Общество

«Азхаровская тысяча» угрожает России?

Аль-Азхар – это не университет в привычном понимании, а разветвленная и многоступенчатая система религиозного образования

Примерно за несколько месяцев до подъема первой египетской революционной волны, смывшей с политической арены Хосни Мубарака, Каир посетил посол по особым поручениям МИД РФ Константин Шувалов. В столице он встретился с руководством университета Аль-Азхар, а затем – с группой студентов из России.

Шувалов рассказал учащимся о некоторых аспектах своей беседы с тогдашним ректором университета. По его словам, в ходе встречи Али ат-Тантави поведал, что в Аль-Азхаре обучается более тысячи выходцев из России. Наш дипломат не скрывал своего беспокойства, по его мнению, столь огромная масса студентов находится вне поля зрения государства. "Какие сюрпризы могут преподнести они по возвращению на родину?" – задавался вопросом российский чиновник. 

Действительно ли тысяча выпускников Аль-Азхара, усердно постигающих исламские науки, могут положить начало новой формации российского истеблишмента, отправив на пенсию деятелей "традиционного ислама"? По аналогии с выпускниками престижных западных вузов, которые если не задают вектор в российской политике, то, как минимум, заметно влияют на ход событий? Кстати, по словам самого Шувалова, одним из таковых является он сам. 

Для ответа на эти вопросы необходимо выяснить, что представляет собой эта "азхаровская тысяча".

Аль-Азхар – это не университет в привычном понимании, а разветвленная и многоступенчатая система религиозного образования, включающая в себя тысячи детских садов, школ и институтов, разбросанных по всему Египту и за его пределами. Если в западные вузы поступают, как правило, сразу после окончания средней школы, то возрастной диапазон учащихся Аль-Азхара колеблется от 7 до 60 лет. К примеру, можно начать азхаровское образование в яслях, а закончить профессором шариатских наук. Если студент, прибывший из Малайзии или Турции, поступает сразу на выбранный им факультет, то россиянину в силу отсутствия соответствующих двухсторонних договоренностей для обучения на факультете требуется получение аттестата о среднем религиозном образовании Аль-Азхара (игдадия и санавия), а это ни много, ни мало – шесть лет жизни. 

Российский студент может получить среднее образование, обучаясь либо в специальном корпусе для иностранцев «Аль-буус аль-Ислямия» (расположен в центре Каира рядом со студенческим городком), либо в обычной школе, где учатся египетские дети. В отличие от университетских факультетов, где преподаватели шариата как правило обладают высоким статусом, служат нравственным примером для своих студентов, в корпусе для иностранцев могут преподавать обычные школьные учителя, которые изъясняются на местном диалекте и курят прямо в классе. Поэтому многие студенты появляются здесь только для галочки, получить которую можно посетив один урок в день.

Следует отметить, не все российские мусульмане, которые приезжают "на учебу" действительно являются студентами. Многие сдают свои квартиры в России и перебираются в Египет как более дешевую страну, где денег, получаемых от арендной платы, вполне хватает на комфортное существование. Тем более, что попасть в страну пирамид для россиянина не составляет особого труда – достаточно купить билет на самолет за 180$. Доступное жилье, свежие овощи и фрукты, морской берег и дешевое детское образование привлекает к себе сотни мусульманских семей из разных регионов РФ. Определенную часть российских мусульман «бросить якорь» в Египте побуждает местный уклад жизни, позволяющий свободно носить хиджаб в общеобразовательных учреждениях, а также доступность мечетей, которые имеются в каждом квартале, халяльного питания и т.д, то есть всего того, чего они лишены у себя на родине. Некоторые приезжают на время, а затем обосновываются на десятилетия. Для получения регистрации существует только один способ – подать документы в Аль-Азхар. Принимают всех от мала до велика, причем, все остальные члены семьи студента получают регистрацию автоматически.

Многие, пробыв в Египте полгода или год, понежившись на пляжах, отведав местных деликатесов, выучив арабский алфавит и пару сур из Корана, возвращаются на родину. Но при этом они еще долгое время будут находиться в списках студентов Аль-Азхара. Отсюда неудивительно, что ректор насчитал 1000 студентов, когда реально их намного меньше. Многие из тех, кто пожаловал в Египет, только лишь для того чтобы освоить язык Священного Корана, записались в центры арабского языка, так называемые марказы. До январской революции в Каире было всего лишь три языковых центра – Нил, Фаджр и аль-Ибана. Попытки открыть новые частные марказы, как правило, заканчивались приводом всех учителей и студентов, успевших, к своему несчастью, записаться на учебу, в подвал службы безопасности. Чрезвычайное положение в Египте, введенное 30 лет назад, это позволяло. Местные жители к таким процедурам давно уже привыкли, а вот для российских студентов это оказалось неожиданностью. Еще большим шоком, по рассказам студентов, побывавших в застенках египетских спецслужб, было то, что пытавшие их током офицеры, с наступлением времени молитвы, прерывали свою работу и спрашивали у задержанных сколько они знают сур из Корана; того, кто знал больше всех, ставили имамом и все вместе читали намаз. По завершении молитвы офицеры ничтоже сумняшеся снова принимались за инквизиционные методы. 

Первые студенты из России приехали в Египет в начале 90-х годов и с тех пор поток приезжих только увеличивался. Однако в силу политических причин отсутствовала возможность для организации нового формата обучения, в соответствие с веяниями нового времени. Все те же три марказа арабского языка. Далее – если хватит терпения – закончить игдадию (начальный уровень) и санавию (средний уровень), дающий возможность поступить на факультет Аль-Азхара. 

На этом фоне большой популярностью пользуется кустарное образование. Тот, кто успел получить некий багаж знаний, сам начинают преподавать на квартирах. Один из самых популярных в начале нулевых активистов самодеятельности – Ринат Зайнуллин из Казахстана. Чуть позже начинают официально преподавать саляфитские авторитеты – последователи Саудийского ученного Рабия Мадхали. Воззрения этой группы выражались в признании любого руководителя мусульманской страны исламским правителем и отказе от всякой формы волеизъявления, принятой в современных демократических обществах, так как это неизбежно ведет к конфронтации между правителем и подданными, что в свою очередь ослабляет Исламское государство. Любой, кто позволил себе сказать что-то нелестное в адрес правителя, является хариджитом. Наиболее известными выразители данных идей в Египте являются шейхи Усама Кусы, Мухаммад Ибрагим, Маджди Султан, Саид Раслян, Али Муса, Талгат Захран и Халид Абдуррахман. Бывали случаи, когда во время очередного рейда спецслужб полицейские остановив студента для проверки регистрации, спрашивали, у кого тот учится. Если студент называли имя одного из вышеперечисленных шейхов, то его сразу отпускали, даже не проверив документы. Последователи этого ученого со временем превратились в своего рода пресловутое "течение мадхалитов", которое является очень замкнутой в рамках своего узкого религиозного учения. Ее адептам присущи идеи собственной исключительности и нетерпимое отношение к инакомыслящим. Наставники мадхализма строго запрещают посещение других мест обучения, будь то центры обучения арабскому языку или Аль-Азхар под предлогом, что в этих местах распространено заблуждение ихвановцев, суфистов, хариджитов и т.д. Примечательно, что проповедники, обучающие своих учеников такому подходу, впоследствии сами становятся объектом критики со стороны своих же студентов, которые "переросли" своих наставников. Так, один из таких студентов – уроженец Ставропольского края – обвинил своего духовного наставника Мухаммада Ибрагима в отходе от пути праведных предков (салафов) и видимо решив, что он более подходит на эту роль, теперь уже сам наставляет русскоязычных студентов. О том, какие идеи проповедует ставропольский шейх, можно судить по истории, произошедшей с муфтием Ставропольского края Мухаммадом Рахимовым, прилетевшим в Каир с рабочим визитом. Решив познакомиться со студентами-земляками, он пригласил их на встречу. По просьбе одного студента, ставропольцы собрались возле мечети, где их ждал Рахимов. Но завидев муфтия, они быстро ретировались с недовольными лицами, оставив муфтия в гордом одиночестве. Мухаммад хаджи был в легком недоумении. Не посвященный в таинства «саляфитского манхаджа», он долго не мог понять, за что к нему отнеслись с нескрываемым пренебрежением. Молодые люди остались равнодушны к эмоциям очередного «заблудшего муфтия», их больше интересовали тонкости его акыды и фикха. Впоследствии, они вообще перестали молиться в мечети, т.к. усмотрели в имаме, который проводил молитвы, элементы "многобожия". 

Январская революция 2011 года, подарившая египтянам гражданские свободы, благоприятно сказалась и на большой армии выпускников факультета арабского языка. Ранее они могли устроиться только в три пресловутых марказа, и в лучшем случае, по вечерам давать частные уроки на дому, с риском оказаться на подвале службы безопасности. Теперь же у большинства из них появилась возможность не только реализовать свои преподавательские способности, но и попробовать себя в качестве предпринимателя, чем многие не преминули воспользоваться. Теперь в каждом квартале открываются новые марказы, появляется конкуренция, влекущая за собой улучшение качества услуг. 

В середине нулевых группа студентов переезжает жить в Александрию, выявив явные преимущества перед Каиром: чистый морской воздух, низкая стоимость аренды жилья, отсутствие паспортно-визовых проверок, свободное преподавание разнообразных саляфитских шейхов, а не только последователей Рабия Мадхали. Самыми популярными среди студентов стали местные шейхи Ясир Бурхами и Мухаммад Исмаил Мукаддам, которые позднее создадут партию «Нур». Из отрицательных для студентов сторон – отсутствие марказов арабского языка и детских общеобразовательных учреждений для детей иностранцев (последние отличаются тем, что преподавание в них ведется только на арабском литературном языке, в отличие от обычных школ для египтян, где все учителя говорят на диалекте). С тех пор массы активных мусульман начинают осваивать побережье Средиземного моря – Александрию. Начинает формироваться соответствующая инфраструктура, усиливается предпринимательская активность. Появляются детские сады, языковые курсы, рестораны российской кухни, а также свои риелторы, таксисты, врачи и т.д. 

Таким образом российское "студенчество" на самом деле занимается решением своих текущих проблем. Значительная часть "азхаровской тысячи" постепенно принимает очертание диаспоры, занятой обустройством на новом месте, и вовсе не планирует возвращаться в Россию для занятия активной просветительской деятельностью. 

Автор: Расул Тавдиряков, «Ислам News»

Комментарии 2