Среда обитания

Элемент системного давления на ислам в Осетии

«Опасны именно такие «политологи»... уводящие внимание людей от «тяжелейшей ситуации» и направляющие его в сторону Северной Осетии, «которая всегда считалась регионом благополучия в плане религии...» - муфтий Хаджимурат Гацалов

Аналитический материал, посвященный ситуации с распространением на Северном Кавказе идеологии признанного в России террористическим «Исламского государства», в авторстве корреспондента КАВПОЛИТа Антона Чаблина, вызвал неоднозначную реакцию со стороны читателей портала и критику со стороны лиц и организаций, затронутых в публикации.
Право ответить на обвинения, высказанные в материале КАВПОЛИТа, мы предоставили сопредседателю Совета муфтиев России, председателю ДУМ Северной Осетии Хаджимурату Гацалову.

Опус на заданную тему, уникальный по своей глупости и бесполезный ввиду своей бессмысленности, явил свету Антон Чаблин, рядом с фамилией которого написано «политолог, журналист».

Бумага все стерпит, а интернет – тем более, так как всеяден и беспринципен, но тем не менее подписывать под этакой галиматьей «политолог, журналист» – очень уж аморально. Должны же быть хоть какие-то границы, которых преступать не следует, исходя из обыкновенной человеческой порядочности.

Впрочем, взывать к чувствам, которых люди не испытывают, – пустое дело. Невольно вспоминается классическое: «Бывали хуже времена, но не было подлей...»

Неужели приходят эти времена, и мы скатываемся в безнравственное информационное болото, где любой «черный» заказ находит своего исполнителя, не стесняющегося ставить после своей фамилии статус «политолог, журналист».

Это возмущает более всего. Обычная заказная, на мой взгляд, грязная статейка, направленная против мусульман Осетии и конкретно против муфтия. Они были и, наверное, еще будут, поскольку люди, следуя своим страстям, не задумываются, что когда-нибудь придется отвечать за содеянное.

Возвращаясь же к «первоисточнику». Начиная статью информацией о «Хасавюртовском секторе» и далее развивая тему «Спрута от Европы до Азии», Чаблин ловко и неожиданно переходит к Северной Осетии. Вот он – главный регион, генерирующий проблемы радикализации и подпитывающий «Спрута от Европы до Азии». Хотя ни «Хасавюртовский сектор», ни остальная информация о спруте фактически не имеет к Осетии никакого отношения.

Другая география и другая административно-правовая ответственность и, кстати, другое Духовное управление, которое и занимается вплотную этой проблемой. Но фантазию автора и его неуемного желания поймать рыбку в мутной воде не останавливают никакие условности. Поэтому, исполняя чью-то «добрую волю» и не скрывая при этом своих намерений, буквально выдает следующее: «Не стоит говорить о тяжелейшей ситуации, скажем, в Дагестане или востоке Ставрополья. А возьмем Северную Осетию (а с чего бы это? – Прим. авт.), которая всегда считалась регионом благополучия в плане религии... Так вот, по оперативным данным, только из Владикавказа и Ирафского района в Сирию для участия в войне на стороне "Исламского государства" выехало уже более двух десятков молодых людей».

 

Изощренная логика «журналиста, политолога» уже не удивляет, – сотни человек из соседних республик, выехавших в Сирию, и в связи с этим, по его же словам, «тяжелейшая ситуация» определяется легковесной фразой: об этом «не стоит говорить». А вот Северная Осетия ужасает автора и, видно, с перепугу он продолжает лить ложь, захлебываясь в ней от собственной смелости.

В данной ситуации беда – не ИГИЛ, он-то – явный враг, и приуменьшать или преувеличивать проблемы, возникающие вследствие его действий, не стоит. Государственный ресурс, и идеологический, и правоохранительный, направлен на локализацию и ликвидацию проблем, связанных с его существованием. Общественное сознание также не оставляет без внимания попытки проникновения агрессивных идей и довольно умело противостоит им, имеется в виду Северная Осетия.

Опасны именно такие «политологи», беспринципные и мелкотравчатые, разрушающие наше общество изнутри, исподтишка формирующие продажный и лживый сектор СМИ, оболванивающий людей, не способных к размышлению. Своей ложью и измышлениями уводящих внимание людей от «тяжелейшей ситуации» и направляющих в сторону Северной Осетии, «которая всегда считалась регионом благополучия в плане религии...».

Удивительно, но автор, подписываясь под «уникальным» трудом, не пожалел ни своей фамилии, ни журналистского правдивого слова. На весеннее обострение чьих-то интересов не похоже, а до осенне-зимнего сезона, когда погибли наши имамы, как раз стоящие на страже благополучия в плане религии, еще есть время. Скорее всего, это элемент системного давления на ислам в Осетии.

Именно на ислам, а не на радикальную молодежь, которую никак не могут обнаружить. При всей своей старательности и упорстве эти силы не могут придумать что-то новое и эксплуатируют одну и ту же версию ухода в Сирию осетинской молодежи.

Почему? В чем причина столь безрассудного поведения журналиста? Если кто следит за системной информационной волной, направленной против ДУМ РСО-А, то вариация с численностью ушедших в Сирию не может не вызывать удивления – от 250-ти цифра таяла в каждой статье. И вот она обозначена в несколько десятков.

Она уменьшалась не оттого, что авторам становилось стыдно за очевидную ложь. А оттого, что в республике все про всех знают, и исчезновение 1-2 человек сразу становится открытой информацией. Так что «оперативные данные» в два десятка человек зависят от желания и настроения «оператора». Но озабоченность даже и двумя десятками мнимых радикалов на фоне «не стоит говорить о тяжелейшей ситуации...» подтверждает заказной вектор статьи и показывает убогость души исполнителя.

Кстати, мой сын Заурбек, которому усиленно инкриминировали хранение и распространение экстремистской литературы, а именно всемирно известного диска «Чудеса Корана», и опростоволосились, согласно судебному вердикту, спросил про автора: «Он Бога не боится?». Думаю, он далек от Бога.

Все остальные факты, вольно интерпретированные автором, имеют двух-трех-летнюю давность и к имамам отношения не имеют. Только в случае с Секинаевым момент передачи книги «Крепость мусульманина», внесенной в список экстремистской литературы, имел место, и Секинаев вынужден был покинуть пост имама. Хотя, как известно, сегодня эта книга решением суда выведена из списка запрещенной литературы. Если бы автор посмотрел в глаза людям, фамилии которых он не постеснялся вставить в свой «высокоинтеллектуальный» труд, то увидел бы глубочайшее презрение.

Проводя объективное расследование проявлений экстремизма на Кавказе, в том числе в Северной Осетии, руководствуясь при этом здравым смыслом и желанием обнажить правду, автор должен был изучить материал, заглянуть в любимый интернет и, следуя логике политолога, опросить экспертов, аналитиков. Увидел бы объективную информацию о ДУМ РСО-А, напечатанную серьезными аналитиками, знающими ситуацию не понаслышке и озвучившими ее вопреки давлению и «добрым» советам.

К вопросу о фетвах – ДУМ РСО-А стало единственным в России Духовным управлением, принявшим фетву, прямо запрещающую местным мусульманам участвовать в сирийских событиях.

 

5 февраля 2014 года во Владикавказе состоялась конференция «Взаимодействие государственных и религиозных структур по профилактике проявлений экстремизма и радикализма», организаторами которой выступили ДУМ РСО-А и республиканское Министерство по делам национальностей. Мы призвали тогда создать единый рабочий орган, объединяющий все заинтересованные структуры и ведомства, а также общественные силы для системной и грамотной работы по профилактике экстремизма, в первую очередь в исламской среде.

На конференции тогда прозвучал доклад первого заместителя муфтия, имама владикавказской мечети Расула Гамзатова о причинах радикализации мусульман и мерах по противодействию этому явлению. О серьезности труда, раскрывающего проблемы радикализации молодежи, высказались гораздо более профессиональные исследователи, потому писать о «тяжелейшей ситуации», не ознакомившись с текстом доклада Гамзатова, – не профессионально.

Расул Гамзатов погиб через полгода после конференции, но до настоящего времени следствие топчется на месте. Что помешало автору рассмотреть ситуацию с нежеланием расследования убийства в своей статье?

Мне очень бы хотелось понять, на какую аудиторию был направлен импульс, какую преследовал цель автор? Или банально нужна была статья о том, что в республике мусульмане, не обладающие элементарными знаниями, полностью отданы на откуп вербовщикам, и ДУМ во главе с муфтием даже и не пытается принимать какие-то меры против злого наущения? И пора бы открыть глаза дремлющему государственному надзору и подтолкнуть к действиям?

Скорее всего, именно так. Иначе только великой глупостью можно назвать попытки определить деятельность муфтия и муфтията следующей фразой: «Муфтият под руководством Хаджимурада (пишется "Хаджимурат". – Прим. авт.) Гацалова за все время сирийской войны даже не пытался определить конкретные мечети, где велась вербовка...»

Да, не пытался, в одном автор прав. У нас в мечетях не ведется вербовка ни в ИГИЛ, ни в другие организации. Нет ни одного случая и нет для этого базы, как нет и «заблудших» имамов. Почитайте полевые материалы, хотя бы для самообразования, чтобы не выглядеть полным профаном, как с идеей о вынесении фетв на круглых столах.

Следуя логике автора с его предложением «отставок» имамов, то по Дагестану и другим республикам Северного Кавказа их должно быть десятки. Но этого почему-то нет. Потому что именно имамы – на переднем крае идеологической борьбы.

Кстати, насчет имама из Адыгеи, я не поленился и позвонил муфтию. Да, он был отстранен, но совсем по другой причине. И за рубежом не учился. Муфтий Адыгеи также удивлен информацией и задавал вопрос – а почему журналист не удосужился позвонить? Думаю, только потому что опасался «соседства» Адыгеи с Северной Осетией. Даже и здесь не удержался, соврал. Адыгея находится в другом федеральном округе. Чем глупее ложь, тем охотнее в нее верят.

И последний вопрос, заданный политологом: «Почему такую действенную систему противодействия экстремистским идеям нельзя создать и в Северной Осетии, и по всему Северному Кавказу»? Отвечаю: «В Осетии система создана и действует. А про весь Северный Кавказ, по предложению того же автора, "не стоит говорить"».

Предлагаю взамен действенную систему подготовки тематического материала – связываться в первую очередь с теми людьми, о которых идет речь. Будет и объективно, и востребовано.

Комментарии 0