Экономика

Зубаревич: "Крым обойдется России в еще одну Олимпиаду"

Год назад после десятилетий демографического и экономического упадка в американском Детройте началась процедура банкротства - крупнейшего муниципального банкротства в истории США.

Долг города составляет около 18 миллиардов долларов. Власти некогда процветающей столицы американского автопрома пошли на такой шаг в надежде реструктуризировать долги , сократить социальные расходы и, таким образом, вытащить город из долговой ямы.

Русская служба Би-би-си поговорила с директором региональной программы Независимого института социальной политики, специалистом в области экономической географии Натальей Зубаревич о ситуации с долгами и дефицитом бюджетов в российских регионах. С ней беседовала Ольга Алисова.

Би-би-си: Возможно ли повторение ситуации с банкротством Детройта в России?

Наталья Зубаревич: Сравнивать Детройт и российские регионы или города - это большая натяжка. В России при существующей системе управления банкротство территории невозможно.

Потому что регион - это не компания, это некая данность, государство несет ответственность, и не может допустить банкротства. Соответственно, оно будет использовать для поддержки регионов ресурсы федерального бюджета. Есть специальный закон о введении внешнего финансового управления в случае необходимости. Тогда уже центральное министерство финансов будет контролировать расходы и доходы данного региона. Поэтому здесь другой набор инструментов. Что значит банкротство региона - с людьми-то что делать? а зарплаты? а детские сады? а школы? В России это не вписывается в формат. Этого не может быть, потому что быть не может никогда.

Би-би-си: Перед банкротством Детройта говорили о том, что эта процедура позволит городу реструктуризировать долги.

Н.З.: Правильно, это рыночная экономика, когда у вас вводится институт внешнего управления, проводится реструктуризация и так далее. В России всем этим занимаются министерство финансов, Белый дом и Кремль. И реструктуризация не проходит прозрачно, публично, как это делается при процедуре транспарентного банкротства. Это руками что-то где-то добавляется. Вот вам два примера, как это делается, в Татарстане и в Краснодарском крае. У Татарстана - Универсиада, у Краснодарского края - Олимпиада, 2012 год оба региона закончили год с очень большими долгами. Что сделал федеральный центр? Он объявил эти два региона инвестиционно активными, эти долги в основном были федеральному бюджету - бюджетные кредиты, и он сделал одно очень милое дело, он эти бюджетные кредиты пролонгировал на двадцать лет по ставке 0,5% годовых. То есть уже через десять лет от этих долгов из-за инфляции ничего не останется. Вот вам и Детройт!

Би-би-си: Какова сейчас ситуация с дефицитом бюджета в российских регионах?

Н.З.: 2013 год российские регионы закончили с самым высоким в постсоветской истории дефицитом бюджета. Более 640 миллиардов рублей [Би-би-си: 18,39 млрд долларов] или в процентах - это треть их собственных доходов, не считая федеральной помощи. Чтобы этот дефицит покрыть, пришлось залезать в долги, и сейчас совокупный долг регионов и муниципалитетов превышает два триллиона рублей - это очень высокая цифра. Чобы было понятно: восемь триллионов - это все доходы регионов, консолидированных бюджетов, включая все муниципалитеты и региональные бюджеты. Восемь триллионов - это с трансфертами, со всей помощью, и два триллиона долгов. Долг не очень хороший по структуре. Около трети - это долги коммерческим банкам с высоким процентом, больше трети, даже ближе к половине - это бюджетные кредиты, там процент невысокий и всегда возможно пролонгирование, и далее облигации - их немного, процентов десять-двадцать.

Би-би-си: Как возник этот долг?

Н.З.: Он возник по воле Владимира Владимировича Путина. Это следствие его указов о повышении заработной платы бюджетникам. Указы были федеральные. Распространялись они на полномочия региональные, что в общем-то нарушает бюджетный кодекс Российской Федерации, но поскольку это не законы, а указы, то это как-то удалось обойти. И регионам пришлось эти указы выполнять.

Федеральный центр помог им, мягко говоря, не очень существенно. Никто не знает доли, но эксперты примерно говорят о том, что треть примерно подкинул федеральный центр, а две трети пришлось находить в собственных резервах. В результате дошли до безумной ситуации: более чем в десятке регионов заработная плата бюджетникам превышает половину всех расходов их бюджетов. Это абсолютно ненормальная ситуация. Как из нее выходить?

Есть несколько вариантов. Первый вариант - начать по-другому считать среднюю заработную плату по региону, и это означает, что уже так сильно повышать не придется, такой легкий мухлеж.

Второй вариант - честный, это сказать, что указы в условиях стагнации невыполнимы, это было ошибочное решение, но, понимаете, центральная власть в России никогда не готова признать свои ошибки, это для нее потеря лица.

Поэтому, по худшим оценкам, к концу 2014 года дефицит достигнет уже не 640, а 800 миллиардов рублей (около 23 млрд долларов), а с долгами сейчас пытаются найти сейчас решение такое: долги коммерческим банкам - вроде бы, насколько я знаю, окончательное решение еще не принято - будут переводить в долги бюджету, то есть бюджетные кредиты, ну, и как-то их растягивать их во времени, включится в очередной раз российская система ручного управления.

Би-би-си: Какие российские регионы испытывают наибольшие проблемы с долгами и дефицитом бюджета?

Н.З.: Самый большой дефицит у Чукотки, плохая ситуация у Тюменской области, у Краснодарского края - Олимпиада даром не прошла, у Красноярского края без всякой Олимпиады сложности. Примерно у десяти регионов дефицит превышает 10% доходов, а у Чукотки он вообще какой-то немыслимый - чуть ли не половина бюджета.

По долгам самая тяжелая ситуация у той же Чукотки, а чемпион России - это республика Мордовия, у которой долги выше ее собственных доходов в 1,5 раза.

Би-би-си: Почему, например, Мордовия?

Н.З.: А очень старались выполнять указы президента, очень старались, а собственных доходов немного. Это первая причина. И вторая - они пытались одновременно что-то инвестировать в экономику, в инфраструктуру. Короче говоря, такая политика, которую нельзя назвать адекватной.

Есть две причины больших долгов. Первая - это неумение работать с бюджетом, в очень тяжелых условиях попытка быть первым, пионером по выполнению указов, стараться. "Зачем ты был первым учеником?", - как сказал в свое время в "Драконе" устами, по-моему, Ланцелота, Шварц. Много таких регионов.

Но есть другая группа регионов, которые концентрировали ресурсы, чтобы развивать инфраструктуру, привлекать инвесторов - создавали какие-то промышленные зоны, делали промплощадки - и вот они-то поплатились по факту ни за что, потому что в России началась экономическая стагнация, после Крыма инвестора надо искать, как на Северном полюсе, а все инвестиции в инфраструктуру уже сделаны. И вот эти регионы - их просто жалко. Потому что они хотели, как лучше, а получилось, как всегда. Классический пример - это Калужская область, и Белгородская.

Би-би-си: Как удается Москве избегать подобных проблем?

Н.З.: У Москвы огромный бюджет - раз, у городских властей очень консервативная бюджетная политика, доходы упали на два процента, расходы выросли меньше чем на процент. У них нет такой вилки между доходами и расходами. Богатым легче проводить более взвешенную политику, потому что у них есть некие ресурсы для маневра, а бедным гораздо сложнее, потому что уже сейчас, если вы посмотрите на структуру расходов бюджетов субъектов федерации, то, наверное, у полутора-двух десятков, если не больше , доля социалки - здравоохранения, образования, культуры, социальной защиты - превышает 70% всех расходов, там еще добавляется жилищно-коммунальное хозяйство - ни на что другое уже не остается. Российские регионы отвечают за все, что мы называем "развитием человеческого капитала", при очень ограниченных ресурсах.

Би-би-си: Сколько денег российское правительство уже выделило на Крым?

Н.З.: По прикидкам, дополнительная дотация на сбалансированность - 50 миллиардов, это только одна дотация. Общий объем текущих расходов по разным оценкам - твердых цифр нет - порядка 100-130 миллиардов [Би-би-си: 2,87- 3,74 мдрд долларов]. Но это именно на текущие расходы - выплата пенсий сюда включена. Где-то будет он обходиться в год в 100-130, максимум, в 150 миллиардов. Здесь почти нет инвестиционных расходов, это только текучка - зарплаты, пенсии, пособия, и далее по списку.

А по поводу развития Крыма - есть три плана, подготовленных министерством регионального развития. Вариант-минимум - примерно 350 млрд рублей на шесть ближайших лет. И есть два варианта с мостом, с более широкими инвестиционными программами: на триллион и 1,2 триллиона рублей [Би-би-си:29-37 млрд долларов]. Чтобы был понятен масштаб - Крым обойдется России еще в одну Олимпиаду. Это как минимум.

Би-би-си: Откуда будут брать эти деньги?

Н.З.: На текущие расходы по поддержанию Крыма в 2014 году были использованы два источника. Первый - дополнительные доходы федерального бюджета от фактической девальвации рубля. Он слетел к евро и доллару соответственно на 2-4 рубля, и бюджет получил примерно 800 миллиардов дополнительных доходов. Второй - фактически изъятые у негосударственных пенсионных фондов поступления за 2013 год, и они в основном идут на Крым, их фондам не вернут. То есть фактически те, кто являются плательщиками негосударственных пенсионных фондов, заплатили за это счастье.

Би-би-си: Изыскиваются ли средства за счет других регионов?

Н.З.: Касательно инвестиционных расходов - да, здесь из одних территорий изымают, Крыму дают. Хотя уже тендер прошел и есть выигравшие компании, замораживается строительство моста через реку Лену на Якутск, замораживается строительство порта "Тамань" в Краснодарском крае. Но на текущие расходы, не инвестиционного характера, федеральный бюджет изыскивает другие источники.

Би-би-си: Как будет развиваться ситуация в дальнейшем?

Н.З.: Прогноз - того же Минфина, не мой, что было 640 миллиардов, а к концу года будет 800 миллиардов. То есть, долги будут расти, потому что налицо стагнация экономики, дополнительные доходы не поступают.

Основным налоговым доходом стал налог на доходы физических лиц, а налог на прибыль, который платят в основном компании, очень сильно просел.

Соответственно, если федеральный центр не увеличит объемы помощи субъектам федерации, у них проблемы будут нарастать.

Я думаю, что это будет решаться так, как принято в стилистике нынешней власти - с каждым разбираться отдельно, ручное управление - этому больше, этому меньше, этому почти ничего. Вот так вот - ручками-ручками-ручками - они и будут разруливать эту ситуацию. Это не системное решение, проблем оно не снимает, оно просто купирует самые большие риски.

Би-би-си: Какую роль играет коррупция в дефиците бюджета?

Н.З.: Понятия не имею, потому что я со свечкой не стояла.

В общем-то контроль за расходами довольно жесткий. Все тратится по определенным статьям. И вы не можете выйти за бюджетные нормы и правила.

Но как вы догадываетесь, в любом законе всегда можно найти лазейку.

Могу сказать, что основным способом отмывки в России являются расходы, во-первых, на инвестиционные цели, дорожное строительство и прочие вещи. Там очень завышаются сметы. И второе - это абсолютно непрозрачная система ЖКХ. Это действительно "черная дыра", субсидии на поддержку непонятно куда уходят.

Увести средства на образование и социальную помощь достаточно непросто, потому что это целевые расходы, они контролируются.

Другое дело, что на Северном Кавказе, в республиках, когда человек получает какое-то пособие, сложилась такая удивительная традиция, что часть выплаты он отдает тому, кто ему эту выплату сделал. Такой местный обычай. Это низовая коррупция, и с этим очень сложно что-то сделать. Но есть и коррупция вертикальная, конечно. Я не могу назвать ни масштабы, ни объемы, я могу только сказать, что формально контроль за расходами достаточно жесткий, но вода дырочку найдет, всегда находятся способы этот контроль обойти.

Комментарии 0