Просвещение

Что за глухими стенами православных монастырей?

В последние годы на карте нашей страны обозначились сотни монастырей. Уже для тысяч и тысяч граждан они стали местом их постоянного существования. О том, что это за существование, можно только догадываться, рискуя при этом допустить значимые ошибки. По каким причинам люди идут в монастырь и оправдываются ли их ожидания – это особые вопросы, но то, что многие из них оказываются, мягко говоря, в неприятно неожиданных для себя обстоятельствах, факт очевидный.

Это, прежде всего, условия полнейшего бесправия и необходимости безусловного подчинения человека царящим в монастыре порядкам, которые сопровождаются подавлением личности и различными видами наказаний и принуждений. Известна поговорка, согласно которой в монастырь со своим уставом не ходят. Это так. Но, попав в монастырь, человек зачастую теряет возможность уйти из него по не зависящим от него житейским и моральным обстоятельствам. Опрометчивое, непродуманное решение становится для него роковым. Над ним захлопывается железный монастырский капкан. Часто возникают ситуации, которые не позволяют человеку сделать обратный ход. Получается, что монастырь, куда человек шёл в поисках душевного покоя и духовных обретений, становится для него пожизненной тюрьмой. Но, если для пенитенциарных учреждений существуют определённые правила и законы содержания заключённых, то для монастырей никакие законы не писаны, и, в принципе, человеку некому жаловаться на причиняемое по отношению к нему насилие, и он не может рассчитывать на получение помощи от кого-либо. Монастырь – наглухо закрытое учреждение, и на него практически не распространяется государственная юрисдикция. Фактически человек поражается в правах, он вынужден полностью подчиняться безграничной воле руководства монастыря, которая однозначно выдаётся за Божью волю.

 О том, что происходит за высокими монастырскими оградами, приходится узнавать по случайным голосам отдельных людей, поживших достаточно долгое время в монашеском и послушническом качестве и сумевших сохранить честность и решимость, чтобы донести до мира правдивую информацию о нравах и порядках, царящих в православных обителях. И эти голоса имеют уникальное социальное и духовное значение. Живые, богатые до боли щемящими бытовыми деталями свидетельства молодой послушницы Анастасии Сидорчук о пребывании в одном из православных монастырей, написанные в дневниковой форме.  Возможно эти откровения  послужат предостережением для тех, кто решил избрать для себя путь, руководствуясь идеализированными церковными взглядами на жизнь в православии, избрав затворничество и полную изоляцию от мира.

 

 20 августа 2013 года меня доставили в монастырь к безрукой Ольге по благословению одного из пустынников, седовласый тезка которого в дополнение благословил меня большим деревянным крестом. На подвиг. Хотя в чем же этот подвиг?..

 Я попала к большому ребенку, и весь ее быт сразу напомнил мне чистоту детства. Малюсенькая келейка, где даже она сама не помещается из-за множества вещей и куда запрещен вход «неочищенным и непросвещенным»; скелетик голубя в птичьей клетке – «мощи»; игрушечный медведь на полу под красным углом с обязательной шишкой в лапах; нарисованный на стене ногой или ртом ангел; множество обработанных известью помоечных плошечек, для большей дезинфекции закопченных на электроплитке и покрытых сажей; и просто красивые картиночки повсюду, назначение которых – утешать в унынии.

 Когда я тщетно пытаюсь разобраться в системе ее речей и вижу всю их неадекватность или предосудительность? Перевожу взгляд на висящее рядом на дереве полотенчико с изображением улыбчивого и доброго мультяшного зайца – и мне все становится ясно: «будьте как дети». Это как будто не она все говорит, а этот зайчишка.

 Называет себя Высшим Свидетелем. О чем свидетельство? На первый взгляд кажется, что о вреде электро-магнитоносителей, о «красном глазе» фотоаппаратуры, о «шесть-шесть» повсюду... Но, оказывается, что весь этот электронный камуфляж, которым облачается и облегчается мир, выражает именно непросвещенность людей: непросвещенность страданием.

 Вот, к примеру, балуюсь «перед смертью» эсэмэсками на телефоне якобы для того, чтобы не свихнуться от уныния; а на самом деле здесь-то и сказывается мое нежелание мучиться от боли при отрезании «правой руки».

 При моей великогрешной жизни утешительно было слышать ее удивительный догмат: «на падших великие дела Божии совершаются». Называет себя блудником, а потому и страдающей – значит, и спасающейся. Ей это было открыто в момент отчаяния...

 «Все книжки говорят: блудникам никаких постов, никаких смирений и послушаний! Блудников нельзя стеснять!» Можно счесть это за бред умалишенной или хотя бы за самооправдание, но – удивительно – если перевернуть эти положения на 180 градусов, то получится абсолютно точная инструкция по борьбе с блудом. Снова «Зазеркалье», Алисе нужна осторожность.

 Мне предоставили персональный домик, где я провожу ровно столько времени, сколько хочу. И тут-то открылся духовный закон: насколько дольше я дома, настолько сильно это мучает совесть. Борьба между эгоизмом и мыслью о ненужности. Чем я могу ей реально помочь?

 Но для чего-то я же сюда послана?

 Первый урок смирения и послушания: перемена одежд и обуви при приближении к ее местообитанию и тщательное омовение перед тем, как к чему-либо прикасаться. Микробы, повсюду микробы, спа-а-азмы от них, СПАЗМЫ!.. Если не хочу принести больше вреда, чем пользы, мне предстоит обучиться самодезинфекции (лучше, если при помощи хлора и извести). Отличное напоминание о своей мирской греховности? Пыль, которую я ношу на себе... Не в этом ли был смысл всех ветхозаветных омовений?..

 Моя главная миссия оказалась выполнением небольшого массажа. То палочкой, то кончиками пальцев. При удачности моих манипуляций, тело Ольги резко дергается, как в эпилепсии: так сходит напряжение нервов. По Ольгиной теории, при расслабленных нервах легче выдавливать из себя блуд. Когда он выходит наружу в виде сгустков – наступает очищение. Этим и достигается цель, на это и направлена вся деятельность Ольги. Расслаблению мешают физические работы и пустословие; способствуют хорошее питание, сон и лежачее положение.

 С питанием все очень загадочно. Утверждает, что ей нужно кушать хорошо (и жирно, и витаминно – чтобы и сыроядение, и мясное с молочным было), а сама ест мало, да и то, как собака – все протухшее, намешанное и с очистками. Говорит, что нуждается в горячей пище; а когда я сварю, начинает кормить меня, утверждая, что она из-за болезни не может глотать. Ест всегда в мое отсутствие. Мне пришлось полтора дня тоже уносить свою еду к себе, т.к. после Ольгиного намешивания у меня при еде срабатывает рвотный рефлекс, борюсь с которым методом Иосифа Исихаста: не можешь съесть сейчас – сможешь, если проголодаешь до вечера или до утра. При таком способе выходит экономия продуктов в два-три раза.

Рассказывала о посте. Оказывается? Она не против поста, а против чрезмерного поста. Ольга раньше постилась до смерти, но оказалось, что так нельзя: голова без питания не просветляется? А отмирает; а жизнь телу дана для того, чтобы человек очищался. «Умственный пост должен быть».

 Говорит, что сейчас уже 15 лет как нельзя в храмы ходить, мы сами должны быть храмами, а Причащение должно быть духовное, о котором писано в «Невидимой брани». Я остерегаюсь быть ее духовной послушницей, ведь путь умалишенных персонален, ее путь подходит лишь к ней самой, а мне дано немного рассудка – и за него с меня спросится. Такие вот у меня помыслы.

 Когда слушаю ее, Иисусова молитва не идет.

 24 августа, суббота. Оказалось, до Собора рукой подать... Удивилась его запущенности и бедноте... Где ж те, кто утверждает, будто Церковь деньги гребет лопатами? Пение ужасное, в лампады льют подсолнечное масло...

 Ольга в храм не ходила. К тому же я впервые раздражилась на нее, когда мне уже опаздывалось в храм, а она все болтала и болтала.

 26 августа. Постоянно жалуется на смещение. Это явление духовного порядка. В обычном состоянии бес говорит слева, а ангел справа; когда происходит Смещение, бес нашептывает и справа тоже. Пойди-ка разберись да в прелесть не попадись! Приобретенный Ольгой опыт позволяет ей это смещение разглядеть. А мне?..

 Иногда ей были и чувственные явления: когда ей было еще меньше пяти лет (когда еще руки были на месте), Господь Саваоф возложил Свою десницу на ее голову.

 Во снах часто являются святые. Матерь Божия дала ей конкретные указания: жить на берегу моря, в горы не углубляться, а если надоест – сходить в то место, где Ольге оторвало руки. Говорит, что однажды в то место ходила; но так как не было с собой продуктов, из-за голода решила вернуться. В Сухуме прокормиться легче.

Читала мне одну из своих проповедей, смысл примерно таков: « Постепенно, не напрягаясь... Будьте осторожны, в Церкви строят печь для жжения людей. Уходите на край города или в села, но близко к селам тоже не надо, там магнитные сотовые вышки стоят. Не берите с собой магнитов электронных. Возьмите с собой муку (хлеб), соль, сахар и масло, а также спички (а лучше зажигалку!). Увозите пропитание только на простых «Жигулях». В помощь – Тот, Чье имя недостойно нам глаголати, яко неочищенным от Дерзких».

 Дерзкие и Наглые – это бесЫ. Выталкиваются они сознанием, которое быстрее приходит на одре болезни. «Упразднитеся и разумейте, яко Аз есмь Бог». Говорит: «Никаких подвигов! Только терпение Болезни!». Не могу не согласиться с предложенной ею логической цепочкой: здоровые должны работать на больных потому, что больным легче молиться – и за себя, и за здоровых.

 Под видом выталкивания сгустков Ольга занимается обыкновенным кровопусканием. Постоянно твердит о прорезывании десен бритвой; говорит, что кровяные сгустки тянутся как сопли. Они не дают ей глотать. Если и глотается, то не туда; Ольгу рвет (я этого ни разу не видела) – питание к голове не поступает. Все эти объяснения слушать мучительно.

 Держа бритву зубами, режет ногти на ногах. Похвасталась: «сегодня из пальца кровь шла алая, а не черная».

 Почти не спит. Ангел сказал, чтобы спала днем, а ночью бдела. Любит повторять: «Бдите и молитеся». Однажды сказала, что 4 часа спать – это много. А мне стыдно, дрыхну по полсуток в ущерб всякой молитве... И не выхожу из мира, задерживаюсь в нем своим многоспанием и многосонием...

 Путь Ольги нецерковен – не фарисейский. Возможно, во многом он ошибочен... Но как в миру говорят, «прав тот, кто искринен». А прп. Исаак Сирин писал, что ошибки, сделанные ради Господа, прощаются. Я долго размышляла о пути «ленивого брата» схимонаха Кассиана. Судя по словам м. Меркурия, Кассиан был эгоистом, предававшимся внешней молитве и отказывающимся работать. По словам же м. Константина, в конце жизни схим. Кассиан именно через молитву преобразился и смирился вплоть до преподобия... Путь, казавшийся отцу Меркурию ошибочным, привел все-таки ко спасению: все по словам прп. Исаака!.. Размышление об этом – верный путь к неосуждению (и самонаблюдению: искринен ли я?).

 1 сентября дождь проливной начался еще с ночи. После воскресной Литургии сразу – под дождем – на рынок через все лужи вброд. Сложное послушание: требовать от продавцов взвешивать именно на Ольгины бытовые весы, которые я взяла с собой. Ольга считает, что использующие электронные «весА» пойдут все в ад, и отказывается кушать взвешенное на них.

 Продавцы смотрели на меня как на дуру, большинство раздраженно отказывалось вообще продавать мне из-за такого моего странного условия... Объяснения не помогали. Одна продавщица вроде согласилась, но тут же перепроверила взвешенное на своих (увы, электронных!) весах. Я чуть не разревелась: «ведь она не будет теперь это есть!..» И решила от Ольги этот момент попросту утаить.

 Еще мракобеснее вышла история с лимонной кислотой. Я купила ей (как и заказано) ее побольше, но – увы – на красивой пачке было правдиво указано? Что лимонная кислота и Е-320 – это одно и то же. И Ольга стала требовать, чтобы я сдала обратно эти пачки и купила те, на которых этой страшной информации не указано: «хочешь раком меня заразить?». В то, что содержимое пачек ничем не отличается, она мне не поверила. Я же тварь непросвещенная, а она 20 лет трезвилась на постели.

 Что это за трезвение, если подпускает к себе мужиков? Что за «шесть-шесть» в электронных весах и чем эти весы хуже электроплитки, которой она все-таки пользуется?

 6 сентября. Поскольку у Ольги теперь новая плитка («красный глазок» я удачно ампутировала), досталась мне старая. Теперь готовлю себе отдельно. Заметила, что даже если чувства голода нет, позыв на пищу возникает от ее вида. Теперь у меня дома есть запас еды, и я искушаюсь съесть лишнее. «Не пецытеся на утрей» - сказано, однако Ольга вопреки этому бредит запасами, которые нередко и протухают.

 Рассказывает, что однажды решила подвижничать и 40 дней ничего не пить. Вышло одно лишь сгущение крови и ничего больше. С тех пор решила питаться полноценно. И меня заставляет жрать мясо; я изо всех пытаюсь сделать так, чтобы хотя бы в постный день уклониться от этого.

 9 сентября Господь послал мне удачу: бесплатный хлеб на помоечке по улице Ардзинба недалеко от столовой. Один кусок оказался совсем зановоженным, пригодился для компостной кучи. Еще пара кусков было с плесенью, их я закипятила в оставшемся от Ольги вареве. А остальные куски были как из магазина: встретились даже свежие полбулки и полбатона, учтиво положенные в пакеты.

 Я и раньше многократно видела валяющиеся на улицах куски хлеба, но стеснялась брать, ведь люди сочтут меня за бомжа. Один раз даже видела кучку просыпанного сахара, килограмма полтора... Совесть до сих пор мучает: почему не собрала? А сегодня у меня дебют – и радость.

 Если я нахаляву в доме живу и не зарабатываю денег, то чем я лучше бомжа?

 Отец Виталий жрал очистки, а мне, как королеве, не приходится так смиряться, ведь с первого дня Ольга приучила меня овощи не чистить. Плюс к этому, не приходится их долго готовить: закипела вода – и достаточно: нужно экономить витамины. Свекла сырая оказалась вкуснее вареной.

 Помню, на Кубани одна послушница пекла пирожки с рыбьими «пупками». Я решила тоже из купленной рыбы никаких запчастей не выкидывать; саму же рыбу пожарила Ольге.

 10 сентября тяжко нагрешила: простудилась. Антисанитарность моя повысилась, о чем Ольга мне высказала без криков и побоев, а у меня «рог самолюбия» взыграл: начала огрызаться в ответ. Говорю: « Христос неумовенными руками хлеб ел: Он что, тоже непросвещенный?» А она как не слышит!.. Твердит свое – и все. Самое страшное то, что ее планка санитарии беспрестанно повышается из-за какой-то микробофобии; даже если все сделано как надо, она обязательно найдет к чему придраться: то уж слишком быстро руки мою, то между пальцами недостаточно сильно тру мокрой тряпкой (а только мылом), то вода после мойки рук стекает не в ту сторону. Вообще она мало доверяет умывальнику, на «всякий пожарный» потом дополнительно обливает мне руки из своего чайника. Это диагноз.

 Сказала сегодня, чтобы я собирала на помойке хлеб для ее гостьи-собаки. Я утаила от нее то, что этот хлеб ем сама. Иначе бы я точно вылетела сразу кубарем из Абхазии. Я же ем микробов! Край непросвещенности!! Тупая!!!

 Впрочем, проходя сегодня мимо валяющихся на дороге фруктов, поймала себя на том, что не беруих по причине сытости. А помоечный хлеб, получается, жрала только по гордости?..

 11 сентября проспала Литургию, зато в отместку прочитала часы с изобразительными/ И наконец-то почувствовала благодать!

 Весь день решила протратить на себя: на уборку в доме. Окна и пол впервые смогла помыть.

 Ольга заметила, что я к ней не иду, и высказала все, что про меня думает. В частности, что меня сюда бес прислал: мало того, что узбека у нее отбила, так еще и микробов порасплодила! Да, а главное – самолюбие!

 Да, говорю, плохая я. Но ни одного моего слова она снова не была способна услышать. В общем, маленько поссорились; я даже стала подумывать, не выгонит ли она меня вообще. Вечером, однако же, я пошла к ней, приготовила еды и примирилась. Сразу стало хорошо.

 На знакомой помоечке сегодня хлеба не оказалось, и я сильно расстроилась. Ругала себя за те разы, когда видела и не брала. Думаю, вот, никакой стабильной халявы я не достойна... На обратном пути с тоской вглядывалась в полупустую помоечку и тут-то совершенно неожиданно приметила белоснежный пакетик. Там было на целый килограмм кусков лаваша. Счастье есть!

 14 сентября выяснилось, что к невниманию в молитве приводит суетливость помыслов и ускорение в чтении. Когда читаешь молитву по книге не вслух, глаза пробегают знакомый текст быстрее, чем если бы этот текст выговаривал язык. Поэтому первое средство – это чтение медленное, с остановками для осмысления, и шепотом. Ночное время дает ощущение «здесь и сейчас», значит, помыслы меньше суетятся; утром же торопишься на работы, а вечером – поскорее заснуть... Замедлению (и вниманию) способствует пение. Возможно, именно потому слово сильнее в песне, что оно медленнее произносится и больше акцентируется.

 Выяснилось также, что практика одновременного чтения Иисусовой молитвы и правила несочетаема с полным сердечным вниманием.

 Отец Константин в книге о молитве описал прием вставки между словами книжной молитвы своих собственных слов. Помысл мне говорит, что это действование несовместимо с нашим иноческим правилом вообще из-за большого объема последнего. Видимо, пустынники приняли направление по СВТ. Феофану Затворнику, которого читать мне и благословил брат отца Константина.

 Ольга принялась с прилежанием меня смирять. Ругает, что не попрошайничаю на рынке. Говорит, я такая гордячка, что аж противно! По ее словам, она тоже начинала попрошайничать на рынке примерно в моем возрасте, и тоже было по гордости трудно решиться на это, но ей так благословили из-за ее блудного падения...

 17 сентября едва нашла на помойке хлеб, да и то несъедобный: обгрызанные корки в пакете были завязаны со множеством окурков и сигаретным пеплом, который проник в хлебные останки до костей. Все же соблазнилась съесть попавшийся там кусочек булочки, и пепел долго хрустел на зубах. Совесть напомнила мне о святом, который собирал различные пищевые отходы , сушил их, измельчал и катал из них шарики, которыми и питался. Это чисто психологический прием, а отец Виталий Сидоренко справлялся без него...

 Ольга первым курсом моего становления назвала тот момент, когда я поборю свой стыд и начну на рынке клянчить. О столь высокой планке я и не мечтала; это бьет по моему больному месту прямо, т.к. с детства болела я страхом просить.

 Рассказала мне свой сон: видит три куска сыра, принадлежащих игуменье С., два из них хорошие, а третий – грязный. Ольга просит: «дай сыру!». Матушка же забирает оба хороших куска, а Ольге бросает грязный... Услышав этот сон, я обрадовалась: «так это ж я грязная!».

 18 сентября впервые принесла с рынка бесплатных порченных овощей и фруктов, разделила их на рагу и компот, наелась сама и Ольге отнесла. Такая довольная была!.. еще и потому, что удалось за полцены принести брынзу от Ольгиной знакомой. Радостная, рассказываю Ольге. А она как давай ругаться!.. Ух!.. Закончила на том, что я своим приездом ее только стесняю, что лучше бы не приезжала вовсе, что ей необходимо одиночество (чтобы блуд выдавливать палкой между ног), а при мне (разве я виновата?) она только болтает и от болтовни сбивается. И я удалилась.

 21 сентября оказалось (сказал священник), что Ольгу слушаться нельзя.

 22 сентября. Если промок под дождем помоечный хлеб, не унывайте! Поджарьте его на масле и получите отличный деликатес к праздничному столу!

 31 сентября случилось со мной огромное психическое искушение, заключающееся в потере веры. Ходили на Иверскую гору, и батюшка в доказательство истинности РПЦ показал мне «Неиссякаемый колодец»: мол, атеисты всегда пытались опровергнуть его чудо, но не смогли. «А что же там такое капает?» - с отчаянием спрашиваю я. «Дождь сверху просачивается» - смущенно предположил он. Ну вот, думаю, сам проболтался: неужели стоит удивляться тому, что вода в колодце всегда есть? Это обычный резервуар... Никакого чуда нет... А может, и Бога нет? Религия стала казаться не более чем психологической игрушкой...

 Потеря веры тяжело подействовала на мою психику. Пропал всякий смысл жизни, душа захлебнулась от боли и безысходности. Что-то сломалось в голове и болело. Каждая мысль отдавалась новой болью. Тем более что не переставало противоречие; душа искала хотя бы психологического оправдания веры, но и его не находила.

 И я собралась уезжать. Замуж. А Ольге сказала, что меня пригласили в Кожеозерскую пустынь жить. Она кое-как, но смирилась...

 И вот, несмотря на очень позднее время, Ольга подошла к окну и стала меня звать. Я вышла – и она таких вещей мне наговорила, что я подивилась: как это Господь ловит меня уже у самого края пропасти! Откуда Ольга узнала о моем намерении ехать замуж, если мы с ней уже договорились, что еду к отцу Михею? Думала обманом уехать от нее, а она разоблачила! Это мне показалось явным ответом Господа на только что совершенную молитву: «если Ты есть, сделай что-нибудь, чтоб я поверила!..» Говорю «показалось» потому, что уже не понимаю, в какой реальности я живу – реальна ли она? Существую ли я, если Бога нет?

 Исцелилась я тогда через Ольгу. А на следующий день, уже с чувством обретенного Бога, напоследок наслушалась любимой музычки – и пошла продавать сотовый телефон. Все прошло как по маслу: купили тут же, даже часу не простояла. В голове была ясность, ведь Господь доказал Свое существование – и я приняла решение остаться с Ольгой.

 8 октября, т.к. Ольга много дней подряд говорила о том, что сейчас дело номер один – это баня, я думала о том, как ее устроить на месте, никуда не выезжая. Заручившись наперед Ольгиным благословением на это дело, я приступила к постройке: всего-то нужно было через окно вывести трубу от железной печки, сооружить две внутренние стены и сделать слив. Притащила с рынка 10 кг цемента, несколько часов таскала к месту кирпичи, какие где нашла; но, как только я начала заделывать слишком огромный для бани оконный проем, Ольга прибежала и раскричалась, что: 1) нельзя заделывать проем, т.к. для нее главное – это свет и воздух; 2) вообще здесь, оказывается, не место для бани (хотя накануне ведь уже договорились!), т.к. рядом хранятся продукты; 3) да и в принципе, сейчас грех думать про постройку бани, т.к. антихрист уже пришел и Конец Света со дня на день ожидается. Я впала в бешенство, как никогда. Ольгу, как и предсказывалось, мне захотелось поколотить. Никакие аргументы она даже слушать не была способна. Короче, я домазала разведенную порцию раствора (вышло на три кирпича) и удалилась. Ольга кричала, чтобы я и эти кирпичи убрала, ведь каждая дырочка важна, а я буркнула: «ничего, не задохнешься!» и ушла к себе. Вечером Ольга сама пришла мириться.

 11 октября принесла с рынка целую сумку порченных бесплатных помидор и весь день варила из них томат на зиму. Работа эта затянулась надолго, так что и к Ольге не было возможности прийти. Ольга не выдержала и часа в три дня сама подошла к моему забору, увидела на моем пороге помидоры и раскричалась. Долго кричала, так как приняла помыслы о том6 что я ее бросила, а еду собираю себе. Я специально ей ничего не отвечала, чтобы вполне выявить всю ее непрозорливость, пока не закончила процесс протирки горячих томатов через сито. Тогда я принесла ей оставшуюся кучку сырых помидор и разъяснила ситуацию, что, кстати, удалось не сразу, так как во гневе у Ольги пропадает всякая возможность слышать.

 18 октября несколько раз таскали с Ольгой мандарины у соседа. Это грех, поэтому стала молиться, чтобы сосед мандарины поскорее собрал, дабы не было у Ольги искушения снова давать мне сие послушание.

 Снова бывают припадки потери веры. Сейчас стою вот у Ольги, слушаю ее «раны» и режу грибы, а самой так больно, что слезы из глаз литься не перестают. Ольга ничего не замечает абсолютно...

 На днях чуть не рехнулась с ней. Она стала противоречить самой себе. Вроде уже договорились, что я сделаю так и так, а через пять минут она меняет свое решение и орет на меня за то, что я по своей непрозорливости не приметила этого в ней изменения... Ну тогда Ольга мои слезы увидела и стала трактовать их в том плане, что «эти твари» так ее повредили (то бишь, церковники), что даже на мне это стало отражаться. При подобных столкновениях с Ольгой начинает сильно болеть голова. Как тут не сойти с ума?

 Стоит описать и ее концепцию «очищения» от блуда? Говорит, была такая одна тут монахиня, которая советовала ей не думать о блуде, т.е. отгонять блудные помыслы. Ольга попробовала – получилось! Но потом как будто стало хуже, и она вспомнила притчу о возвращении семи злейших духов. Ольга сделала умозаключение: если не мастурбировать (это она называет «выдавливать гадюку»), то нечистота (как она говорит, семя) не выходит из организма, а скапливается в нем и загрязняет. Говорит, какой-то батюшка благословил ей палку ногами держать, коли рук нету... Еще рассказывает удивительный случай, когда один старец благословлял послушникам рукоблудие – только б утром меняли одежду, чтоб в оскверненной в храм не заходить. Мол, накопление семени – естественный процесс при принятии пищи, а ведь мы не можем не кушать – помрем!.. Я спросила, каким же образом выдавливать блуд. Ольга засмеялась и говорит: «Однажды смотрю – младенчик блуд выдавливает в кроватке... Значит, это дается всем от рождения». А еще однажды, говорит, в ее присутствии монахи заговорили о рукоблудии, потом старший спрашивает: «а если рук нет?» - и смотрит, смеясь, на Ольгу.

 Вот и мне советует (благо, что не приказывает) бросить воздержание, а если сама не умею – найти мужчину, но только такого, у которого нет «эрнета» (интернета). «Иначе, - говорит, - твое скопление семени и на меня повлияет».

 На теме блуда у человека съехала крыша конкретно. Сначала я не понимала, почему Ольга, подобно Гитлеру, смотрит на форму черепа. Выяснилось, что по ее мнению у круглолицых мужчин половые органы толще. Поэтому мужчины с овальным лицом Ольгу не устраивают...

 Когда ее переполняет любовь к какому-нибудь птенчику или зверюшке, у нее один комплимент: «Ах ты, мой писюнчик!»

 Говорят, крыша на эту тему у Ольги съехала по причине изнасилования. Она не виновата...

 Именно необходимость ежедневной мастурбации не позволяет Ольге причащаться. Говорит, что всю жизнь протратит на «очищение», а перед смертью причастится. При этом как бы забывает о собственном убеждении, что причащаться уже 15 лет как нельзя, ведь в Церкви антихрист... Кажется, сие кредо является лишь самооправдательным успокоительным, а не истиной.

 7 ноября. Когда сегодня пошла к Ольге, она издали еще услышала мои шаги и разоралась, что я ее измучила, чтоб я оставила ее в покое. Я покорно удалилась. Но орать она не перестала. Наоборот: подошла поближе, чтобы лучше мне было слышно. Удивленные соседи вышли и смотрели на нее удивленно. Когда случилась небольшая пауза в Ольгином гневном монологе, я спросила: «что плохого я тебе сделала?», на что она ответила тихо: «Не знаю».

 А это было как раз после того, как я нашла впервые интернет-зал около рынка (недавно открыли, видимо) и просидела в скайпе около часа...

 К вечеру она несколько успокоилась – и я смогла с ней хоть немного поговорить, пытаясь объясниться. Спрашиваю: «Как же по-медицински называется твоя болезнь (блуд)?» Говорит: «Шехоцендрия». А ведь я ж уже специально смотрела это слово в интернете: поисковик лишь вылупил на меня удивленные глаза и сказал, что даже ни одного похожего слова не знает.

 Говорю, покажи мне место в писании, где сказан, что если военные зайдут в храм – в церковь ходить нельзя. Говорю, я в Писании такого места не видела, Отвечает: «Мафия часто убирает из Библии такие места».

 Свое психическое повреждение отрицает полностью (это тебе твари-бесы нашептывают, что я чокнутая!»), но вот само слово «повреждение» у нее чуть ли не любимое. При этом всю вину даже своих ошибок и грехов сваливает на окружающих. Помню ее фразу, однажды в споре о бане сказанную: «Подожди! Мне трудно думать! Палка в голове мешает!» Хотелось бы проверить энцефалограммой ее состояние, но ведь это реально лишь на вязках: электроника ее «пробивает», она не дастся добровольно!..

 Было и мне «откровение» (выражаясь Ольгиным языком) по поводу милосердия. Даже на исповеди раскрылась эта связь: если на животного идет гнев, то и на человека будет; уже два раза один и тот же грех: «раздражалась на Ольгу и на кошку». Замечала в себе кратковременное желание во гневе кошку прибить – а потом, смотрю, и на Ольгу такое желание приключилось. И я пришла к выводу, что гнев реально лечить и в одиночестве, если вместо ближнего учиться милосердию на животных. Вот каждый раз Ольга рассказывает о своем обучении: «Ну вот, сегодня опять целую ночь не спала, бабочек хоронила!». Часто рассуждает о том, что человек пред Богом – букашка, поэтому и мы должны спасать попавших в воду муравьев...

 8 ноября пришла мысль самооправдания: игумения С. говорила, что если я выдержу Ольгу, стану святой; значит, чтобы не считать себя святой – нужно уехать.

 20 ноября подошел ко мне тот самый сосед, который предоставил мне мое бесплатное жилище и провел в него свет, и предложил мне отличную работу: за 500 рублей в день собирать его мандарины. Те самые, которые Ольга благословляла мне воровать...

 Пречистая богородица молилась, чтоб господь сподобил Ее быть хотя бы служанкой у Той, Которая родит Спасителя, - и Господь решил родиться именно от Нее. Преподобный Паисий Величковский молился, дабы найти себе наставника, - и стал сам наставником для многих. Я молилась, чтобы скорее сосед убрал свои мандарины, - и честь их собирать выпала именно мне.

 Первый день я работала, как в раю. Девять часов без перерыва на обед.Лишь затемно пришла к Ольге и сообщила ей сию радостную весть о том, что нашла-таки работу. Ведь накануне мы как раз обе мечтали найти свой заработок, дабы не надо было «унижаться перед этими тварями» и клянчить у них... Все было тихо и спокойно.

 Во вторник посреди моего рабочего дня Ольга стала кричать из-за забора, чтобы я несла ей каждое второе ведро. Я сочла неразумным ее слушаться и продолжала спокойно свою работу. Ольга разгневалась ни на шутку, орала, что «это все мое!!!». Крики продолжались до вечера, так что мне даже было страшно идти к ней, но я все-таки пошла, сварила ей чего-то и для разъяснения ситуации сказала, что, хотя сосед и разрешил брать себе мандаринов сколько хочешь, в рабочее время я не могу ей их таскать. Спрашиваю: «Сколько тебе принести их?». Она призналась, что их у нее уже предостаточно и так, однако, «это дело принципа: как так, Настя – моя слуга – работает на моих врагов?».

 После сего я баловалась в келье жребием, дабы хоть таким образом сохранить исчезающую мою веру. Выпало мне идти замуж, но уезжать я должна не самочинно, а когда Ольга сама выгонит. Ну вот, думаю, вряд ли скоро сие случится...

 Однако, это случилось на следующий же день... Трое суток орала Ольга мне выметаться. Ровно до тех пор напало на нее сие беснование (якоже и рычати в голосе), пока я не купила билет в Россию.

 Лишь когда я сообщила ей о покупке билета, стал отходить от нее бес. Стала Ольга понемногу успокаиваться и принимать благие помыслы. К вечеру она меня уже нахваливала на все лады.

 И если б не знамение со жребием, можно было б, как и всегда, спокойно жить дальше вместе, но – жребий брошен, билет куплен! Это дело веры! Я чувствовала, что если потеряю веру в жребий, потеряю веру и в Бога, у Которого я просила править жребием. А это было бы потерей всего, самоубийством...

 Итак, помирившись с Ольгой и исполняя до последней минуты отъезда все ее просьбы, я вернулась в Россию...

Автор: Рослов Владимир

Комментарии 2