Общество

Гюлен в "Le Monde": жалкая претензия на коллаборационизм

(На фото - Фетхуллах Гюлен)

 

Лидер всемирного движения своих сторонников Фетхуллах Гюлен выступил с программной статьей на страницах газеты Le Monde, одного из центральных французских СМИ. Статья называется "Мы, мусульмане, должны критически пересмотреть наше понимание Ислама".

У русских есть поговорка: "Ложка дегтя бочку меда портит". Но это явно не про статью Гюлена, содержание которой глазами мусульманина можно оценить наоборот: ложка меда и бочка дегтя.

Сперва про "мед", потому что его там мало. В этой статье Гюлен констатирует очевидные вещи и призывает к тому, с чем, конечно же, согласится большинство мыслящих мусульман в наши дни: "Мусульманские богословы, мыслители и интеллектуалы должны продвигать холический подход к религии, а также должны суметь заново проанализировать те юридические нормы, которые были выработаны во времена Средневековья, когда политическая идентичность преимущественно соответствовала религиозной и шли непрерывные вооруженные конфликты. Наличие определенных базовых убеждений отличается от догматизма. Возможно и совершенно необходимо возродить приверженность к свободе мысли, которая однажды привела исламский мир к возрождению, оставаясь, при этом, верными духу религии".

Что против этого возразить? Нечего возразить, так как определенный застой мысли и неэффективность подходов, предлагаемых основными исламскими джамаатами и движениями современности для решения глобальных проблем уммы, очевидны. Поэтому с необходимостью обновления исламской мысли в наши дни вряд ли кто-то будет спорить, тем более, что этот принцип заложен в самой религии Ислама, согласно известному хадису об обновителях (муджаддидах), которых Аллах будет посылать этой умме в каждый век.

Вряд ли кто-то поспорит и с наличием другой проблемы современной уммы, на которую указывает Гюлен, а именно "пренебрежение молодежью и недостатки в образовании".

На этом бесспорные или почти бесспорные положения статьи заканчиваются. Однако перед тем, как перейти к спорным, зададимся принципиальным вопросом: почему с программной статьей, посвященной необходимости обновления исламской мысли и уммы, Гюлен выступил на страницах французского издания, которое не назовешь ни исламским, ни дружественным Исламу?

К кому обращен призыв Гюлена? Судя по названию статьи, к мусульманам. Но, судя по выбранной им для этого послания трибуне, а также по его содержанию, явно не к ним.

Ведь Гюлен, будучи лидером движения с миллионами сторонников по всему миру, позиционирующего себя исламским, легко мог бы выступить с таким программным посланием на "Аль-Джазире" или в другом СМИ, рассчитанном на обширную исламскую аудиторию. Это было бы логичным, если он рассуждает о проблемах мусульман, кризисе исламской мысли и путях их преодоления, что по определению предполагает дискуссию и обсуждение в первую очередь среди ученых мужей уммы, которые в своей массе читают отнюдь не Le Monde.

Но Гюлен пишет именно туда, и, читая его статью, становится понятно, почему. 

Он не только предлагает "продвигать про-активное, позитивное взаимодействие с государственными структурами тех стран, чьими гражданами мы являемся, чтобы мусульмане за одним столом обсуждали планы по борьбе с террором и предлагали свои решения" - ведь недостатка в желающих побороться с террором от имени как бы мусульман нет и без него.

Гораздо интереснее то, что он призывает внедрять в школы специальные программы демократического просвещения мусульман (по аналогии с сексуальным просвещением, надо полагать, а точнее в пакете с ними): "Важным для обеспечения здравомыслия последующих поколений является введение в школьную программу, начиная с младших классов, тем, связанных с демократическими ценностями". Заметим, он не призывает к дискуссии о природе этих самых "демократических ценностей" с участием мусульманских мыслителей, а просто принимает их как данность, как "акиду", которую должны принять мусульмане, обучать ей своих детей и подстроить под нее свое понимание Ислама. 

Словом, называя вещи своими именами, Гюлен обращается к Западу, потому что говорит ему то, что тот хочет услышать и что соответствует стратегическим целям исламофобских кругов на Западе, желающих "реформировать Ислам". В таком контексте его статью можно воспринимать именно как предложение: дайте же выполнить эту задачу мне и моим сторонникам, ведь мы не только против ИГИЛ или "Аль-Каиды", не только против "Братьев-мусульман" (все три организации запрещены в России), мы против всех исламистов как таковых, и "плохих", и "хороших" (пользуясь классификацией Путина), и особенно мы против Эрдогана, которого многие на Западе так не любят именно как наиболее опасного "исламиста".

Послание Гюлена, который вместе со своими сторонниками в последние несколько лет просто одержим борьбой против Эрдогана - любой ценой и с любыми союзниками - конечно же, нельзя воспринимать вне этого контекста. Ведь по большому счету, Путин прав, когда говорит о том, что Эрдоган пытается быть для мира "хорошим исламистом". Это верно и по отношению к последней инициативе Турции и Саудовской Аравии по созданию военно-политической коалиции суннитских стран, которую незамедлительно осудили секуляристы с сектантской подкладкой

Суннитский мир таким образом в лице его наиболее сильных государств пытается взять в свои руки борьбу с деструктивными явлениями в своей среде, с одной стороны, но, с другой стороны, добиться от Запада признания его геополитической субъектности. И, надо сказать, что Эрдоган добился на этом поприще значительных успехов. 

Чего стоит одно соглашение между Турцией и ЕС, по которому Турция становится стратегическим партнером Европы во многих отраслях, уже в следующем году для турок должны быть отменены визы в ЕС и расконсервируются переговоры о принятии Турции в ЕС? А однозначная поддержка НАТО в конфликте с Россией, несмотря на все попытки выставить Эрдогана в глазах Запада пособником террористов, заметим, с активным участием в этом гюленистов. А перенаправление транзитных потоков из Азии в Европу в обход России, но через Турцию? Всего этого Турция добилась под руководством "исламиста" Эрдогана, именно благодаря его внешней политике и в тот период, когда он уже "лишился мудрости имама", как гюленовские мюриды описывают разрыв правящей Партии Справедливости и Развития с их сектой.

Однако далеко не всем в мире нравятся эти успехи, как и перспектива того, что Западу придется принять Исламский мир и мусульман такими, каковы они есть, отказавшись от попыток переделывать их по своим шаблонам и смирившись с тем, что мусульмане будут решать свои проблемы сами. И именно к этим силам обращается Гюлен, фактически подтверждая их тезисы: да, любые исламисты это зло, да, мусульманский мир нуждается в принудительной реформации под ваши стандарты ("демократические ценности"), так дайте же, дайте лицензию мне и моей секте, и мы будем энергично проводить ее в ваших интересах, в соответствии с вашим стратегическим планом.

Увы, "имам" не понимает, что в качестве такого заискивающего коллаборациониста он выглядит не просто отвратительно, но и смешно. Чтобы понять это, ему было бы достаточно проанализировать то, какие силы находятся в авангарде проекта "реформации Ислама" под "демократические ценности" в Германии: алевиты, утверждающие о необязательности молитвы и поста, феминистки, выступающие за право женщин быть имамами над мужчинами, гомосексуалисты, требующие признать "голубые никяхи".

Как бы ни лезли из кожи вон гюленовцы, пытаясь доказать свою "демократичность" и враждебность "исламизму", на фоне таких сил, равно как и на фоне адептов "традиционного ислама" в России в а-ля Таджуддин, они все равно будут выглядеть как опасное иностранное общество, за которым тянется шлейф подозрений в участии в "исламистских заговорах".

И если уж мы начали это обсуждение с русской поговорки, то и закончим его ею: "Ни в городе Богдан, ни в селе Селифан" - вот как выглядит ниша, в которой оказались Гюлен и его последователи из-за своего сектантского фанатизма. 

Комментарии 3