Просвещение

Шейх Зиндани: демонстрации являются поощрением добродетели и удержанием от порока

Предлагаем вашему вниманию интервью с Абдель-Маджидом Зиндани, в котором он рассказывает о своей роли и ученых в целом в революции в Йемене. Шейх родился в 1942 году в Йемене, учился в Каирском университете по специальности «фармацевтика», затем занял пост в Министерстве образования Йеменской Республики, участвовал в борьбе афганских мусульман против СССР, в мусульманском мире стал широко известен своими трудами о неподражаемости Корана. Он является также крупным мусульманским деятелем - ректором университета «Иман» и известен как ученый-медик

 - Уважаемый шейх, вы один из тех, кто требовал не запрещать мирные демонстрации на площадях, и призывали граждан участвовать в них, пока не будут выполнены все законные требования революции. Однако официальное правительство считает эти демонстрации проявлением напряженности и призывает на встречах с представителями оппозиции прекратить подобные акции, как одно из условий осуществления мирной передачи власти. Вы считаете, что демонстрации гарантируют передачу власти?

 - Они не просто гарантируют, они являются правом народа, власти должны это осознать. Более того, демонстрации являются поощрением добродетели и удержанием от порока, довольством на пути Аллаха. Они гарантированы конституцией. Официальные власти выдвигают такие требования потому, что хотят лишить народ этого права. Нет такого государства, который уважает себя и свой народ, все объявляют, что не приемлют демонстрации. Однако таким правом обладают народы всех стран мира. Власти должны говорить, что они приемлют мирные демонстрации, в которых нет места грабежам, растаскиванию чужого имущества, причинению ущерба частной и государственной собственности, покушению на свободу человека. Вот так они должны говорить. Если же они лишают людей элементарных прав, то это ошибочное мышление, в котором есть место деспотизму и лишению народа прав.

 - Некоторые вас обвиняют в сотрудничестве с президентом Салехом и его режимом. Насколько такие утверждения верны?

 - В действительности я знал, что президент ведет к тому, чтобы полностью взять власть в свои руки. Ранее я неоднократно выступал против такого положения вещей, из-за чего между нами возник конфликт, и я восемь лет назад был вынужден покинуть страну и поселиться в Саудовской Аравии. В частности, тогда против меня были предприняты определенные меры, под давлением которых я был вынужден покинуть Йемен. Не последнюю роль в этом сыграл конфликт между мной и президентом о методах осуществления власти. После того, как все оказалось в руках президента, его единоличное осуществление власти оказалось реальностью, я решил, что могу вернуться в страну и заниматься своими делами. Я, если видел, что президент делает добро, старался только поощрять его, что по его же настоянию получало подробное освещение в прессе. Я лишь поощрял его, если он делал добро или был на пути к нему. Когда он ошибался, я старался наставлять его, давать советы. Сам президент и другие, которые сидели с нами на таких мероприятиях, могут подтвердить это. Я сам полностью был занят наукой и обучением, организовал университет «Аль-Иман», старался, чтобы научные институты не вступали в конфликт с президентом. Человек, с которым вступаешь в конфликт в области политики, может разрушить все то, к чему ты стремился. Однако, я никогда не поддерживал его политику и не призывал голосовать за него на выборах. Когда он меня попросил возглавить его предвыборную кампанию, я отказался. Коллеги из «Аль-Ислах» (оппозиционное Йеменское объединение «За реформы», которое возглавляет Зиндани – IslamRF.Ru), все, кто со мной работал, знают мой принцип отношений с президентом - «Помогайте друг другу в благочестии и богобоязненности, но не помогайте друг другу в грехе и вражде». В свете последних событий, когда начались демонстрации, мы пытались предотвратить кровавые столкновения. Исламские ученые первыми начали работать в этом направлении, созвали конференцию, на которой был учрежден Комитет по мониторингу, я был назначен его председателем. Мы встретились с президентом и достигли согласия по семи пунктам относительно улучшения ситуации, однако он настоял на включении восьмого пункта - запретить мирные демонстрации и выступления. Мы сказали ему: демонстрации - это не ошибка, а право народа, законное, гарантированное. Он сказал: «Фиксируйте это как мое требование. Когда пойдете к представителям оппозиции, скажите им, пусть напишут свои требования, даже те, с которыми вы будете не согласны». После его слов мы все оказались достигнуты врасплох - включили восьмой пункт. «Это все», - сказал он. Потом он меня приглашал принимать участие в заседаниях ученых и даже настаивал. Я не хотел в них участвовать.

 - Почему?

 - Потому что, я знал, что мы сможем претендовать только на то, что захочет. Я боялся, что президент потребует от ученых издать фетву, дозволяющую  использовать силу против демонстрантов, то есть фетву на разрешение убийств. По его настоянию я принял участие в одном из таких заседаний. Я понял, что моя обязанность перед присутствующими и учеными - это рассказать им, что случилось между мной и президентом. Я встал и продекларировал семь пунктов, по которым не было разногласий. Потом я объявил, что есть еще и восьмой пункт, на включении которого настаивал сам президент, но мы с этим пунктом не согласны. Однако он, продолжил я, сказал нам его включить. Президент присутствовал и слушал. Мои слова, видимо, ему показались вызовом. Затем он встал, взял Коран и заявил: «Я в вашей воле, любое решение, какое примете, я его выполню». В это время я подумал, что он от ученых ждет фетву, разрешающую вести огонь по демонстрантам, так как он их считает преступавшими закон, соответственно имеет право их убивать. Однако СМИ подали информацию в искаженном виде - будто бы ученые, я в числе первых, выступали за запрет демонстраций, будто бы мы, ученые, выступаем против демонстрантов и подстрекаем правительственные и официальные круги против народа. Я решил действовать. Встретился с лидерами оппозиции, потребовал опровергнуть сообщения о том, что ученые выступают на стороне президента. У нас не оставалось другого выхода, мы не имеем в нашем распоряжении спутниковые телеканалы, поэтому решили пойти к самим демонстрантам и разъяснить им свою позицию. Официальные СМИ подали эти наши встречи в другом свете, и президент посчитал, что мы выступаем на стороне оппозиции и поддерживаем ее. С того момента против меня начали выдвигать разного рода обвинения. Шейхи племен и ученые, которые примкнули к нам, услышав от президента такие речи, сказали, что шейх Абдель-Маджид Зиндани говорит правду. Потом президент осуществил свои угрозы - 75 участников пятничной демонстрации были убиты, более ста получили ранения. Почти все из них являлись хафизами Корана. Когда мы увидели, что он начал проливать кровь своего народа, использовать против него военную технику, посчитали это греховным поступком. Я высказал свою точку зрения, объявил о недопустимости проливать кровь народа, призвал выступить против него. После этого убийства многие высокопоставленные лица в армии, в официальных структурах, дипломаты начали переходить на сторону демонстрантов. К нам, ученым и шейхам племен, которые были с нами, вышел бригадный генерал Али Мухсин и передал угрозы президента проливать кровь, потребовал он нас соответствующую фетву. Мы отказались. А официальные СМИ с тех пор мне и остальным объявили войну.

 - Уважаемый шейх, некоторые утверждают, что президент якобы защищал вас перед США, которые обвиняли вас в пособничестве террористам. Как вы прокомментируете это?

 - На самом деле наша конституция запрещает выдавать своих граждан иностранным государствам. Президент знал, что моя выдача станет нарушением пункта конституции и может быть рассмотрена даже как предательство. Это его обязанность. С другой стороны ислам запрещает выдавать мусульман неверным. Это не разрешено. Более того, ислам запрещает выдавать даже неверного или беженца его врагу. Аллах говорит в Коране: «A  ecли ктo-нибyдь из мнoгoбoжникoв пpocил y тeбя yбeжищa, тo пpиюти eгo, пoкa oн нe ycлышит cлoвa Aллaxa. Пoтoм дocтaвь eгo в бeзoпacнoe для нeгo мecтo». Это одно из основных прав человека. Я благодарен президенту за его позицию. Некоторые вступают в сговор с иностранными спецслужбами. Например, в деле шейха Мухаммеда аль-Муэййида йеменские спецлужбы начали вести переговоры с немецкими для последующей его экстрадиции в США. Обвинять меня в пособничестве террористам - об этом мало кто, кстати, знает - стали в результате соглашения между президентом Али Абдаллой Салехом и правительством США. О наличии такого соглашения тогда объявила глава Госдепа США Кондолиза Райс, слова которой впоследствии были подхвачены СМИ. В них сообщалось, что заключено соглашение между американцами и странами, в которых проживают высокие ответственные лица, местные власти с которыми разобраться не в силах. В таких случаях США посредством международных институтов оказывают помощь таким правительствам и помогают им устранить вышеназванных лиц. После того, как подобная информация просочилась в прессу, мне пришла повестка из Совета безопасности страны. Из одного высокопоставленного чиновника в Министерстве иностранных дел я узнал, что от правительства Франции еще до того, как США обвинили меня в пособничестве террористам, пришло сообщение, в котором мое имя фигурировали в списке подозреваемых в финансировании терроризма. «Если вы хотите, чтобы мы воспользовались правом вето, сообщите нам, - сказал он мне. - Правительство Франции готово аннулировать данный документ, если будет применено право вето». Тогда никто кроме президента не мог принять подобное решение, как вы знаете. Ответ был таков: «Не отвечать им». Французское правительство осталось без ответа на свое сообщение. С другой стороны, президент был поставлен в щепетильное положение - конституция запрещает выдавать граждан страны. Он, будучи президентом страны, сказал им: «Я не могу выдать его вам, только если его будем судить у нас. Если вы обвиняете шейха Зиндани в чем-то, или хотите подать на него жалобу, предоставьте и мы привлечем его к суду».

 Я, узнав об этом, поспешил поблагодарить его, так как я был невиновен. Несмотря на то, что прошло уже шесть лет, США так и не смогли предоставить нашему суду никаких доказательств, подтверждающих мою виновность. Это и есть правда.

 - В чем заключается ваше обращение к ученым Йемена, призывающее сплотиться в этот судьбоносный момент?

 - Пророк (мир ему) говорит: «Ученые наследники пророков». Поэтому любому, кто желает разъяснить слово Аллаха или его Пророка (мир ему), нужно руководствоваться только тем, что установлено Всевышним. Если ученый является слабым, он молчит, а не говорит то, что не соответствует действительности. Пророк (мир ему) говорит также: «Скажи хорошее или молчи». Такой ученый либо говорит истину, либо молчит, если не может нести ответственность за результат сказанных слов. Я лично выступаю за то, чтобы ученые были независимы от властей. Так как ученые, находящиеся в подчинении того или иного правителя, придерживаются позиций, которыми будет доволен последний - прикажет, они будут говорить, прикажет, они замолчат. Нам же необходимо стремиться к тому, чтобы нашими поступками был доволен Аллах.  Я не перестаю выступать за то, чтобы ученые объединились в отдельное сообщество и со стороны государства им был предоставлен независимый бюджет. Тогда они будут свободны от унижений перед тем или иным правителем.

 Я также призываю всех объединяться, а не разделяться. В единстве сила. Аллах говорит: «Дepжитecь зa вepвь Aллaxa вce, и нe paздeляйтecь». Они знают, что вервь Аллаха - это его книга и разъяснение к нему. Ученые должны служить примером для своего народа в полном смысле этого слова, быть едиными. Их тогда, по причине участия в политической деятельности, не постигнет раскол и разобщение, они не будут испытывать влияние от правителей. Этот призыв я обращаю ко всем богобоязненным ученым, которые стремятся к довольству Аллаха, - объединиться и сплотить усилия. Каждый раз, когда возникает проблема, мы перекладываем ее на ученых.

 - С чем вы хотели бы обратиться Абд Рабби Мансуру Хади?

 - Дорогой брат, исполняющий обязанности президента Абд Рабби Мансур Хади! Страна на пороге великих потрясений, везде ее подстерегают опасности, из-за которых она может превратиться во второе Сомали. Аллах пожелал, чтобы вы стали ее спасителем - конституция предоставляет вам такие возможности, люди верят в вас. Займите правильную позицию, заручитесь поддержкой народа. Если хотите поддержки армии, объедините тех, кто управляет народом, потребуйте у них поддержать себя. Объедините представителей командования армии и потребуйте поддержать себя. Вы единственный, который в данный момент наделен подобной властью. Если вам нужно время, скажите, что нужно 2-3 месяца для обеспечения честных и прозрачных выборов, в результате которых к власти придет избранный народом новый президент. Это ваша работа и конституционный долг. Если вы ограничите свою ответственность, потеряете Йемен, оставите людей, которые разбредутся кто куда. Одни у вас будут просить формировать переходной совет, другие будут выступать против него. Возникнет смута. Мы же говорим: для нас такое развитие событий неприемлемо. Когда каждый станет заниматься антиконституционной деятельностью, страна может оказаться на грани распада. Пусть Аллах будет свидетелем, о мой друг, выполните то, что вам предначертано - спасите страну, спасите народ, за что вам будет от Аллаха великое вознаграждение, а ваша заслуга по обеспечению стабильности и безопасности в стране будет запечатлена в анналах истории.

 - Уважаемый шейх, есть ли такие, кто выступают за отмену нынешней конституции страны?

 - Такие если и находятся, то только из-за незнания ими конституции Йемена. Многие политики, специалисты в области права высоко отзываются о нашей конституции, которая удовлетворяет все потребности йеменского народа, соответствует его устремлениям, выражает его сущность и особенности. Она полностью гарантирует права граждан, разграничение полномочий между различными ветвями власти. Не конституция виновата в том, что она не применялась. Президент Абдалла Салех во время разговоров со своим ближайшим окружением говорил: «Я - закон и конституция». Виноват президент, который сделал свое слово выше конституции. Он намеревался пересмотреть некоторые пункты конституции, которые не разрешали ему делать то, что он планировал. Вина лежит не на конституции, а в том, что она не соблюдалась.

 Второй момент - это внесение поправок со стороны президента. Для того, чтобы конституция работала в полную силу необходимо отменить эти поправки. Нам нужно сохранить нашу конституцию, которая считается одной из передовых в арабском мире. Кроме того, конституция в том виде, какая она есть на сегодняшний день, допускает нарушение заповедей Бога, и остается гибкой для внесения поправок. Я требовал, чтобы пункты конституции, касающиеся религии, Корана, сунны, запретного с точки зрения шариата,  оставались низменными, так как они затрагивают религию Аллаха, которая универсальна независимо от времени и места.

Комментарии 0