Их нравы

Провокация исламофобов Татарстана - «Ильминского в святые!»

Успехи Татарстана, дающего пример стабильного развития мусульманской республики, никак не дают покоя силам, враждебным Исламу и федеративному устройству России. Готовится очередная провокация, нацеленная на подрыв межнационального и межконфессионального добрососедства в регионе и вообще в сфере православно-мусульманских отношений во всей стране.

Начат сбор материалов для канонизации в лике местночтимых святых Казанской епархии Русской православной церкви миссионера Николая Ильминского (1822-1891), работавшего в Поволжье и Приуралье.

«Верующие кряшены его еще при жизни называли святым человеком, а в наши дни почитание его только усилилось», — заявил руководитель Кряшенской духовной миссии, настоятель церкви святителя Николая Чудотворца в селе Кряш-Серда Пестречинского района Татарстана иерей Димитрий Сизов. Священник подчеркнул, что ученый и просветитель лично участвовал в переводах Священного Писания, богослужебных книг и назидательной литературы на татарский язык, в устроении начальных школ в кряшенских селениях, а также в подготовке священнических и учительских кадров. 

Н. Ильминского называют «апостолом поволжских инородцев» и «апостолом кряшен». Им разработана миссионерско-просветительская система, важнейшей частью которой было распространение богослужения и обучения на родных языках. Она сыграла определяющую роль в духовном развитии и этнорелигиозной консолидации кряшен, чувашей и других народов Поволжья и Приуралья.

Да, канонизация кого-либо – это внутренне дело РПЦ. Вопрос религиозный. Но складывается впечатление, что в данном случае действует рука давно всем знакомых манипуляторов от религии, у которых далекие от духовности сугубо политические цели.

Для мусульман Поволжья и Урала имя Ильминского не столь благостно, как описывают его почитатели. Оно давно стало нарицательным. Ильминского считают теоретиком и практиком «мягкой» христианизации и русификаторства. «Мягкой» относительно политики насильственной христианизации и государственной нетерпимости в отношении Ислама, официально действовавшей до Екатерины II. 

Очевидно, что прославление его в лике святых вызовет настороженность у огромного числа людей и дестабилизирует ситуацию. Это противопоставит друг другу русских и татар. Вернет межнациональные отношения к реалиям XVIII века.

Память о насильственной христианизации, угроза ассимиляции, картины взятия Казани Иваном Грозным и всего, что с этим связано, живы в памяти татар Поволжья не меньше, чем ужасы депортации для татар Крыма. Тревожить такие пласты массового сознания крайне опасно. Зачем провоцировать конфликтую ситуацию? Играть на религиозных чувствах и использовать в своих политических целях такие понятия, как святость, - это ли ни кощунство?

Не случайно, инициаторы канонизации Ильминского, словно оправдываясь, пишут: «В советское время имя и духовно-просветительские труды Николая Ивановича были подвергнуты шельмованию и поруганию: его обвиняли в «великодержавном шовинизме» и «русификаторстве», совершенно безосновательно объявляли врагом и гонителем мусульман и татарского народа. К сожалению, эта очернительская традиция в отношении Ильминского дожила в Татарстане и до наших дней, что мешает объективному осмыслению его богатого духовно-просветительского и научного наследия, возрождению светлой памяти и прославлению этого выдающегося подвижника, просветителя и библеиста».

Власти Татарстана почему-то обвиняются тут в «очернительстве», что, по крайне мере, не соответствует действительности. В республике действуют крупные православные центры, возрождается Свияжск, православная жизнь кипит не меньше мусульманской. За все усилия по поддержке Церкви чиновников совершенно справедливо постоянно благодарит Казанская епархия РПЦ.

Более того, в РТ отмечается демографический прирост среди русских. Это в отличие от многих других «русских» и «национальных» регионов Поволжья.

К сожалению, инициаторы канонизации Ильминского для продвижения своей идеи получили площадку на официальных сайтах Московской патриархии и Казанской митрополии РПЦ. Более того, им удалось добиться благословения митрополита Казанского и Татарстанского Анастасия. 

Митрополит Анастасий – уважаемый религиозный деятель. Он известен своей ответственной позицией в сфере православно-мусульманских и русско-татарских отношений. Благодаря ему, выстроена система доверительного диалога епархии РПЦ с властями республики.

Складывается впечатление, что за его спиной действуют те, кто хотел бы столкнуть христиан и мусульман, те, кто не доволен успехами Татарстана, его ровными и стабильными отношениями с федеральным центром. Особенно, конечно, у исламофобов вызывает раздражение то, что Владимир Путин недавно публично подтвердил право республики называть своего главу президентом.

В ход идет все. Структуры, возглавляемые и ведомые известным антиисламским деятелей Романом Силантьевым, вновь и вновь разражаются заявлениями о мифических притеснениях русских и православных в РТ, раздувается т.н. кряшенский вопрос. В «Независимой газете» выходит статья за статьей о якобы засилье экстремистов в местном муфтияте – это при том, что его глава Камиль-хазрат Самигуллин известен своей принципиальной приверженностью суфизму и традиционному ханафитско-матуридитскому направлению Ислама.

Надо напомнить, что тот же Силантьев, комментируя публикацию одной своей книги, не ссылаясь на источники, прямо заявил, что «ассимиляция этнических и религиозных меньшинств является неизбежным процессом в любом обществе, а в России она еще и ускоряется за счет деятельности экстремистов... После каждого теракта тысячи, а может быть, даже десятки тысяч людей из числа этнических мусульман принимают крещение».

Главный тезис Силантьева, который четко заявлен в его книгах, состоит в фатальной необратимости «православизации» и русификации всех российских народов. Поэтому, советуют он и его коллеги властям, нет смысла напрягаться со встраиванием Ислама в ткань современной отечественной государственности, так как мусульмане все равно постепенно растворятся в русском православном народе, а Ислам уйдет с исторической арены. Прямо по Ильминскому.

Тот писал о том, что бессмысленно вести борьбу с мусульманами путем насилия, их можно победить тремя путями: 1) навязать запретное 2) уничтожить систему образования 3) оставить Ислам исключительно как обряд.

Опасался христианизатор Ильминский следующего: «Надвигается страшная буря мусульманская; новое нашествие, но не монгольское, а мусульманское; не дикарей из Азии, а дикарей цивилизованных, прошедших университеты, гимназии и кадетские корпуса, вспоенные прессой». Иными словами, он видел угрозу в модернизации мусульманской общины. Т.е. в том, что ответственному государственному деятелю следовало бы только приветствовать. 

Вот как он описывал приемлемого для империи муфтия и его подопечных: «Для нас вот что подходящее было бы, чтобы инородец в русском разговоре путался и краснел, писал бы по-русски с порядочным количеством ошибок, трусил бы не только губернаторов, но и всякого столоначальника».

Иными словами, лидером мусульман России, по Ильминскому, должен быть дискредитировавший себя темный и мелкий персонаж, который провалит любую инициативу. Добиться «окончательного решения» исламского вопроса в силу объективных причин у него, к счастью, возможности не было. Поэтому он стремился к максимальной парализации работы мусульманских структур. В этом он видел ключ к ассимиляции и христианизации.

Сам Ильминский был секретарем (что-то вроде главного помощника-куратора) при главе Магометанского духовного собрания Мухамедъяре Султанове. Это то, чего, видимо, добивается одиозный Роман Силантьев. Т.е. взять под свой полный контроль исламскую жизнь в России.

Кажется, рекомендации Ильминского, его подходы к работе с мусульманами и страхи для некоторых и сегодня очень даже актуальны. Такое впечатление (судя по ряду высказываний и особенно по методам работы), что у некоторых из современных исламофобов, в том числе тех, кто в «нулевые» курировал исламское направление в Администрации Президента РФ, портрет Николая Ивановича висит на стене вместо портрета Владимира Владимировича.

Но особо эффекта усилия Силантьева и др. не имеют. В ход пошли новые провокации вроде идеи канонизации Ильминского. На лицо очередная кампания против Татарстана, федерализма и евразийского православно-мусульманского добрососедства.

Таким деятелям, как Силантьев, можно порекомендовать больше внимания уделять работе в собственной среде. Недавно СМИ сообщили, что ФСБ задержало сотрудника Отдела внешних церковных связей Московского патриархата (в том самом, где много лет трудился сам Силантьев) по подозрению в шпионаже и государственной измене в пользу Украины. Андрей Стебенев передавал секретную информацию представителям США.

В условиях давления Запада на Россию деятельность исламофобского лобби в России становится особенно угрожающей. Это уже не вопрос внутренней политики, а национальной безопасности перед лицом внешней угрозы нашему будущему.

Комментарии 5