Общество

Запрет «Кулиева» — не запрет перевода, а запрет Корана

В Новороссийске Октябрьским районным судом издание «Смысловой перевод Корана с арабского на русский» автора Эльмира Кулиева было признано экстремистским 17 сентября нынешнего года.

Как уже сообщала «Кавказская политика», согласно экспертизе, проведенной Экспертно-криминалистическим центром ГУ МВД РФ по Краснодарскому краю, в данном издании содержатся высказывания, которые дают негативную оценку лицам немусульманской религии, а также имеется ряд высказываний, одобряющих и побуждающих к насильственным действиям по отношению к иноверцам. На этом основании перевод был признан экстремистким и передан в реестр запрещенной литературы.

Свое мнение на этот счет Кавполиту высказал специально российский исламовед и политолог, член научного совета московского цента программа «Религия, общество и безопастность» Алексей Малашенко.

Я считаю, это очень удачный перевод, и на сегодняшний день он высоко оценивается самими мусульманами.

Вот, например, был смысловой перевод Корана с английского на русский язык, который  выдержал уже более 10 изданий Валерии Пороховой.

Очень красивый перевод, стихотворный. Я считаю, что для обывателя, для немусульманина — это вообще замечательный перевод, но к нему были претензии, потому что Порохова добавляла свои слова, и все же Коран очень хорошо читается.

Коран Крачковского — это наша советская классика, это был даже не перевод, это была подготовка к переводу. Поэтому, мало у кого был этот Коран. И все же, если он попадал в руки к людям, они вообще не могли понять, что там написано.

Сам Крачковский его не закончил, но это было нашей классикой, и мы на ней учились, и глубоко ему за это благодарны.

Кроме того, самые разные переводы существуют еще с 18 века. Правда, раньше переводили на русский с французского языка, с арабского стали переводить только в 19 веке. Так что переводов было много.

Поэтому, я считаю, что запрещать сам перевод несколько глуповато, ведь фактически это не запрет перевода, это получается запрет книги. Кстати говоря, перевод Пороховой в Дагестане запретили продавать. Как говорится, вольному воля.

Если говорить о том, почему власти вмешиваются в этот процесс, то, на мой взгляд, им просто нужно отчитываться о проделанной работе. Если что-то такое запрещать, тогда надо ввести запрет всего Ленина, потому что у Ленина такое огромное количество вещей, считающихся сейчас провокацией с пробуждением взаимной ненависти.

Это просто глупость, когда кто-то из системы процессуального права, не знающий арабский язык, судит о таких вещах. А у нас вообще огромное количество людей вертится вокруг ислама, при этом даже не зная его.

Традиционным исламом в России считается татарский ханафитский ислам. Суфийский ислам — традиционный для Северного Кавказа.

Тогда вообще получится, что нет некого единого ислама, потому что есть и индонезийский ислам, и египетский, и ливийский.  Все делается очень примитивно, потому что это касается политики, и для нашей публики, наших чиновников — традиционный ислам — это лояльный ислам. Как только возникают какие-то расхождения в лояльной установке, так значит он плохой.

Лояльность ислама, получается, зависит от самих чиновников и судей. Вот те мусульмане, которые этим переводом пользуются, отнюдь не занимаются какими-то оппозиционными делами.

Сейчас ученые пытаются отказываться от понятий традиционный и не традиционный ислам,  так же как традиционная и не традиционная религия.

Когда ислам появился в 7 веке, он же тоже не был традиционной религией, до него было и язычество, и иудаизм, и христианство. А православие, когда появилось, оно что, было традиционной русской религией? — нет. Поэтому тут надо быть поосторожнее.

Автор: Алексей Малашенко

Комментарии 1