, чувствовалось очень сильное напряжение пассажиров и гнетущая атмосфера. Бывало, что люди выходили из вагона. Вслух выражали свое неодобрение, кричали «Аллах Акбар». Самое главное в этих ситуациях – вести себя ровно и доброжелательно. Когда люди видят позитивного человека – многие успокаиваются.

Форум мусульманской молодежи. Фото: samtatnews.ru

Сравнительно недавно в час пик я спускалась по эскалатору. Одна женщина крикнула мне в спину: «Террористка!» Это было, конечно, для меня неожиданно. Потом эта же дама решила пойти за мной, дошла до вагона, гневно и громко во всеуслышание спросила: «Ну, что? Пояс-то не забыла надеть? Если что – взлетим вместе!»

Этим пассажем она меня окончательно развеселила, хотя в общем-то не до смеха, когда встречаешься с неадекватным поведением. Но я понимаю, что люди напуганы. Они не виноваты в том, что СМИ, нагнетая обстановку, перебарщивают, а в итоге получается, что страдают невинные люди.

Да, было много разных ситуаций: и за руку хватали, чтобы отвести в милицию, и угрожали на детской площадке.

А еще я помню, перед поездкой в Иран в начале 2000-х нетрезвый милиционер склонился надо мной в метро, когда я читала толкование Корана. Он выхватил из моих рук книгу и попытался стянуть с меня платок. Ну, конечно же, у него ничего не получилось.

И всем, кто хочет или хотел когда-либо это сделать, могу сказать, что это не так просто, потому что он надежно закреплен в нескольких местах.

Но меня поразило, что окружающие совсем никак не реагировали, как будто ничего не происходит. Я заметила одного мужчину, явно восточной внешности, стоящего в дверях вагона. Он наблюдал за происходящим и как-то беспомощно улыбался. И от этого, честно говоря, было не по себе…

На следующий день я вылетела в Иран на фестиваль Корана. В тегеранском аэропорту, снимая с ленты свой чемодан, один мужчина повернулся ко мне и сказал на ломаном русском: «А ми вчера с вами в одном вагоне ехали!  Я видель, как к вам милиционер приставаль...»

Я опешила от неожиданности. Оказалось, что это тот самый парень, который стоял в дверях вагона – и, представьте себе, иранец. Конечно, он извинился, что не мог помочь, так как не является гражданином России и не хотел проблем с милицией, тем более что на следующий день ему нужно было уезжать домой.

Вот уж, действительно, пути Всевышнего неисповедимы. Тем не менее Аллах дал этому человеку возможность извиниться.

Программа «Мусульмане». Эфир от 15.05.2015 

Могу сказать, что, ежедневно спускаясь в подземку, я как-то задумалась о том, что люди реально напрягаются, когда видят женщин и девушек в платках. Причем не только пассажиры, но и работники метрополитена.

Теперь я всегда захожу в метро с позитивом! И становится приятно, когда люди на тебя реагируют в ответ так же позитивно. То есть ты получаешь в ответ то, что излучаешь.

Я обратила внимание, что, когда спускаюсь по эскалатору на своей станции метро, дежурные как-то настороженно на меня смотрят, и вообще они обычно такие напряженные, чувствуется, что у них сложная работа – следить за порядком на эскалаторе. 

Тысячи людей ежедневно проходят мимо, и почти никто не обращает на них внимания. Все куда-то торопятся… Мне кажется противоестественным никак не реагировать на человека, мимо которого ты проходишь практически каждый день и встречаешься с ним взглядом. 

Так вот, я стала этим женщинам улыбаться. Они не сразу, но тоже ответили мне улыбкой. Потом я стала здороваться, они в ответ кивали. А спустя некоторое время они сами стали выходить из своей кабинки, приветствовать меня и даже делать комплименты!

Станция у нас новая, немноголюдная, и за то время, пока я спускаюсь на эскалаторе, они даже успевают разглядеть мой костюм. Спуск в московское метро стал для меня настоящим праздником! Теперь мы здороваемся даже с операторами в билетных кассах, если они не заняты, и с работниками службы безопасности. 

Это невероятно поднимает настроение! Тем более что быть приветливыми и доброжелательными с окружающими, с уважением относиться к соседям учил нас пророк Мухаммад (мир ему). Такой маленький вклад в изменение отношения к мусульманам может внести каждый. И это совсем несложно, попробуйте!

- Чем планируете заняться в будущем?

- Наверное, о планах лучше не рассказывать. О будущем знает только Всевышний… Мне бы, конечно, хотелось продолжить работу на телевидении или радиовещании. Я очень надеюсь, что в скором времени мы сможем порадовать зрителей не менее интересными и полезными проектами.

Последний эфир программы «Мусульмане» от 05.06.2015​

Но также, возможно, у Всевышнего есть на нас другие планы. В любом случае, перемены необходимы, и их не надо бояться! Они закаляют, делают нас сильнее и способствуют внутреннему росту и развитию. Все в руках Создателя!

И я убеждена, что если Аллах Всевышний так захотел, то это несомненно для нас лучше! Возможно, всю мудрость этой ситуации мы поймем не сразу, а намного позже…

Комментарии 3