Среда обитания

Крым будет жить как Россия, а Россия как… Крым?

Включение Крыма в состав России, изменило не только площадь страны, но и ее смысл. Она стала – другой. Лучше или хуже - покажет только время. Но с чисто экономической точки зрения уже понятно, что новая территория потребует колоссальных вложений. Их уже просчитывают экономисты. Определяется и величина предполагаемых убытков от тех санкций, о которых так долго говорит Запад. То, что они будут – несомненно. Но какие, к чему готовиться? Об этом рассказывает политолог Шамиль Султанов.

Присоединение Крыма к РФ сопровождается с безудержной пропагандистской кампанией внутри России с ее бравурностью и интеллектуальной брутальностью, залихватским оптимизмом (нам море по колено!) и наигранным презрением к возможным действиям вражеских супостатов.  Все уже принятые ответные меры ЕС и США «по ящику» саркастически высмеиваются, особенно депутатами Госдумы.

Макроэкономические последствия украинского кризиса

Однако такая пропаганда, эксплуатирующая некоторые национальные исторические архетипы, даже в краткосрочной перспективе достаточна опасна. Как показывает мировая практика последних пятнадцати-двадцати лет, эмоциональные пропагандистские кампании способны более или менее эффективно влиять на население в течение 6-8 недель, а затем начинается «идеологическая ломка» – разного рода неприятные для власти психологические и политические последствия.

Если говорить прямо, то глобализация – это, в первую очередь, взаимосвязь, взаимозависимость и соблюдение общих правил. Как результат такой глобализации, нынешняя российская экономика (в отличие от советской) не самодостаточна, и практически полностью зависит от мировых рынков.  ВВП России составляет чуть больше полутора процентов от мирового ВВП. Вот и все, понятно, что от чего зависит!

Поэтому в высших эшелонах российской власти отдают себе отчет в том, что наступают очень непростые времена.  Крым – это, возможно, и хорошо, но в действительной политике за все надо, в конечном счете, платить. На фоне взрыва пропагандистского ура-патриотизма в Кремле, на Краснопресненской набережной, ЦБ, в других ключевых государственных институтах практически безостановочно проходят конфиденциальные совещания на тему – что делать?

Во вторник у премьер-министра Дмитрия Медведева состоялось такое закрытое совещание, посвященное рискам развития российской банковской системы (а это скелет рыночной экономики) в условиях экономического торможения, вплоть до ожидаемого спада, украинского кризиса и уже начавшегося введения санкций против РФ.  В совещании приняли участие  представители крупнейших банков ЦБ, министерств и ведомств, аппарата правительства. Основным докладчиком был президент Сбербанка Герман  Греф, который достаточно в мрачных тонах обрисовал предстоящее будущее.

Бесплатный Крым бывает только в мышеловке

Основными краткосрочными рисками, которые существенно усилил украинский кризис, стали два опасных внутрироссийских процесса.

Во-первых, ускорение оттока капиталов с российских рынков. Капитал бежит из страны уже второй год подряд. Но за первый квартал нынешнего года суммарный объем такого оттока составит рекордные 70-75 миллиардов долларов.  По этому показателю Россия может занять первое место среди развивающихся стран мира, которые также сталкиваются с этой проблемой.  Такого бегства финансовых ресурсов из России не было даже в период мирового кризиса 2008-09 гг.

Понятно, когда капиталы покидают ту или иную национальную экономику – означает, что доверие к этой стране быстро съеживается.  Пикантность нынешнего рекордного бегства заключается в том, что абсолютно большая часть этих десятков миллиардов – это российские же капиталы, в свое время спрятавшиеся в оффшорах и оттуда реэкспортированные в экономику РФ. То есть, возрастающая часть «крупняка»  российской бизнес-элиты фактически опасается и не доверяет нынешнему политическому курсу Кремля.

Второй фактор, и он даже более опасный, чем первый, заключается в том, что внешние финансовые рынки уже начали закрываться для российских корпоративных заемщиков. Не секрет, что крупнейшие российские кампании и банки для финансирования своих долгосрочных проектов предпочитают кредитоваться на внешних финансовых площадках. Это связано с тем, что соответствующие объемы финансовых ресурсов не так-то легко и найти внутри страны. Кроме того, стоимость кредитования внутри России в среднем в два-три раза выше, чем за рубежом.

Так вот, формально пока никаких экономических санкций против российских компаний Запад не ввел.  Но тамошний финансовый механизм особенно чутко и внимательно реагирует на политические указания «Вашингтонского обкома», которые чаще всего высказываются неформально.  В контексте украинского кризиса такие «дружеские» указания уже даны,  поскольку экономическим субъектам РФ под разными предлогами в кредитовании отказывают.  А между тем, только в этом году российским банкам и корпорациям надо погасить долги перед иностранными кредиторами на сумму от 50 до 70 миллиардов долларов.  И проблема здесь достаточно непростая, поскольку кредитоваться у российского государства крупнейшим российским банкам и корпорациям становится все более сложно, так как такой совокупный долг уже превысил 5 триллионов рублей.

Запад вводит санкции против России постепенно, начиная, казалось бы со смешных, психологических визовых ограничений. Однако это достаточно отработанная, поэтапная и постепенная стратегия санкций. И зря наши горе-политики смеются: санкции,  прежде всего, воздействуют на переформатирование в нужном для Вашингтона направлении рыночных условий для России.  Например, усиливается отток капитала, постепенно закрываются глобальные финансовые рынки для российских заемщиков и т.д.  Затем будут введены вроде бы символические торговые санкции, но которые приведут к падению странового рейтинга России и росту кредитных рисков. И так далее.  Для российского обывателя это означает дополнительные факторы роста безработицы, рост цен, снижение жизненного уровня.

В среднесрочной перспективе – до трех лет – наиболее угрожающим для российской экономики может стать запрет Запада на экспорт высокотехнологичной продукции в нашу страну, и прежде всего, поставки комплектующих для отраслей, выпускающих критически важную для России технологическую продукцию.  По некоторым  закрытым данным, список таких высокотехнологических изделий, который будет запрещен для экспорта в Россию, уже начал составляться.

В долгосрочной же перспективе наиболее угрожающим последствием присоединения Крыма к России станет форсированная реализация европейской стратегии на существенное уменьшение зависимости от российских  углеводородов.  Сегодня, Европа удовлетворяет свои потребности в газе за счет России почти на тридцать процентов. ЕС  начал обсуждать возможность снизить в ближайшие 5-7 лет  эту зависимость до 15 – 17 процентов.  Фактически можно говорить о том, что похоронен проект «Южного потока», на который Газпром истратил более 5 миллиардов долларов.

Почему для России это опасно? Потому что, основные валютные поступления страна получает именно за счет экспорта энергоресурсов в Европу.  И именно европейцы платят самую хорошую цену.  Например,  вот уже более десяти лет не складываются наши отношения с КНР в этой сфере, поскольку китайцы готовы закупать наши углеводороды, как минимум, на 20 процентов ниже, европейской цены.

…Я привел только несколько примеров макроэкономических рисков, с которыми наша страна уже столкнулась или неминуемо столкнется из-за украинского кризиса и присоединения Крыма. На самом деле, их гораздо больше. И, судя по всему, сумма потенциальных потерь для России может составить многие десятки миллиардов долларов ежегодно, если не больше. Правда, хочется надеяться, что, по крайней мере, основные такие риски все же были заранее просчитаны в Кремле.

…Хотя позавчерашнее совещание у Медведева закончилось безрезультатно: какие-либо решения так и не были приняты.

Автор: Шамиль Султанов

Комментарии 0