Политика

Эволюция российской аналитики

Аналитическая деятельность возникла вместе с человеком разумным. Чтобы овладевать природой и создавать мир техники, надо было обдумать прошлые дела (опыт), понять актуальную реальность и ход событий, вообразить (предвидеть) будущее и проектировать его желаемый образ. Уже в глубокой древности это были важные и высоко ценимые функции. Появление государства, а потом империй и цивилизаций резко расширило и усложнило эти функции, они стали предметом истории и философии. В ХVII веке, в ходе Научной революции, аналитика стала научной и получила мощные методы (моделирование).

В начале ХХ века в России сложились сильные школы аналитики – в Академии наук, в ведомствах, в Госдуме и в партиях. Они вели комплексные программы: анализ производительных сил России (Академия), пятилетние планы развития экономики (Министерство путей сообщения), выбор модели массовой школы (военные), меры против вывоза капитала (разведка). Либералы сотрудничали с лучшими учеными Европы (М. Вебером), левые – с Социнтерном. С 1905 г. очень продвинулись большевики. Они преодолели ограничения и догмы марксизма, как-то освоили идеи неклассической науки («науки становления», неравновесных состояний) и по уровню аналитики стали ведущей партией в Европе.

Это сильно повлияло на исход Гражданской войны. В ходе ее удалось нейтрализовать национализм буржуазии окраин, предложить народам новую модель национально-государственного устройства и вновь собрать почти всю территорию в СССР, а народы за 20 лет – в советский народ как полиэтническую нацию. Сегодня западные антропологи считают это достижением высшего класса.

После Гражданской войны миллион младших и средних командиров Красной армии пошли в вузы и в госаппарат – вышли управленцы с сильным аналитическим мышлением. Удалось не допустить разрыва с Академией наук, генералами Генштаба, полиции и жандармерии, рядом министров царского и Временного правительства. Уже ГОЭЛРО, доктрина НЭПа, модель СССР, интеграция Советов в вертикаль власти, стратегия научного строительства – все это результаты аналитики качественно нового уровня. Атомная программа началась в 1918 г.! Форсированное создание авиации – в 1923 году. Сейчас ту программу представляют проявлением якобы скрытого языческого культа в СССР – такова была массовая поддержка. Это наивные упреки. В 1933 г. был первый пуск ракеты ГИРД-09, а уже в 40-е годы над созданием ракетной техники работали 13 НИИ и КБ и 35 заводов.

Создание в 20-е годы новаторской профилактической медицины и большие программы на всей территории резко снизили смертность и ликвидировали эпидемии. ­Средняя ожидаемая продолжительность жизни сразу выросла с 32 лет в 1897 г. (по Европейской России) до 44,4 лет в 1926-1927 гг.

В 20-е годы сложились и главные системообразующие институты аналитики: межведомственные проблемные комиссии АН СССР, Госплан, Госстандарт, управления спецслужб и вооруженных сил. В 30-е годы по мере развертывания научной сети каждый НИИ вел аналитическую работу в зоне его ответственности (анализ аварий и отказов, прогнозирование). Поскольку информация была государственной собственностью, сложилось национальное сообщество экспертов, из которого для каждой конкретной задачи быстро формировалась рабочая группа нужного состава. Прекрасный урок – дискуссии с оппозицией на пленумах и съездах в 1924-1934 гг. С обеих сторон – ценная аналитика.

Я считаю, что до середины 50-х годов аналитики в СССР допустили немного крупномасштабных ошибок – при решении совершенно новых задач. Самая тяжелая – ошибочный выбор модели колхоза по типу киббуца (он считался в мире самой успешной моделью кооператива). Не хватило знаний о культуре своего крестьянства. Но какое быстрое исправление ошибки. 1931-1932 гг. – кризис, приведший к голоду. Уже весной 1932 г. было запрещено обобществлять скот и предписано помочь колхозникам в обзаведении скотом. К 1935 г. кризис был преодолен, и началось быстрое развитие.

Но это – история. Для нас важнее фатальный кризис аналитики СССР, нараставший с середины 50-х годов вплоть до краха СССР в 1991 году. Можно предположить, что в 30-е годы собраться населению СССР в разновидность военного отряда («тоталитаризм») было понятнее и проще, чем провести демобилизацию этого отряда в 50-е годы. Радость Победы и иллюзия безопасности и растущего благоденствия при смене поколений создали новую, необычную ситуацию, для контроля над которой не было ни знаний, ни опыта. ХХ съезд стал срывом, который и сегодня непросто объяснить. Он не просто нанес удар по государству и массовому сознанию, он разрушил всю систему аналитики общественных процессов. Эксперты в технических сферах по инерции продолжали работать вплоть до 1991 г., а обществоведение так и не поднялось. После отставки Хрущева нарастающий мировоззренческий кризис был подморожен, но научный подход в обществоведении был подавлен идеологией.

Между тем, общество быстро менялось, основа, на которой был поставлен советский строй 1920-1950-х годов (общинный крестьянский коммунизм), исчерпала свой ресурс в ходе урбанизации. Ее надо было модернизировать, но необходимых для этого знания и кадров уже не было. Многие из них перетекали к диссидентам. Основные угрозы для СССР вызревали уже в общественном сознании, но аналитиков для этой сферы не было – советологи США знали о нас больше, чем мы сами. Андропов, став генсеком, сказал: «Мы не знаем общества, в котором живем».

Это и есть главная оценка аналитики последнего этапа СССР.

О состоянии аналитики в постсоветской России будет идти речь на этой конференции. Кратко я определю его так:

1. Мировоззренческий кризис СССР в 90-е годы стал системным, т.е. резко усложнился. Мы еще не имеем его удовлетворительного описания и не выявили те угрозы, которые он породил. Это – вызов не только аналитикам, но и всей российской интеллигенции.

2. В этих условиях обязанность аналитиков – не вести пропаганду проектов власти или оппозиции, а добывать достоверное знание о той реальности, которая сложилась к настоящему моменту, и о тех процессах, которые будут доминировать в среднесрочной перспективе.

3. Для получения достоверного знания аналитика должна сдвинуться из «пространства идеологии» в «пространство научной методологии», требующей объективного и беспристрастного подхода к реальности.

4. Нужно провести ревизию и обсуждение тех типичных ошибок, возникающих при анализе и подготовке государственных решений, которые выявились за последние 25 лет (да и в поздний советский период). По результатам этой работы полезно создать специальное учебное пособие для аналитиков и политиков.

Это трудно, но возможно.

Для этого требуются организационные усилия и общая воля. Необходимо вновь создать национальное сообщество аналитиков, соединенное рациональной методологической основой, общими социальными и научными нормами, своей профессиональной информационной системой. Такое сообщество сможет обеспечить ответственность аналитиков, потому что в их работах главный контролер – совесть. А заказные выводы коррумпированного аналитика обходятся государству и обществу слишком дорого. 

Комментарии 0