Общество

Мусульмане России и Номос Евразии

 

Между тем именно исламский фактор является сейчас, пожалуй, ключевым в реанимации татаро-чеченских связей вообще и личных отношений Рустама Минниханова и Рамзана Кадырова в частности, определяющих их дальнейшую судьбу. В последнее время татарстанские власти стали активно позиционировать Казань как центр исламского мира России, что, в общем-то, вполне закономерно, если учесть, что именно татары составляют мусульманское большинство в стране. Такая политика, отвечающая интересам татарских мусульман за пределами Татарстана, может вызвать непонимание со стороны единоверцев Северного Кавказа, которые также претендуют на доминирование в российской умме (исламской общине) хотя бы на том основании, что ислам появился на Кавказе гораздо раньше, чем на Волге.

Не исключено, что на полях нынешних встреч муфтиев Татарстана и Чечни мусульманские лидеры попытаются договориться если не о фактическом признании Казани мусульманской столицей России, то как минимум о лояльном отношении кавказцев, исповедующих шафиитский мазхаб (религиозно-юридическая система), к ведущей роли татарских мусульман-ханафитов в жизни российской уммы. Это мнение разделяет политолог Руслан Айсин. «Я думаю, что итогом таких переговоров может стать договоренность между мусульманскими лидерами Татарстана и Чечни о своего рода разграничении полномочий в сферах религиозной деятельности мусульман России и Кавказа, иными словами, Чечня будет отвечать за кавказский исламский сегмент, а Татарстан соответственно за внутренне российский, я бы сказал – татаро-тюркский компонент ислама»

Второй раз за последнее время не могу не отметить качественный материал "Независимой газеты" по исламской проблематике, что на общем катастрофическом уровне интеллектуальных и этических данных российских журналистов, пишущих на эту тему (вот свежий образчик неграмотного поклепа) выгодно характеризует данное СМИ.

Казалось бы, сюжет переговоров двух религиозно-бюрократических структур о принципах их взаимоотношений никакого интереса представлять не может. Однако на самом деле он может таить в себе потенциал, развитие которого, способно на выходе привести к далеко идущим последствиям и для российских мусульман, и для этно/гео-политических процессов в Северной Евразии.

И вот почему.

В конце 2012 года, анализируя его итоги для мусульман России, я писал:

"Я неслучайно использую выражение «мусульман в России», а не «российских мусульман», потому что репрессивная политика государства, с одной стороны, и незрелость иинертность мусульманских масс, с другой стороны, по состоянию к концу 2012 году так и не позволяют говорить о наличии субъектной и консолидированной российской исламской уммы. Официозные Духовные управления мусульман России – марионетки либо банкроты, а неофициальные, неформальные исламские общины и организации слишком малочисленны и слабы, уже не говоря о том, что они вытеснены в полу- или даже без этой приставки в подполье, - чтобы можно было говорить о каком-то общероссийском исламском движении, пусть даже и сетевом.

Поэтому, помимо такого зачаточного «катакомбного российского ислама», надежды мусульман, скорее всего, будут все больше и больше связываться не с самой Россией, не с «федеральным уровнем», а с теми островками, где мусульмане более-менее крепко стоят на своих ногах. Таких островков сегодня два: Чечня, глава которой, похоже, не собирается отказываться от своей демонстративной приверженности Исламу и его поддержки на республиканском уровне (строительство мечетей, внедрение дресс-кода, запрет алкоголя и т.д.), и Татарстан, руководство которого не поддается на антиисламские провокации партии войны, понимая, что их конечная цель – вскрыть Республику для московской силовой олигархии". 

Год 2013, еще не ушедший, целиком подтвердил этот, как и многие другие мои прогнозы. На российском уровне мусульман представлять некому и они де-факто поставлены вне закона, превращены в парий государства и общества.

ЦДУМ и РАИС - это прямые орудия в руках антиисламских сил, которые рассматриваются большинством активных мусульман страны так же, как норвежцами рассматривался Квислинг.

Совет Муфтиев России, имея по состоянию еще на два года назад моральный и политический капитал стать центром легальной исламской оппозиции, с которой будет вынуждено считаться государство под страхом серьезной дестабилизации, своим дальтонизмом и оппортунизмом не только полностью его растратил, но и местами, желая выслужиться перед властью, умудрился перещеголять в коллаборационизме даже ЦДУМ. Такова, в частности, была ситуация в Петербурге, где именно люди Равиля Гайнутдина стали инициаторами зачистки независимых исламских общин, которые спокойно существовали при Пончаеве, если не посягали на его ведомственные интересы. При этом властями СМР все равно воспринимается и будет восприниматься как нелояльная структура, которую они вынуждены терпеть, но от которой избавятся при первой же возможности, когда те уже станут не нужны ни государству, ни верующим.

В итоге мы видим, что при сладкоголосых заклинаниях госмуфтиев о том, как вольготно и радостно Исламу на Руси, Ислам и мусульман ежедневно массировано травят по всем СМИ, вокруг них уже создали образ тотального врага, на мусульманок в хиджабах накидываются в общественном транспорте, мечети поджигают - и все это происходит при бездействии тех, кто первый должен говорить об этом на встречах с представителями власти, но кто пользуется ими только для решения своих ведомственных проблем.

Совместимо ли вообще открытое исповедание Ислама с жизнью и безопасностью на большей части территории РФ, уже не говоря о позитивном моральном самоощущении? Вопрос становится все более и более актуальным.

И на этом фоне то, что инициатива представительства интересов мусульман в стране может начать переходить в руки тех, кто представляет своеобразные мусульманские островки (условные, конечно, и с рядом оговорок) в бушующем море исламофобии, представляется глубоко закономерным.

Если посмотреть с этой точки зрения, то что такое СМР? Кого он представляет? Татар, судя по тому, что его костяк составляют татары? Но почему тогда его лидер сидит в Москве? Какой он имеет в ней вес, какое отношение к нему у федеральных и местных властей? Кавказцев? Но где тогда кавказцы в руководстве СМР, где обратная связь с кавказскими джамаатами, которые он все, начиная с Али Евтеева и заканчивая "Даруль-Аркам" сдал? Гастарбайтеров, статус которых в современной России хуже, чем статус негров до отмены сегрегации? Но где тогда систематическая работа с ними, где связка с их общинами, попытка охватить их исламским призывом?

Комичный РАИС сидит в Пермском крае, где так же ни на что не опирается и никого не представляет. Главная официозная организация сидит в Уфе, казалось бы, мусульманском регионе. Но Уфа - это столица Башкирии, ЦДУМ же представляет татар, которые для Башкирии примерно, как русские для Украины - это все равно, как штаб-квартира РПЦ располагалась бы в Киеве, а не Москве.

ДУМы Татарстана и Чечни не представляют абстрактных и мифических "российских мусульман", но они представляют хотя бы крупные республики, контроль над которыми в значительной степени сохраняется в руках этномусульманских и демонстрирующих свою приверженность Исламу элит. И в отличие от "общероссийских", представляющих все и ничего, ДУМов, не способных, да и не желающих ни на что повлиять, их вес в общероссийском масштабе зависит от вполне конкретных вопросов:

- захотят ли руководители Татарстана и Чечни позиционировать свои республики как мусульманские центры России
- позволит ли им это Кремль.

Кремль теоретически может пойти на эту уступку для частичной разрядки ситуации с Исламом в России, если она и дальше будет накаляться по стране. И если это произойдет, именно структуры, за которыми стоят власть и общество мусульманских регионов, станут реальными центрами притяжения многих мусульман, хотят того виртуальные общероссийские муфтияты или нет.

Для мусульман России у этой возможности есть два измерения.

Есть вопрос выживания, сохранения и решения самых необходимых задач. В мусульманских республиках по крайней мере не избивают мусульманок в хиджабах и не решаются последние запретить, в них не забрасывают мечети бутылками с зажигательной смесью, не режут в подворотнях мусульман за то, что они не той национальности. С назначением во главе него реально грамотного и искреннего муфтия ДУМ РТ развивает в республике реальную исламскую образовательную и социальную инфраструктуру, предоставляя верующим возможности изучать и практиковать реальный традиционный Ислам (ханафитско-матуридитского мазхабов), а не ту порнографию, которую под его видом до этого проталкивали пьяные бабаи, в том числе, в сане муфтиев.

Конечно, в авторитарном централистском государстве, которым де-факто является Россия, все это в любой момент при желании можно разогнать и запретить. И именно поэтому те, кто предпочитают уезжать из России вообще в страны, где мусульмане крепко стоят на ногах, подобно Турции, имеют свою логику. Однако не все имеют такие возможности - эмиграция в чужую страну, начиная с получения юридического статуса для пребывания в ней, освоения языка хотя бы в необходимом объеме, уже не говоря о социальной адаптации - сложный, стоящий денег, труда и здоровья процесс, который без поддержки принимающей стороны (как Израиль принимает евреев) под силу далеко не всем.

А вот перебираться в другие субъекты одной и той же страны, где мусульмане чувствуют себя более защищено и комфортно, куда более реально. Особенно, если бы формально или неформально были организованы такие программы для желающих. Де-факто это стало бы началом реализации кадимитского политического сценария, о котором мы недавно писали. Такой вариант мог бы стать разумным компромиссом - официальные мусульманские структуры этих республик под надежным контролем традиционалистов, никаких реальных или мифических ваххабитов, там и близко нет.

Не хотите, россияне, чтобы мусульмане мозолили вам глаза по всей России? Дайте зеленый коридор реальному традиционному исламу - пусть соблюдающие мусульмане со всей страны потихоньку начинают консолидироваться как в этих исламских островках, так и в общинах, замкнутых напрямую на них.

Одна проблема - не будут таким вариантом довольны дорогие россияне (федералы). Могут теоретически пойти на него только тактически, пока не будет возможности переиграть ситуацию, как это делалось не раз после заигрывания центральной власти с мусульманами на местах. И поэтому не надо забывать о втором аспекте этой проблемы - мета-историческом и политическом.

Ислам должен получить в России признание, то есть, Россия должна смириться с тем, что в ней будет реальный Ислам, каким его довели до нас Аллах и Его Посланник, да благословит его Аллах и да приветствует, а не тот, каким его хотят видеть Сулейменов и Силантьев, левые или либералы, националисты или кто-то еще.

А это невозможно пока не изменится сам политический ДНК этого государства, либо, если оно не развалится, не желая его менять. И поэтому, конечно, нужен уровень сил, которые будут говорить об этом, увещевать и вести политическую борьбу за эти цели. Общероссийский уровень, конечно, более того, не просто общероссийско-мусульманский, а общероссийский как часть общенациональных политических и общественных процессов, выразитель в них позиций мусульман.

И на эту роль, конечно, не подойдут никакие ДУМы. Потому что, одним из них - вроде СМР - кто не хочет ни решать практических задач, ни ставить перед властью и обществом острые вопросы, этого не надо. Другим - тем, кто будет решать жизненные и важные вопросы мусульманской уммы на местах, это может помешать.

Поэтому, мусульманский фактор в общероссийском масштабе будет становиться все более виртуальном и сетевым, представленным компактным гражданским сектором. Реальная же мусульманская жизнь сегодня (пока еще?) становится возможной только в реальных мусульманских центрах и замыкаясь на них.

И это по сути будет означать рождение Номоса для мусульман России - очерченных пространств, могущих быть для них прибежищем и домом. Политическая же задача заключается в том, чтобы обеспечить их легитимность и защиту, добившись соответствующего уклада в Северной Евразии.

Автор: Харун Сидоров

Комментарии 3