Среда обитания

Дагестан: Операция в посёлке Шамхал. Какие вопросы она вызывает

Уже больше недели работаю в Дагестане. Езжу по разным его районам, горным и равнинным. И везде постоянно сталкиваюсь с вопросами, связанными с нарушением норм российских законов в ходе борьбы с терроризмом.

Здесь, на месте, очень чётко видно, что вопросы обеспечения безопасности и вопросы соблюдения прав человека неразрывно между собой связаны. Видно, что глубоко ошибаются те, кто считает – для победы над терроризмом надо забыть о правах человека. На самом деле, наоборот, соблюдение норм законов, предохраняющих от произвола силовиков, может только помочь в деле борьбы с терроризмом.

Вот рядовой для Дагестана случай, которым мне сейчас пришлось заняться.

Утром 12 февраля в посёлке Шамхал (расположен в 15 км  северо-западнее Махачкалы, административно входит в состав Махачкалы) сотрудники силовых ведомств провели обыски в двух домовладениях семьи Магомедовых. Были обнаружены граната и взрывчатое вещество, в связи с чем были задержаны четыре человека. Позже двое из задержанных были освобождены, двое других арестованы по решению суда.

Подобное здесь происходит чуть ли не ежедневно.

Однако при внимательном рассмотрении обстоятельств этого события, в нём, как в капле воды, отражаются те особые черты борьбы с терроризмом на Северном Кавказе, из-за которых подавить терроризм в регионе никак не удаётся на протяжении многих лет.

Обыски проводились с такими грубыми нарушениями норм закона, что дают серьёзное основание подозревать силовиков в подбросе оружия и взрывчатого вещества.

Врываясь в дома, вооруженные люди в камуфляжной форме и масках и не подумали предъвить документы. Представиться кто они, из какого ведомства. Первое, что они делали – клали на пол мужчин, находившихся в доме, женщин и детей загоняли в отдельную комнату, а сами разбегались по дому, проводя «первичный досмотр». И лишь затем человек в штатском и без маски (предположительно следователь) зачитывал хозяину постановление о проведении обыска в связи с подозрением о том, что в доме незаконно хранятся оружие и боеприпасы. Именно зачитывал – не руки не давал. И затем, уже по окончании обысков хозяевам не оставляли копии, ни постановлений об обыске, ни протоколов обыска. Следователь тоже отказывался предъявить удостоверение.

Вот так – неизвестные люди в масках производят в доме процессуальные действия.

Эти неизвестные приводят с собой своих понятых. В одном обыскиваемом доме хозяевам с большим трудом удалось настоять на том, чтобы в качестве понятых дополнительно выступали также и их соседи. Но какие грантии от фальсификации. От подброса это может дать, если перед началом формального обыска люди в масках уже побывали во всех помещениях?

В одном доме была обнаружена граната – в диване. В другом – взрывчатое вещество в пакете, лежащем на отопительном котле в прихожей. Какому идиоту может придти в голову таким образом хранить взрывчатку? Причем прихожую эту обыскали первой и  ничего противозаконного не нашли, а уже потом один из силовиков, шедший сзади, сказал, что обнаружил что-то в прихожей.

Вообще, обыски проходили странно.  Вернее странно, если считать, что они проводились с целью обнаружить и изъять реально хранящееся в доме оружие и боеприпасы. Почти сразу же после обнаружения гранаты или взрывчатки они сворачивались. В одном домовладении силовики после обнаружения гранаты вообще не стали обыскивать   ни кладовку, ни гараж,  ни подсобные помещения во дворе.

Впрочем, подобное поведение силовиков в ходе обыска в Дагестане уже давно никого не удивляет. Все всё понимают.

Уезжая, силовики в одном доме забрали с собой сына хозяина дома, тридцатитрёхлетнего Оки Магомедова. В другом – главу семейства пятидесятилетнего Шамсудина Магомедова и двух его сыновей, Ислама и Ибрахима. И как обычно увозя задержанных, люди в масках не объяснили их родным куда тех везут, к кому им следует обращаться в связи с задержанием их близких.

Ещё во время обыска Шамсудин Магомедов смог  позвонить знакомому  адвокату Исрафилу Гададову, который вскоре подъехал к дому, но силовики не пропустили его во внутрь. Затем адвокат на своей автомашине сопровождал силовиков увозивших задержанных из дома. Он удостоверился, что их завезли в  Кировский РОВД г. Махачкалы. Однако, когда адвокат попытался пройти к своим  подзащитным, ему в этом было отказано, а затем полицейские заявили, что никого из задержанных членов семьи Магомедовых в отделе нет. Тем не менее, именно сотрудники Кировского РОВД через час снова приехали в дом Магомедовых и потребовали передать им паспорт Шамсудина  Магомедова, который они забыли забрать с собой после обыска.

Через несколько часов двух из задержанных – братьев Ислама и Ибрахима – освободили.

Как рассказали освобождённые,  вначале их вместе с отцом доставили в Кировское РОВД. Там же они увидели Оки Магомедова. Всех развели по разным документам и допросили. Полицейских интересовало главным образом – приходил ли к ним домой 26 января некий человек по имени Ибрагим. Они отвечали, что не никто к ним тогда не приходил и такого человека они вообще не знают. Затем всех четверых задержанных перевезли в здание Центра по противодействию экстремизму (ЦПЭ) МВД по РД, откуда Ислама и Ибрахима освободили. Судьбу своего отца и двоюродного брата они не знали.

Обращение адвоката в органы прокуратуры и ЦПЭ ни к каким результатам не приводили – он не только не мог встретиться с подзащитными, но и не мог узнать, где их содержат.

Лишь около 23 часов 14 февраля  адвоката Гададова допустили к задержанным Оки и Шамсудину Магомедовым.

Поскольку адвоката не допускали к задержанным более, чем в течение полутора суток, то есть основания полагать, что уголовное дело фальсифицируется, а подозреваемых заставляли оговорить себя при помощи пыток.

И действительно, Магомедовы рассказали своему адвокату, что в ходе допросов в ЦПЭ их избивали, требуя признаться в пособничестве незаконным вооруженным формированиям. Били, в основном по голове. Тем не менее, никаких признательных показаний от Оки и Шамсудина Магомедовых добиться сотрудникам ЦПЭ не удалось.

Адвокат написал жалобу и ходатайство о проведении медицинской экспертизы на предмет установления следов избиений на теле его подзащитных.

14 февраля Кировский районный суд избрал меру пресечения Оки и Шамсудину Магомедовым в связи с подозрением о незаконном хранении ими оружия и взрывчатых веществ (ст. 222 УК РФ) виде содержания под стражей в течение 14-ти суток.

Задержанные – из числа видных членов салафитской общины Шамхала.

Возникает закономерный вопрос – не являются ли арестованные «назначенными террористами» - невиновными людьми, которых силовики задержали, чтобы продемонстрировать начальству эффективную работу во время Олимпийских игр?  Иначе, если есть реальные доказательства их вины, зачем допускаются эти вопиющие нарушения закона? Или уровень профессионализма силовиков столь низок, что иначе они работать не могут? Но в таком случае реальные террористы и пособники НВФ остаются на свободе, а грубые и неумелые действия силовиков лишь озлобили салафитскую общину Шамхала и расширили потенциальную базу поддержки вооруженного подполья.

По-видимому, спецоперация в домах семьи Магомедовых была проведена в связи с тем, что 26 января полиция получила информацию - в пос. Шамхал из другого района въехала группа членов НВФ. В ходе розыскных мероприятий боевиков задержать не удалось, была обнаружена брошенная машина, зарегистрированная в Хасавюртовском районе. Теперь полицейские ищут тех, с кем сбежавшие боевики могли взаимодействовать в посёлке.

Всего в Шамхале проживают 12340 человек разных национальностей (55 % аварцы – главным образом цунтинцы, 23 % кумыки, 8 % даргинцы 4 % лакцы, 3 % русские и др.). В абсолютном большинстве жители посёлка – мусульмане. Однако, по оценкам сотрудников администрации, лишь примерно половина жителей регулярно совершают намаз. Из них, в свою очередь, примерно 60 % придерживаются суфийского направления в исламе, а 40 % - салафитского направления (их нередко называют «ваххабитами»). 8-9 лет назад отношения между этими двумя мусульманскими общинами были крайне напряженными. В 2006 году у одной из мечетей в пос. Шамхал произошла массовая драка между сторонниками двух этих течений. К счастью, в течение последующих лет, во многом благодаря усилиям администрации посёлка, напряженность удалось заметно снизить. Сейчас в посёлке действуют три мечети. В одной беспрепятственно молятся члены салафитской общины.

В последние годы в посёлке никаких терактов, перестрелок, убийств, нападений не происходило.

Автор: Олег Орлов

Комментарии 0