Их нравы

Договориться с Христом, или Кое-что о европейских ценностях

В последнее время я часто стал слышать от соотечественников странное для моего уха, но всё же вполне устойчивое словосочетание “Европейские христианские ценности”. Как правило, это словосочетание используется в соседстве с какой-нибудь гадостью. Иногда это выражение звучит как “Белые Европейские Христианские Ценности”, иногда как “Капиталистические Европейские Христианские Ценности”. Иногда слово “европейские” заменяется на “западные”.

Неизменно у этих ценностей одно: говорящий про них всегда либо предлагает сделать, либо оправдывает какую-то гадость.

Вот человек жил себе у мамы, огород копал. Потом заговорил про Белые Христианские Ценности и убил сотню своих юных сограждан. Сейчас -- знаменитость.

Или когда надо каким-то образом объявить добром, что богатый отнимает что-нибудь у бедного особенно немотивированно и нагло -- то на горизонте возникают Капиталистические Христианские Западные Ценности, которые всё это собой освящают и легимитизируют.

На первый взгляд, совершенно непонятно, почему вещи, строго противоположные Нагорной проповеди -- типа раздавания ближним пощёчин, отбирания у них рубахи и исподнего, почитания богатства за праведность, а бедности за грех -- вдруг приобретают звание Христианских Ценностей.

Смысл изобретения этих терминов в том, чтобы зачислить Христа себе в подельники методом проставления на своих услугах, товарах, делах и деньгах клейма “Одобрено Христом” и “В Господа Бога мы веруем”.

Без Христа в нашем мире по-прежнему нельзя. Его уважают даже атеисты. Он слишком ярко сияет своей истиной, выраженной на максимально понятном каждому человеку языке -- языке любви. Такое не распнёшь: предшественники уже пробовали -- неловко как-то получилось.

Поэтому возникла идея договорится с парнем по-хорошему.

Первый конфликт возник в тот момент, когда богатство решило отделиться от номинальной власти, связанной с королём вассальной клятвой. Ведь тогда богатство, существующее само по себе и ради себя, а не встроенное в освящённую Церковью систему феодального властвования теряло легитимность. Оно переставало выполнять свою функцию.

Раньше, когда власть и богатство сосредотачивались в одних руках -- руках феодала, то они и служили одной цели -- управлению феодом и его защите. А также выполнению обязанностей вассала перед сюзереном. Что при этом феодал из этого расходовал налево, на его же совести и оставалось.

Как только богатство решило отделиться от этой функции, оно перестало быть инструментом и стало самоцелью, первопричиной самой себя, causa sui. Оно перестало быть освящено служением благой цели. Оно выпало из иерархии и снова стало тем, чем было когда-то -- грязью.

А богатый и уважающий себя за это человек не хочет слышать от всяких там, что “удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие”. Это идёт вразрез с такой Европейской Ценностью, как уважение к Капиталу.

Решение было простым -- эти слова стали просто не замечать, а богатство решили посчитать видимым признаком расположения Бога. Так из христианства родился протестантизм.

Он развивался и развивался, теряя по дороге то одну цитату, то другую.

Сильные мира сего задним числом “договаривались” с Христом “по-хорошему” всё о большем количестве пунктов. Они признавали Его господство и согласны были кланяться Ему, пока он разрешал им обращать чужие камни в свои хлебы, а чужие хлебы в свои камни.

Европа росла, захватывая всё большие и большие пространства. Корабли отправлялись из дальних колоний с грузами хлебов, камней, рабов, кости, пряностей и шёлка. И в дальние колонии -- с грузом оружия для колониальных войск и опиумом для местного населения.

Всё это не очень укладывалось в те принципы взаимоотношений с иностранцами, которые были изложены в Писании. Поэтому выбросили и притчу о добром самаритянине.

В итоге, по результатам всех переговоров с Христом, на которые он не явился, -- было решено, что Европейские Христианские Ценности должны быть примерно такими, как если бы Христос на все предложения, сделанные ему в ходе известных переговоров в пустыне, ответил утвердительно.

Причина этого не представляет никакой загадки и заключается в том, что люди, определявшие развитие Европы, отлично понимали, что значит “не можете служить Богу и маммоне” -- и умели делать выбор.

Нашей же стране во вей этой истории важно следующее. Когда наш народ начинают упрекать в отказе от Западных Христианских Ценностей и неоправданно жестоком уничтожении их носителей, уничтожении крепких собственников, высылке на философских пароходах тех, кто их идеологически обслуживал, впадении в безбожный интернационализм в противовес Белому Братству, -- нам стоит обратиться к той самой Священной Истории. И вспомнить, что сделал Моисей с той частью еврейского народа, которая стала поклонятся тогдашним Западным Ценностям.

В пустыне пароходов не было.

Автор: Роман Носиков

Комментарии 0